Ссылки для упрощенного доступа

Накануне стало известно о том, что житель Татарстана Михаил Егоров, служивший в армии в Подмосковье и сбежавший из воинской части из-за избиений, обратился в Следственный комитет с просьбой возбудить уголовное дело в отношении нескольких военнослужащих. "Idel.Реалии" публикуют заявление Егорова в региональную правозащитную общественную организацию родителей призывников Татарстана "За сыновей", где он подробно рассказывает о произошедшем. Однако по результатам проверки нарушения уставных правил взаимоотношений военнослужащих в подразделении не были выявлены.

"Одиннадцатого мая 2016 года я был призван на военную службу и через два дня – 13 мая – убыл в в\ч 31134, 15 полк в составе второй Таманской дивизии, гаубично-самоходный артиллерийский дивизион, третья батарея. Командир батареи – старший лейтенант Максим Касилов. Он относился ко мне нормально. Первые полгода служба проходила нормально.

Старший лейтенант бросил в меня пластиковым ведром. Ведро попало мне в голову и разбилось. Осколок рассек мне лоб, пошла обильно кровь.

В начале октября 2016 года я был дежурным по дивизиону. Командир соседней батареи старший лейтенант Альберт Семикаев предъявил мне претензии в том, что перед входом на чердак кто-то курил, и поэтому старший лейтенант бросил в меня пластиковым ведром. Ведро попало мне в голову и разбилось. Осколок рассек мне лоб, пошла обильно кровь. Второй дневальный рядовой Андрей Скороходов принес тряпку, чтобы вытереть следы крови на полу и полотенце, чтобы я зажал рану. Всё это видел рядовой Александр Огурцов, который нес службу вместе со мной, он был дежурным. Старший лейтенант Семикаев отвел меня в канцелярию, обработал рану йодом и заклеил пластырем.

Действиями Семикаева мне была причинена физическая боль и нравственные страдания. В этот день у меня весь день болела голова. Когда я, наконец, лег на кровать, меня сильно тошнило. На следующий день тоже болела голова, после по вечерам голова постоянно болела там, где был нанесен удар. Голова у меня и сейчас тоже периодически постоянно болит, кружится голова, общее недомогание. От рассечения остался шрам на лбу. Я хотел сразу обратиться в медицинскую санчасть, но Семикаев запретил мне это. Он мне приказал, чтобы я говорил, что упал на лестнице и поранился. Наш командир батареи Касилов потом, примерно через месяц, приказал мне говорить, что я ударился в гаубице – это машина такая. Но всё же через день я обратился в медсанчасть. Врач – мужчина, его фамилию я не знаю, не спрашивал, как я себя чувствую и откуда рана. Он сказал мне, что зашивать рану уже поздно – надо было сразу приходить. Рану мне обработали и заклеили. Через неделю медсестра нас всех осматривала и я ей сказал, что ударился в машине.

Я хотел сразу обратиться в медицинскую санчасть, но Семикаев запретил мне это. Он мне приказал, чтобы я говорил, что упал на лестнице и поранился.

В конце октября 2016 года старший прапорщик Владимир Арендарь сильно ударил меня кулаком правой руки в бок с правой стороны. Боль была сильная, перехватило дыхание, я не мог дышать. Это видел рядовой Максим Тейкин. Арендарь вел себя по отношению ко мне агрессивно, потом ударил меня еще раз, в область груди – я ударился о стену сзади меня. Это было в коридоре казармы. Там были другие солдаты – они это видели, но кто конкретно, я не помню. Я видел, что он ударял так же, как меня, других солдат. Все остальные относились к этому нормально – никто ему не сопротивлялся, не протестовал. Это здесь считается нормой.

13 ноября 2016 года младший сержант Ибрагим Чехалов ударил меня кулаком правой руки в солнечное сплетение, когда я стоял в строю. Сказал: "Что ты крутишься в строю?". И ударил. Я упал на одно колено – была сильная боль, не мог дышать. Это видели все военнослужащие третьей батареи. Также Чехалов мне говорил, что может любого избить до полусмерти, и ему за это ничего не будет. Он это говорил и другим солдатам, когда мы стояли в строю перед столовой. Он многих толкал и так говорил. Действиями Чехалова мне была причинена физическая боль и нравственные страдания.

Думал даже наложить на себя руки, но я не имею права – я должен заботиться о матери и бабушке, она старенькая, я им нужен

Я не стал говорить обо всем этом Касилову, чтобы меня не считали стукачем. Но терпеть это я уже не мог – боялся, что в следующий раз могу просто умереть от удара или стать инвалидом. А мать у меня болеет – она инвалид 2-й группы, у нее астма. Мне надо будет заботиться о ней в старости. Я должен быть здоровым и живым. Но терпеть это я уже не мог. Думал даже наложить на себя руки, но я не имею права – я должен заботиться о матери и бабушке, она старенькая, я им нужен.

14 ноября 2016 года около 4 часов утра я покинул в/ч 31134. От службы в Вооруженных Силах я не уклонялся, мотива для уклонения от воинской службы у меня не было. Оставив воинскую часть, я лишь хотел избежать дальнейших издевательств и найти правовую защиту от незаконных действий должностных лиц в армии. Я знаю, что должен дослужить то время, которое мне положено и согласен служить дальше в армии. Но я реально опасаюсь за свою жизнь и здоровье, я не могу терпеть издевательства. Поэтому я хотел бы дослуживать в другой воинской части.

Оставив воинскую часть, я лишь хотел избежать дальнейших издевательств и найти правовую защиту от незаконных действий должностных лиц в армии

Указанные выше незаконные действия старшего лейтенанта Семикаева, старшего прапорщика Арендарь, младшего сержанта Чехалова, в чьей полной власти я находился в в/ч 31134 не оставляли мне возможности продолжить служить в этой воинской части. Оставив воинскую часть 31134, я как мог быстро добрался до дома, чтобы обратиться с заявлением о незаконных действиях должностных лиц в уполномоченный следственный орган, а также в прокуратуру Казанского гарнизона.

Прошу оказать мне содействие и помощь в этой очень сложной ситуации. Не возражаю против того, чтобы эту ситуацию и мои личные данные публиковали в СМИ".

***

Руководитель координационного центра региональной правозащитной общественной организации родителей призывников Татарстана "За сыновей" Нина Писанова рассказала "Idel.Реалии", что накануне Михаилу Егорову в травмпункте поставили диагноз – рубец лобной области. Егорову рекомендованы консультации невролога.

Мы к таким реакциям военных уже привыкли, они чаще всего всё отрицают

– Я разговаривала с заместителем командира полка по работе с личным составом Сергеем Бурьяновым. Он сказал, что Егоров на хорошем счету, пользуется уважением своих сослуживцев. Отношения были нормальные и Бурьянов не понимает, что произошло – говорит, что не в курсе. По его словам, нужно было обратиться к ним. Если солдат подвергался таким действиям, то во время следствия его должны переводить из этой воинской части в другую. Мы будем этого добиваться, – сообщила Писанова.

Она также уточнила, что обратилась в Союз комитетов солдатских матерей России к Валентине Мельниковой и предоставила ей всю информацию.

– Сегодня с утра к матери солдата приходил участковый и взял у нее объяснения. Кроме того, мне звонил военком района Рамиль Батыршин. Сказал, что такого не может быть и в подтверждение своих слов рассказал о том, что ему позвонила мать солдата, который служит вместе с Егоровым, которая всё отрицала – якобы ничего этого не было. Мы к таким реакциям военных уже привыкли, они чаще всего всё отрицают, – резюмировала Нина Писанова.

***

Правоохранительные органы и комиссия штаба Западного военного округа проводят проверку случившегося. По данным СМИ, ранее Егоров в военные следственные органы с жалобами не обращался.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram и первыми узнавайте главные новости.​

XS
SM
MD
LG