Ссылки для упрощенного доступа

"Хмуриться не надо, Лада!"


Лада Чурикова

Учитель истории на пенсии Лидия Чурикова рассказала, почему каждую неделю с содроганием отправляет свою внучку-сироту в единственную в городе санаторную школу-интернат, про обман самарских чиновников и о том, как им не хватает денег —​ но они справляются.

СМЕРТЕЛЬНАЯ ТРОПИНКА

Семь лет назад у пятнадцатилетней самарчанки Лады Чуриковой умер папа. Вскоре не стало и мамы. Девочка осталась бы круглой сиротой, если бы не бабушка по маме — ​Лидия Николаевна. С ней сейчас живёт Лада. С понедельника по пятницу девочка, у которой слабое здоровье, по медицинским показаниям учится в санаторной школе-интернате №9, расположенной недалеко от реки Волги, на 9-й просеке. К бабушке восьмиклассница Лада приезжает только на выходные. И каждый раз рассказывает Лидии Николаевне, с какими трудностями добирается до любимой школы.

Путь из дома до школы для Лады по меркам мегаполиса недолгий. Из дома девочка пятнадцать минут едет на трамвае до Барбошиной поляны. Там пересаживается на маршрутку до 9 просеки. Доехав, от остановки пешком идёт километр до интерната. Этот километр пути по неблагоустроенной тропинке до интерната его учителя и ученики называют "дорогой жизни". На 9 просеке сплошь частный сектор: дачи и коттеджи. Поэтому автомобильное движение там интенсивное. Шагая по обочине автодороги (другого пути нет) в интернат, приходится смотреть в оба, чтобы не оказаться под колёсами машин.

У хрупкой Лады с собой внушительный рюкзак. В нём восемь учебников, тетради, пенал. Отдельно: сумка с одеждой: девочка пять из семи дней недели живёт в интернате, и сменная одежда её просто необходима. Такой скарб несут с собой на учёбу все сто десять учеников интерната. Слушая рассказ внучки, как та, идя груженая сумками по обочине дороги на учёбу, едва увернулась едущей по просеке легковушки, к разговору подключается бабушка — Лидия Чурикова:

— С 2011 по 2013 год от остановки транспорта учеников возили до интерната на микроавтобусе. Машина принадлежала интернату и подвозила до места учёбы детей и сопровождавших их опекунов. Это было очень удобно. В 2014 году микроавтобус почему то стал возить только работниковинтерната. В 2015 году я поинтересовалась, в чем дело у начальника управления ГИБДД по Самаре Андрея Карпочева. Он прислал мне официальный ответ, что для перевозки детей микроавтобус должен иметь ремни безопасности. Иначе — никак. Карпочев пояснил, что директор интерната Татьяна Сафиуллина получила предписание переоборудовать микроавтобус для перевозки школьников. В том же году департамент благоустройства мэрии Самары включил в проект плана работ строительство тротуара к школе-интернату №9. Чиновники отчитались про заботу о детях, об этом показали сюжеты по телевидению, написали газеты. Однако… микроавтобус ремнями безопасности не оснастили, а тротуар к школе-интернату не построили.

В ноябре 2016 года премьер-министр Дмитрий Медведев выделил 900 миллионов рублей на покупку школьных автобусов для учебных заведений в 33 регионах России. Беспокоясь о безопасности учеников интерната, где учится её внучка, Лидия Чурикова обратилась к региональным министрам образования Владимиру Пылеву и социальной политики и демографии Марине Антимоновой. Требуя, чтобы они выделили для учеников школы микроавтобус по федеральному проекту. Лидии Чуриковой чиновники отказали.

— Мне ответили, что дорога к интернату слишком узкая. Якобы, по ней не проедет ни микроавтобус "Газель", ни обычный автобус. Хотя дорога, как я потом выяснила, шириной пять с половиной метров. Самое страшное, что после моих обращений, с февраля 2017 года, интернатский микроавтобус поставили на прикол. Директор запретила подвозить на нём от остановки даже работников школы.

— В начале сентября 2018 года умерла одна из учениц интерната. Девочке было 15 лет. Официальной причиной смерти назвали сердечную недостаточность. Я общалась с её мамой, которая считает, что дочку "убила" дорога до интерната. — Не каждый ребёнок выдержит прошагать километр с тяжелыми учебниками в рюкзаке за спиной, — сокрушается Чурикова.

ФИНАНСЫ ПОЮТ РОМАНСЫ

Семья Чуриковых и раньше жила небогато, а когда в январе 2016 года Лидию Николаевну лишили положенных опекунам сирот единовременных денежных выплат (ЕДВ) на оплату услуг ЖКХ, денег стало катастрофически не хватать.

— В декабре 2015 года из социальной службы администрации Кировского района Самары мне прислали уведомление о лишении социальных выплат. Чиновники сослались на постановление мэра Олега Фурсова. И с первого января 2016 года я перестала получать ЕДВ. Потеряв примерно 2200 рублей для семейного бюджета. Пытаясь добиться справедливости, обращалась к губернатору Николаю Меркушкину, депутатам Губернской думы: от "Единой России" — Виктору Воропаеву и КПРФ — Михаилу Матвееву. Писала заместителю председателя комитета по здравоохранению областного парламента Николаю Ренцу и в министерство социально-демографической политики. Всюду ответили отказом вернуть соцвыплаты, ссылаясь на постановление Фурсова. В минсоцразвития ответили, что у меня большая пенсия: 14 тысяч рублей. Пусть чиновники попробуют прожить месяц на эти деньги при нынешних ценах! После пары месяцев "хождений по мукам" в приемную министра социально-демографического развития мне согласились установить пособие как малоимущей. Теперь ежемесячно я получаю 200-300 рублей. А за свою трехкомнатную квартиру ежемесячно плачу шесть тысяч рублей, — рассказывает Чурикова.

