Ссылки для упрощенного доступа

Свободный человек: протест высотой в дом


"Туалет через 250 метров в мэрии". Это "информационное панно" в самом центре Казани давно стало визитной карточкой третьей столицы. Оно же — пожалуй, самое мягкое из посланий, которые Марс Хайруллин, обитатель старинного дома на спуске у казанского Кремля, адресует граду и миру.

Месяц назад Марс Хайруллин вывесил на фасаде баннер, где председатель татарстанского комитета по охране объектов культурного наследия Иван Гущин был назван убийцей Арских казарм (последние корпуса уничтожены в конце мая).

— Никогда так не реагировали. Только утром вывесил — приезжают "эшники". "У вас камеры зафиксировали?" — "Что?" — "Кто повесил?"— "Я повесил".

Такая мгновенная реакция, предполагает наш собеседник, может свидетельствовать, о серьёзном покровительстве, которым пользуется Гущин в аппарате президента РТ.

Впрочем, уточняет Марс, реакция есть всегда. В частности, административно-техническая инспекция (входит в структуру мэрии Казани) исправно выписывает ему, автору плаката, и собственникам здания (это экс-супруга и сын) штрафы. Но, уверен Марс Хайруллин, одна-две тысячи рублей — более чем скромная цена за право высказать власти свою позицию.

— Если бы каждый человек, который считает, что его права ущемляют, так делал, был бы эффект. Это действует. Сначала — тишь да гладь: не знают, как ответить. А потом начинается!..

Например, вспоминает Хайруллин, много шуму наделал баннер, посредством которого мир был извещен, что мэру "пора на нары". Мир — потому что растянут баннер был в период Универсиады. Тогда к нему наведались даже сотрудники ФСБ. С ними автор баннера предпочел разговаривать сквозь зарешеченное окошечко сауны. Чтоб "случайно не зацепили".

— "Все время думаем о суме, о тюрьме. Давайте так пообщаемся", — воспроизводит Хайруллин начало беседы с эфэсбэшниками (баннер они его всё-таки убедили на время снять).

Наша же беседа начинается в магазине на первом этаже построенного в 1899 году дома, который семья Хайруллиных смогла приобрести в начале девяностых. Этот дом (особенно земля под ним), рассказывает Марс, не дает властям покоя.

Несколько лет назад владельцам дома попытались запретить держать летнее кафе — абсолютно незаконно, настаивает он.

После этого появился баннер, в котором сообщалось, что Росреестр — "преступная структура". Этот плакат сорвали со скандалом.

— Подогнали вышку. Залезли два полицейских. Это грабеж, превышение полномочий!..(ни один сорванный баннер за всё это время, утверждает Марс, ему так и не вернули)

Хайруллин залез на крышу, схватился доску. К счастью, вспоминает он, никого не ударил.

— После того, как сняли [баннер], плакал. Включил "Свободу" Шевчука, водку открыл, напился. "Свобода, свобода, так много, так мало...", — цитирует Хайруллин и добавляет, что пообещал: этих слез он не простит.

— Я всегда считаю так: то, что я делаю — может быть, шкурные интересы преследую. Но это гуманно по отношению к другим. [Власти] задумаются: если этот человек так отреагировал – вдруг другой так же ответит? Я считаю, надо всегда отвечать.

Хайруллин вспоминает девиз шотландских королей — "Никто не тронет меня безнаказанно" (Nemo me impune lacessit). Враги, рассказывает он, пошли в атаку на эдинбургский замок и искололи ноги о чертополох. И потерпели поражение.

— Зона — отображение нашего общества. Там нельзя спускать обиду, — тут же понижает пафос наш собеседник. — Властям я стараюсь ответить всегда.

Марс Хайруллин сам напоминает владельца неприступного королевского замка.

Я спрашиваю, как это он не боится ни полиции, ни братков (а наведывались и они). Хайруллин отвечает: он у себя дома.

Кстати, фотография фасада с тем самым плакатом про Росреестр успела попасть в систему ФГИС (федеральная государственная информационная система). Там дом по адресу Батурина, 12 значится как входящий в перечень исторических ценных градоформирующих объектов (несмотря на то, что, подчеркивает Хайруллин, юридически такого понятия нет).

Первый баннер Марс Хайруллин вывесил ровно десять лет назад, летом 2009 года. Баннер гласил "Изъятое имущество пропадает у судебных приставов. Нет беззаконию в РТ".

Предыстория заключалась в следующем: у Хайруллина и его друзей был бизнес: они реализовывали изъятое судебными приставами имущество. Но потом приставы отказались платить, а имущество, после того как предприниматели сняли охрану с базы, где оно хранилось, кто-то растащил.

Приставы обратились в суд с требованием опровержения. Суд встал на их сторону.

Наш собеседник уточняет, что этот процесс не стал единственным. Росреестр также под иск об опровержении (почему-то его предлагалось дать в газете "Вечерняя Казань"). И также выиграл. А мэрия через суд же обязала снять "информационное панно" (так в решении) про туалет.

Опровержения, которого требовал Росреестр, Хайруллин не дал (сейчас это невозможно: с начала года "Вечерняя Казань" больше не выходит в бумажной версии). "Панно" также на своем месте.

Хайруллин поясняет: ни одно из утверждений на баннерах не голословно. И предлагает вспомнить, сколько раз представители татарстанского Росреестра признавались виновными в махинациях. Эту же информацию он предложил запросить суду. А сразу после — покинул процесс...

С туалетом в мэрии — отдельная история. Хайруллин рассказывает, что труба, к которой подсоединена канализация в доме, на котором он вешает баннеры, сгнила насквозь. Чуть что — засор и потоп. Соответственно, владельцы дома под Кремлем физически не могут пустить всех желающих.

Кстати, уточняет он, штрафы выписывают за нарушение правил благоустройства. А городские туалеты — это и есть благоустройство. Как и, например, городская ливневая канализация (по иронии судьбы, на улице Дементьева, где располагается административно-техническая инспекция, постоянно потоп). И зелень, которая каждый год истребляется. И многие другие составляющие городской среды, более важные, чем баннеры на фасадах домов.

Баннер баннеру и фасад фасаду — рознь. Например, в охранной зоне Кремля висит гигантская реклама мундиаля (что уточняет Хайруллин. строжайше запрещено). Но, по всей видимости, она никого не беспокоит.

Марс Хайруллин судит о городском благоустройстве как градостроитель по образованию. В какой-то момент упоминает, что был главным художником Ленинского района Казани — поэтому буквы получаются "так ровно". Ушел с этого поста потому, что отказался выводить художников обновлять плакаты — в дичайший мороз, в ночь на 7 ноября.

Когда стены не молчат

Такой способ высказывания, как вывешивание на балконах, окнах и стенах баннеров, довольно распространен в США и Европе. Несколько примеров нам удалось насчитать в России.

Москва. 2013 год. Некоторые москвичи вывесили на балконах и окнах баннеры в поддержку кандидатов в мэры. В частности, Алексея Навального. Делегации из управ в сопровождении полицейских наведывались к владельцам квартир. Актриса Наталья Фатеева вспоминала, что явившиеся к ней непрошеные гости требовали немедленно снять баннер. Она просто захлопнула дверь.

Краснодар. 2016 год. На окнах и балконах пятиэтажек, выходящих на Ростовское шоссе, появились баннеры "Мы хотим жить!", "Как жить, если нечем дышать?", "Хватит пилить!", "Пыли – нет!". Таким образом люди выразили протест против уничтожения зеленой зоны у себя под окнами после того, как переговоры с мэрией зашли в тупик. Чиновники и полицейские привлекли владельцев квартир к административной ответственности. Местные блогеры пишут, что двери выбивали ногами.

Новокузнецк. 2019 год. Лев Гяммер, координатор "протестного Кузбасса" вывесил на балконе баннер, где Путин назван "вором". Коммунальщики сняли его при помощи автокрана. Активист вывесил его снова и нанес аналогичную надпись краской на потолке балкона.

Бойтесь равнодушия — оно убивает.​ Подписывайтесь на наш канал в Telegram.

Комментарии (27)

XS
SM
MD
LG