Ссылки для упрощенного доступа

"Сказка" накрылась былью. Чиновники Кировской области уничтожили детсад для особенных детей


Глава Минздрава РФ Вероника Скворцова после визита в Кировскую область поставила регион в пример другим субъектам. В центре — Дмитрий Курдюмов, первый зампред правительства области, курирующий медицину и социалку.

Как уничтожить за федеральный счет частный медицинский центр, с рождения оказывающий помощь особенным детям (диагнозы: ДЦП, аутизм, олигофрения, синдром Дауна и еще целый спектр неврологических и психологических нарушений)? Похоже, за мастер-классом стоит обратиться к чиновникам Кировской области, в которой всего за несколько лет был успешно ликвидирован созданный на базе детсада "Сказка" центр раннего вмешательства.

В 2016 году этот частный центр (по форме — НКО) был включен в официальный реестр поставщиков социальных услуг Кировской области. Схема работы предполагалась следующая: расположенная Кирово-Чепецке "Сказка" оказывает услуги обратившимся в неё родителям, расходы впоследствии за счет федеральных траншей компенсирует правительство Кировской области. Но с самого начала всё пошло не так. В 2016 году "Сказке" пришлось работать безвомездно, поскольку правительством Кировской области не были утверждены тарифы на соответствующие услуги, а спустя год, когда тарифная сетка, наконец, была принята, в центр зачастили с проверками чиновники Минсоцразвития. Итог: ликвидация НКО в 2018-м по причине разорения (по сей день компенсированы затраты центра лишь за два квартала 2017 года — мизер от общей суммы) и угроза уголовного дела, нависшая над сотрудниками центра. Сами чиновники, что любопытно, отчитывались о выделении центру раннего вмешательства бюджетных миллионов.

Как "Сказка" пришла к такому неутешительному финалу, корреспонденту "Idel.Реалии" рассказала главврач центра Марина Могилёвкина. Разговор происходил накануне очередного разбирательства в арбитраже. Суд с зимы пытается подсчитать сумму компенсаций, которую Кировская область задолжала ликвидированной НКО.

Марина Могилёвкина
Марина Могилёвкина

— Наш детский центр в 2014 году получил медицинскую лицензию, а в феврале 2016 года был включен в реестр поставщиков социальных услуг Кировской области наравне с государственными и муниципальными учреждениями для детей с ограниченными возможностями здоровья (ОВЗ), в том числе — детей-инвалидов. Включение в реестр давало возможность родителям выбирать реабилитацию детей либо в нашем центре (негосударственном частном некоммерческом учреждении), либо в муниципальном учреждении. Сейчас НКО находится в стадии ликвидации.

— Почему так вышло?

— Прикрываясь государственным контролем, сотрудники Минсоцразвития Кировской области Сысоева и Шиляев регулярно приходили без предупреждения с проверками в помещения, где находились дети, отвлекали персонал центра от работы с детьми, пугали детей окриками на персонал, обсуждали в телефонных разговорах заболевания детей, о которых им стало известно в ходе проверок.

Окончанием данных проверок стало исключение нашего центра из реестра поставщиков социальных услуг Кировской области по основанию "Непредставление информации, необходимой для формирования регистра получателей социальных услуг". При этом одновременно с Минсоцразвития проверки проводили Управление Минюста по Кировской области, Роспотребнадзор, Пожнадзор,которые никаких нарушений не выявляли.

— У вас есть версии, почему Минсоцразвития относилось к вам с таким пристрастием?

— Разумеется. Мы до сих пор не можем получить за оказанные услуги деньги. В 2016 году мы вошли в реестр — и за всё это время нам выплачена компенсация наших расходов только за 2 и 3 квартал 2017 года. При этом против нас сегодня еще и возбуждено уголовное дело.

— Даже так? Кого именно и в чём обвиняют?

— Да. Фигурант Александр Могилёвкин, бывший, теперь уже получатся, директор центра (с апреля 2018 года он является лишь учредителем; в данный момент все сотрудники уволены, НКО — находится в стадии ликвидации, хозяйственная деятельность не ведётся с 01 марта 2018 года). Статья — "мошенничество", якобы нами были подделаны документы.

Александр Могилёвкин
Александр Могилёвкин

И что это за документы?

— В рамках прокурорской проверки в ноябре 2017 года, где был пожнадзор, Роспотребнадзор, Минюст и Минсоцразвития, Минсоцразвития якобы нашло какие-то сфабрикованные документы. Это даже не сами документы, а фотокопии. И у нас есть решение Ленинского райсуда Кировской области, в котором суд даёт оценку этим незаверенным фотокопиям, представленным Минсоцразвитием. Оценка такая: "Данные фотокопии не могут быть приняты в качестве надлежащего доказательства". Именно эти фотокопии и легли в основу уголовного дела, возбужденного следователем СО ОП №2 СУ УМВД России по Кирову, лейтенантом юстиции Рубцовой М.С.