Месяц назад, заняв денег у знакомых, женщина сделала ремонт. Обновила комнату внучки: выбросила всю старую испорченную мебель, заменила полы. Но на новую мебель денег уже не осталось. Сейчас в комнате Лады пусто.

У Лады льготы не отобрали. Как ребенок-сирота, она ежемесячно получает от государства 17 тысяч рублей. Этого хватает только на самое необходимое.

— На покупку скромной одежды: будничной и в школу, а ещё на канцтовары к 1 сентября потратили 20 тысяч. Часто случается, что нужно купить какую-то вещь или книгу для учебы. Тогда до конца месяца денег совсем не остается. Часто приходится занимать. Сейчас долгов у нас накопилось свыше 100 тысяч рублей, — говорит Лидия Чурикова.

КРЕМЛЕВСКИЙ ОБМАН

Бабушка, в прошлом работавшая учителем истории в одной из самарских школ и возглавлявшая независимый профсоюз учителей, разоблачила аферу нынешних самарских педагогов. Ежегодно в интернате, где учится Лада, в начале декабря вывешивают красочное объявление о продаже путёвок на Кремлевскую елку. Билет на одного ученика стоит 12 тысяч рублей. Для семьи Чуриковых это дорого.

Ладу включили лишь в дополнительный, запасной список — на случай, если кто-нибудь из других детей не сможет поехать в Москву

В 2016 году Лидия Чурикова обращалась в министерство социальной политики и демографии. Просила, чтобы внучку, не раз побеждавшую в областных и городских конференциях премировали путевкой на Кремлевскую елку в Москву. В министерстве Чуриковой пообещали, что Ладу вместе с другими талантливыми детьми пригласят в Москву.

— Приближался Новый 2016 год. Чиновники отмалчивались. Решила сама позвонить в министерство. Оказалось: Ладу включили лишь в дополнительный, запасной список — на случай, если кто-нибудь из других детей не сможет поехать в Москву. Мне ответили, что в основной список попадают лишь те, кто живет в детском доме, а не с опекуном. В министерстве пообещали в 2017 году точно пригласить Ладу на Кремлевскую елку.

В 2017 году история повторилась: Лада опять оказалась в запасном списке. Добиваясь справедливости, бабушка поехала к главному федеральному инспектору по Самарской области Сергею Чабану. При ней он позвонил в министерство соцдемографии. После этого Ладе тут же разрешили побывать на Кремлевской елке. Однако, как выяснилось: чудес не бывает.

— Мне предложили оплатить поездку внучки в Москву. Чиновники заверили: по возвращении Лады из столицы компенсируют все расходы. Чтобы порадовать ребенка, я заняла тридцать тысяч рублей, и Лада поехала в Москву. Кремлевская елка ей очень понравилось. Когда внучка вернулась, я пошла в министерство за компенсацией. Но чиновники и не думали возвращать деньги. Долго с ними ругалась. Принесла все чеки, доказав, что деньги внучка потратила на поездку. В итоге мне вернули только пятнадцать из израсходованных тридцати тысяч, — рассказывает женщина.

Раз в год Лидия Чурикова для отчета посещает отдел опеки и попечительства Кировского района Самары. Там женщина представляет чиновникам полный отчет о расходовании выплачиваемых Ладе пособий. По словам Чуриковой, зная её стремление всегда добиваться положенных по закону льгот, чиновники пытаютсяоказывать давление. Заявляя о своих сомнениях в том, что Лидия Николаевна все получаемые деньги тратит исключительно на внучку. Бабушка не отказывает Ладе даже в самой маленькой прихоти:

— Внучка любит собираться с друзьями в торговых центрах. Иногда просто пьют чай на фудкортах. Это же дети, у них должно быть детство. В кино или на аттракционы внучка ходит редко. Но как только появляются деньги, я ей даю на все, что захочет. Не скрою: в еде Лада избалована, любит вкусненькое. Но я всё равно покупаю, то, что она попросит. Хотя иногда это и бьет по семейному бюджету. Это не баловство. Считаю, что моя внучка заслуживает достойной жизни. Часто пою ей популярную в мою молодость песню "Хмуриться не надо, Лада" Внучка успевает хорошо: прошлый год закончила с одной четвёркой: по математике. По окончании школы она хочет уехать в Москву и поступить на факультет журналистики, — делится мечтами Чурикова.

Районные, городские, областные чиновники не верят Лидии Чуриковой. Она, наученная горьким опытом пустых обещаний, не верит им. В нынешней ситуации Чурикова надеется только на себя и своих друзей. Главное, чтобы было здоровье и добрые люди вокруг, — говорит бабушка.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram. Говорим о том, о чем другие вынуждены молчать.

Ваше мнение

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG