Ссылки для упрощенного доступа

Наступивший 2017 год объявлен в России Годом экологии. Вслед за федеральной властью такой же год объявил и Башкортостан. О том, каково реальное состояние окружающей среды в регионе и какие проблемы предстоить решить в наступившем году, корреспондент "Idel.Реалии" побеседовал с известным гражданским активистом, председателем Союза экологов республики Александром Веселовым.

– Александр Калинович, как вы можете оценить итоги прошедшего года? Удалось ли в нем решить какие-то значимые экологические проблемы?

– Какие-то локальные, местные успехи, безусловно, были. Так, например, все же будет строиться завод по переработке нефтеотходов компании "Башнефть" стоимостью около 3 миллиардов рублей. Далее, благодаря эффективной исковой работе управления Росприродназора по республике удалось запустить проекты по переработке отходов птицеводства в Уфимском районе и по модернизации очистных сооружений сточных вод на Белорецком металлургическом комбинате. Можно привести еще ряд таких же примеров. К сожалению, все эти успехи не выглядят такими уж существенными, не выглядят прорывными на фоне того, что у нас в республике по-прежнему нет единой экологической политики. Нет системного подхода к проблемам окружающей среды. Всё это не только "обнуляет" усилия государственных экологических служб и общественников, но и, более того, приводят к прямым провалам в сфере экологии. Возьмем только этот год – он характеризовался, например, такими негативными событиями, как провал реформы управления отходами в республике, массовое отравление газом жителей Уфимского района и масштабное загрязнение окружающей среды в результате аварийного выброса газоконденсата на продуктопроводе ОАО "Оренбурггаздобыча".

Александр Веселов

Александр Веселов

– Каким образом была провалена реформа по управлению отходами?

– В конце 2014 года был принят хороший федеральный закон в сфере управления отходами, обязывавший регионы определить операторов твердых коммунальных отходов (ТКО), которые занимались бы сбором и переработкой мусора, разработать территориальные схемы для их деятельности. Наше министерство экологии такую схему разработало, стало подбирать регионального оператора ТКО, но схема оказалась очень сырой, а характер подготовки к конкурсу по подбору оператора носил явно коррупционные признаки. Одним словом, мы, как и целый ряд других регионов, оказались не готовы к введение в действие федерального закона. И правительство России приняло решение отсрочить введение института региональных операторов ТКО на целых два года.

Только в четырех районах близ Уфы выявлено около 900 несанкционированных свалок

Между тем, это надо бы делать срочно, поскольку в этой сфере у насполнейший хаос и неуправляемость со стороны республиканских органов власти. В регионе накоплены, буквально, Монбланы отходов, как промышленных и бытовых. Все больше становится несанкционированных свалок и при этом не ведется никакого их учета. Более того, министерство экологии представляет правительству и населению явно ложные цифры и утверждает, что количество свалок сокращается, в то время как наблюдения общественников показывают их бесконтрольный рост. Так, в 2016 году космическая съемка, проведенная местным отделением Русского географического общества, выявила только в четырех районах близ Уфы около 900 несанкционированных свалок, при этом лишь в Уфимском районе – около 350. При этом, в регионе существует около 100 организаций, номинально занимающихся утилизацией отходов, однако, из них переработку осуществляют лишь 10 процентов.

– Полгода назад на вас было совершено нападение как раз в связи с Вашей борьбой против незаконного расширения свалки в Стерлитамаке. Нашли ли правоохранительные органы нападавшего?

– Нет, не нашли, да особенно и не искали. Я потратил уйму времени, чтобы добиться переквалификации дела по статье 277 УК РФ – "Посягательство на жизнь общественного деятеля в целях прекращения его общественной деятельности или мести за таковую". В итоге, полиция вроде бы удовлетворила мое ходатайство, но прокуратура это не утвердила. Само дело полицией, фактически, не расследовано. Меня никуда не вызывали, следственных действий со мной не проводили и о ходе расследования в известность меня не ставили. Между тем, сам этот факт первого за много лет в регионе нападения на эколога произвел сильное негативное впечатление на моих коллег. И не меньшее негативное впечатление производит неторопливость, а, фактически, бездействие правоохранительных органов.

Большинство наших рек имеют категорию "загрязненные" или "грязные"

– Стала ли у нас лучше ситуация с состоянием атмосферы, воды, почв? Или все осталось по-прежнему?

– К сожалению, позитивных изменений нигде не произошло. Взять любую среду – водные объекты, почву, воздух – везде у нас ситуация за последние годы не стала лучше. Сброс загрязненных сточных вод в реки и озера не стал меньше. Хотя в строй и вводятся новые очистные сооружения, но это нивелируется ухудшением качества очистки. Например, как текли шесть родников с нефтепродуктами в реку Белая из откоса пойменного берега вблизи деревня Кантюковка Стерлитамакского района, так и по-прежнему текут. В целом, как было у нас примерно всего 4 % очищенных до норматива сбрасываемых сточных вод, так и остается. Вследствие этого большинство наших рек имеют категорию "загрязненные" или "грязные".

Наши подземные воды также интенсивно загрязняются, как горнорудной, так и нефтедобывающей промышленностью, коммунальными стоками от септиков и выгребных ям. В результате всего этого мы постепенно лишаемся запасов пресных подземных вод.

В Уфе, Стерлитамаке, Салавате идет многократное превышение ПДК по ксилолу, толуолу, этилбензолу, бензапирену

Если взять охрану атмосферной среды, то у нас вся рекламируемая система мониторинга – сплошная фикция. Так, в более чем миллионной Уфе имеется всего девять постов Росигидромета для наблюдения за состоянием атмосферной среды, да еще пять, принадлежащих Роспотребнадзору. При этом такого поста нет даже в северной части Уфы, в Черниковке, где сосредоточено несколько нефтеперерабатывающих заводов. Власти докладывают, что поставлены датчики на источниках выбросов Стерлитамаке, ставятся в Уфе, но население не имеет никакой информации с этих датчиков. Между тем, в крупных городах, там, где есть нефтепереработка, нефтехимия - Уфа, Стерлитамак, Салават – из года в год, по нашим данным, идет многократное превышение ПДК по ксилолу, толуолу, этилбензолу, бензапирену.

– Как обстоит дело с санацией территорий бывших особо опасных объектов, таких, как "Химпром"?

– Республиканское министерство экологии, начиная с 2013 года, рапортует , что четыре наши объекта, которые в прошлом являлись мощными источниками экологического ущерба, включены в федеральную целевую программу "Ликвидация накопленного экологического ущерба на 2014-2025 годы". Это Семеновская золотоизвлекающая фабрика в Баймакском районе, территория бывшего объединения "Химпром" в Уфе и объекты предприятий "Газпром нефтехим Салават" и "Уфанефтехим". На их санацию предполагалось выделить около 10 миллиардов рублей. Но, по нашим данным, программа до сих пор не утверждена на федеральном уровне и никаких денег на санацию не будет выделено ни сейчас, ни в ближайшем будущем. А сами мы такую санацию не потянем.

Взять конкретно "Химпром" - на его территории складировано полмиллиарда тонн диоксиносодержащих отходов. Каждую весну, да и при каждом дожде вся эта отрава попадает в речку Шугуровка, оттуда – в Уфимку, на которой находятся городские водозаборы. Колоссальный вред диоксинов давным-давно доказан. Однако, наше минэкологии классифицирует эти отходы, как "малоопасные". Ну, как же тогда федеральный бюджет выделит требуемые 4 миллиарда рублей на санацию "Химпрома", когда сам регион не больно-то беспокоится? Вот так у нас "ведется" работа по привлечению федеральных средств для решения экологических проблем.

На санацию предполагалось выделить около 10 миллиардов рублей, но никаких денег не будет выделено ни сейчас, ни в ближайшем будущем

– Не могу не спросить про компанию "Кроношпан", которая, вопреки общественным протестам, запустила-таки свой завод под Уфой. Обозначился ли какой-то вред от "Кроношпана" на сегодняшнем этапе?

– Минэкологии и Роспотребнадзор докладывают, что на предприятии и вокруг него все нормально. Но люди-то жалуются на странные выбросы! Нужно добиться, чтобы был полноценный общественный контроль за этим предприятием, вокруг которого было сломаностолько копий. Добиться, чтобы там, наконец, прошел день открытых дверей, как давно обещало руководство компании, чтобы общественности показали природоохранные сооружения завода, которые они клялись построить.

Но, говоря о действующих предприятиях, я первым делом советовал бы обращать внимание на такие гиганты, как "Башнефть", машиностроительные заводы. Они наносят больший, очень существенный ущерб окружающей среде и здоровью населения выбросами, тотальным загрязнением запасов питьевой воды.

– А как реагируют надзорные органы на нарушения предприятиями природоохранного законодательства?

– Очень слабо. Более-менее эффективно действует лишь региональное управление Росприроднадзора, у которого есть в активе несколько выигранных исков против предприятий-нарушителей на общую сумму около 4 миллиардоврублей, в том числе у МУП "Уфаводоканал". Это ведомство также закрыло по суду незаконные свалки отходов в городах Мелеузе, Салавате, Сибае,остановило незаконное расширение такой же свалки в Стерлитамаке. Самой же эффективной мерой воздействия является, как правило, приостановка работы предприятия-нарушителя, но такого, фактически никогда не случается. За последнее время было вынесено 14 решений судов по приостановке производственной деятельности, но все эти решения остались на бумаге.

– Участвовать в решении многих проблем, в том же самом сборе, вывозе и переработке отходов мог бы частный бизнес. Появились ли в республике условия для него?

– К сожалению, экологическое предпринимательство у нас толком так и не развивается. Количество его участников очень нестабильно. Некоторые предприниматели, не видя отдачи, уходят с этого рынка сами, других вытесняют аффилированные с чиновниками структуры. Взять те же отходы - у нас всего 11 сортировочных комплексов по республике, да и те, в основном, убыточные.

Почему-то иностранцы идут в Челябинск, а к нам - нет

Благоприятных условий для экологического бизнеса в регионе по-прежнему нет. Эта сфера у нас душится, инвесторы сюда приезжают и уезжают ни с чем, сообщая мне, что у них требуют откаты. Интерес у бизнеса пропадает. Прошлым летом в Уфе проходил международный форум по экологическому предпринимательству – так многие наши предприятия пришлось, буквально, заставлять там присутствовать. В то же время, в таком же форуме в Челябинске, прошедшем в ноябре, участвовали первые лица многих органов местного самоуправления в области, крупные предприниматели, генеральные консулы крупнейших западных государств. Почему-то туда иностранцы идут, а к нам - нет. А ведь это вопрос зарубежных инвестиций.

В нашем законодательстве нужно развивать статьи об экологическом предпринимательстве. Почему мы не можем установить на уровне республики какие-то льготы, преференции для бизнесменов в этой сфере? Кажется, это очевидно, но вместо этого министр экологии и природопользования вообще ликвидирует Совет по экологическому предпринимательству, созданный по нашей инициативе.

– В последнее время заметно увеличилось число общественных конфликтов, связанных с застройкой внутригородских территорий за счет зеленых зон…

– Да, площадь внутриквартальных лесов и парков у нас постоянно сокращается и в Уфе и в других крупных городах, где ведется большое жилищное строительство. По градостроительным нормам мы уже не дотягиваем до необходимых параметров внутриквартального озеленения. Фактов застройки, наносящих ущерб зеленым зонам, полно. В городе Октябрьский собираются на месте парка строить торговый комплекс. В Стерлитамаке на улице Элеваторной пытаются прямо в жилой зоне расширить мусоросортировочный комплекс, и там уже началась общественная борьба по этому поводу. А сколько скандалов было по Нефтекамску - по городскому парку, который пытались уничтожить, по озеру Светлое , которое хотели засыпать под индивидуальную застройку. Каждый факт такой застройки нужно обсуждать, в том числе, на публичных слушаниях, а если проект носит такой скандальный характер, как, например, случай с "Кроношпаном", то нужно проводить и общественные экологические слушания. К сожалению, такие слушания, зачастую, проводятся формально. Надо менять процедуры, чтобы полностью учитывать общественное мнение.

– Ваш прогноз на будущий год – ждет ли нас ухудшение всех обозначившихся негативных тенденций?

– Есть такое общеизвестное явление, как накопление вредных веществ в окружающей среде. Оно идет из года в год, из десятилетия в десятилетие. Эти вещества постоянно выносятся в окружающую среду, вступают в реакцию между собой, создаются новые вещества. Кроме того, есть много стойких вредных веществ – те же тяжелые металлы, которые не разлагаются. Это накопление будет продолжаться и, соответственно, будет влиять на здоровье населения, на ухудшение качества окружающей среды.

Нам нужно, как минимум, затормозить этот процесс, а на другой чаше весов иметь эффективную экологическую политику. Это осознается общественностью, да и многими управленцами – тоже. Но все предложения общественности, наших организаций тонут в бюрократических отписках. Критические письма о работе минэкологии главе республики, в правительство спускаются в то же министерство. И анализ таких отписок показывает, что серьезно заниматься экологическими проблемами в республике никто не хочет и не будет. Вместо этого наблюдается ужесточение цензуры на проблемную экологическую информацию в республиканских средствах массовой информации – чиновники заявляют, что, мол, нельзя населению давать такую информацию, поскольку это спровоцирует общественные кампании типа "АнтиКроношпана". Это психология временщиков, приходящих во власть на год-другой.

– Какие меры предлагают общественные экологические организации республики для исправления ситуации?

– Прежде всего, в этой сфере нужно решить кадровые вопросы. Экологией и рациональным природопользованием должны заниматься преданные этому делу компетентные управленцы, политики, работающие на перспективу. И начинать нужно, полагаю, с отставки нынешнего министра экологии и природопользования Илдара Хадыева, несущего основную ответственность за нынешнее состояние дел в сфере охраны окружающей среды. На этой отставке мы настаиваем не первый год и, дай Бог, в нынешнем году глава республики сделает нам всем такой подарок.

Разумеется, одними отставками дела не решишь. Нужна реформа, нужен настоящий прорыв в сфере экологии и природопользования. Может быть, надо опять разделить существующее министерство на два, поскольку не может один и тот же орган охранять окружающую среду и одновременно ее эксплуатировать. Далее, министр экологии в республиканском правительстве должен иметь статус вице-премьера, отвечающий конкретно за экологию и курирующий все министерства и ведомства, которые так или иначе имеют отношение к проблемам охраны окружающей среды. В сфере управления отходами было бы не лишним создать отдельное ведомство и мы уже направили соответствующее предложение главе республики.

Наконец, нужна осмысленная, эффективная и полномасштабная программа, нацеленная на устранение всего того вреда, который мы нанесли природе и себе за предыдущие десятилетия. Я надеюсь, что в Год экологии мы, наконец, такую программу разработаем.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram и первыми узнавайте главные новости.​

XS
SM
MD
LG