— А к вам эти документы какое отношение имеют?

— Это акты выполненных работ, якобы подписанные поставщиком услуг — нашей НКО — и родителем. Так вот, Минсоцразвития якобы нашло какие-то светокопии этих самых актов и представило их суду в рамках процесса по административному делу. А суд это доказательство отклонил. Но несмотря на то, что решение суда уже вступило в законную силу, теперь на основании ранее признанных ненадлежащими доказательств возбуждено уголовное дело.

— Когда стартовала ликвидация?

— 4 апреля 2018 года было подано заявление в минюст, 27 апреля внесено решение в ЕГРЮЛ.

— НКО пришлось ликвидировать из-за конфликта с Минсоцразвития? Расскажете об этом подробнее?

— За полгода было четыре проверки. И везде Минсоцразвития предъявляло требования, шедшие вразрез с санитарными правилами и нормами, с требованиями пожарной безопасности... Выполнить их требования не представлялось никакой возможности.

Можете привести пример наиболее абсурдных требований?

Да, конечно. Например, Минсоцразвития требовало установить в учреждении, где находятся дети-инвалиды и дети с ограниченными возможностями здоровья, монументальные металлические двери с притвором. То есть, случись пожар, дети никогда не выберутся из здания! Напомню, это требование Минсоцразвития. Пожнадзор и Роспотребнадзор со своей стороны подобных нарушений у нас не выявили.

— Минсоцразвития настаивало на том, чтобы железные двери были установлены и внутри, и снаружи?

— Да. Причем есть определенные нормы, которые должны учитываться для данного здания. Кирово-Чепецк — очень маленький город, и здание, приспособленное для детских учреждений — одно-единственное. Поэтому оно находилось у нас в аренде, и оно — 1954 года выпуска. Чтобы поставить данные двери, нужно ломать несущие стены, что невозможно. То есть, технически это сделать просто невозможно — и, кроме того, опасно для жизни! Ведь надо было вырезать конструкции из несущих стен. Нам никто не позволит! Здание разрушится!

Одно из помещений "Сказки"
Одно из помещений "Сказки"

Но Минсоцразвития как-то обосновывало эти свои требования?

— Да, прикрываясь федеральным законодательством.

— А там что, действительно такие нормы есть?

— Да. Но с оговоркой — для вновь строящихся учреждений и для учреждений-интернатов. Иного не предусмотрено. Кроме того, они прикрывались "Доступной средой". Это нацпроект, который совершенно не прошел в Кировской области.

Но мы должны были, несмотря на то, что мы — арендаторы, частная НКО, а собственник — администрация города, облагородить еще и прилегающую территорию детсада, начиная с остановки общественного транспорта до здания.

— И это тоже отражено в их акте проверки?

— Да. Кроме всего прочего, они неоднократно требовали все имеющиеся оригиналы документов нашего центра, что и было предоставлено. Но они никакие наши документы толком не смотрели, приходили в неназначенное время...

— Чем это плохо?

— Мы работаем с особенными детьми с рождения и до семи лет. Поэтому весь персонал, включая дворников, имели не только медкнижки, но и специальные допуски для общения с детьми. Все работники, включая дворников и поваров!

Даже наша обслуживающая охранная организация не имела права без сопровождения в здание входить. Это было указано в договоре, поскольку, повторюсь, у нас в группах — дети раннего возраста и дети с особенностями.

Но чиновники Минсоцразвития без единой справки, без единого допуска буквально рвались к детям, шастали абсолютно везде. Включая кухню, которая должна быть абсолютно стерильна, ясельную группу...

Речь идет о какой-то одной конкретной проверке?

— О всех четырех... Последняя проверка была после того, как мы подали заявление, что нет возможности работать, просим нас исключить из реестра поставщиков социальных услуг. То есть, мы будем работать просто без вас, как мы работали до этого, до 2016 года. Нет, этот чиновник, Шиляев (судя по всему, Александр Шиляев, обозначенный на сайте Минсоцразвития как замначальника отдела государственного контроля и ревизий — "Idel.Реалии"), пришел и требовал допуска к детям!

А что за особенности у детей, с которыми вы работали ?

— ДЦП, аутизм, олигофрения, синдром Дауна, синдром Дауна с мозаичной формой, дети с другими неврологическими нарушениями и психологическими отклонениями. Психиатрии у нас нет.

Любой ребенок с особенностями развития, получивший медицинское направление, что ему необходимы социальные услуги, приходит со справкой в соцслужбу (Минсоцразвития или филиал) и получает индивидуальную программу, так называемый индивидуальный маршрут, в котором расписаны все полагающиеся ему услуги, гарантированные государством. И там есть перечень учреждений, которые могут эти услуги предоставить — как государственных, так и частных. Мы работали на всю Кировскую область.

— И вы до сих пор пытаетесь взыскать деньги с Минсоцразвития...

— Да. Сейчас тянется уже второй арбитражный процесс, где нужно всего лишь подсчитать сумму, которую нам осталось должно Минсоцразвития. Процесс стартовал в феврале. Сейчас июль. И мы до сих пор считаем эту сумму. У нас складывается полное впечатление, что судья просто затягивает судебный процесс, однозначно зная об уголовном деле.

И у вас есть свои расчёты этой суммы, очевидно?

— Есть. 1 млн 072 тыс. руб.

Всего?

— Да. При всём при том в 2017 году был запрос от одной из родительниц, которая спрашивала, почему нам с 2016 года не выдают субсидию, не компенсируют услуги (мы работали бесплатно, за свои деньги). Был ответ, что будет всё оплачено в 2017 году. И на нашу организацию выделено почти три миллиона рублей. 2 900 000 — только на нашу организацию в год! Мы просим за полгода миллион сто, если грубо — и до сих пор ничего не выплачено!

— Еще раз: сколько и за какой период вам выплатили?

— За 2 квартал 2017 года — 132 882 руб 79 копеек; за 3 квартал 2017 года — 102 659 руб 95 копеек.

— А работу за 2014 - 2016 гг. вам оплатили?

— Нет. Это был пилотный проект правительства Кировской области. Нас пригласили и внесли в реестр поставщиков социальных услуг 16 февраля 2016 года. За весь 2016 и первый квартал 2017-го мы оказывали детям социальные услуги за свой счет, при всем при этом Минсоцразвития неоднократно нам указывало на то, что мы не имеем права никому отказывать, потому что мы находимся в реестре.

— Вы оказывали услуги за свой счет, не рассчитывая на компенсацию со стороны государства? Или она вам всё-таки полагалась?

— Вообще-то полагалась. Но! Правительство Кировской области вынесло решение, что только после разработки и утверждения тарифов на каждую услугу мы сможем получить компенсацию. Тарифы были утверждены 11 апреля 2017 года. Что делает Правительство РФ? Отдает всё на откуп регионам. А регионы... Куражатся как могут.

—​ То есть они установили такие правила игры, что раз тарифы утверждены только в апреле 2017 года, то и вы можете претендовать за компенсации только с этого периода?

Да. Но при этом с начала 2016 года и до исключения нас из реестра поставщиков социальных услуг (до 01.03.2018 года) нами регулярно подавались сведения о предоставленных социальных услугах, а Минсоцразвития регулярно подавало сведения в Москву об оказанных социальных услугах. То есть, они-то деньги получали, а мы — нет!

Нам обещали: вот-вот утвердим [тарифную сетку]... Каждый день. И мы то набирали, то распускали группы детей. Оказывать помощь мы можем только на тех финансовых условиях, которыми мы располагаем. Это НКО, и коммерческую деятельность мы не имеем права вести. У нас все услуги бесплатные, это деньги — только учредителя. В одном месте зарабатывал, сюда вкладывал. Из любви к детям. Всё.

Обслуживающий персонал — неспециалисты: дворники, повара, нянечки — получали зарплату. Специалисты были из Казани. Приезжали вахтовым методом. В большинстве — на добровольной основе.

При этом, повторюсь, есть ответ на письмо одной из родительниц, что денежные средства — 2,9 млн руб. — выделены на учреждения, не участвующие в государственном заказе. А мы на тот момент были одни-единственные такие в Кировской области!

Деньги, согласно ответу Дмитрия Курдюмова — это первый заместитель председателя правительства, курирующий вопросы здравоохранения и социального развития — на все негосударственные учреждения социального обслуживания, но из таких учреждений на 2017-2018 гг. на Кировскую область было всего одно — наш центр (копия этого документа есть в распоряжении редакции — "Idel.Реалии").

То есть, из 2,9 млн руб. нам выплачено только 235,5 тыс. руб. А остальное где? Это федеральные деньги, выделенные на конкретную социальную программу...

— А что родители с детьми? С закрытием вашего учреждения у них остаётся выбор? Или они оказались заложниками ситуации?

— Есть письма г-на Курдюмова где он родителям сообщает, что они могут выбрать любое другое детское социальное учреждение, а не только наш детский центр. Хотя родители хотят именно к нам. И имеют право выбрать учреждение на своё усмотрение.

В Кирово-Чепецке было всего два таких учреждения: одно — государственное, второе, наше — нет. Проблема заключается в том, что все остальные учреждения находятся в Кирове, и мама с больным ребенком должна ехать за 37 км в другой город по трассе за получением услуг! Да что в Киров! Некоторым даже в Казань за нужными услугами приходилось ездить.

А у детей с тем же ДЦП, например, встречались очень тяжелые формы заболевания. Некоторые не могут даже самостоятельно глотать. Этому надо заново учить. Нянечка этому научить не может. Страховать должен всё равно специалист.

Дмитрий Курдюмов
Дмитрий Курдюмов

— Почему вы решили работать несколько лет, не зарабатывая денег? Откуда такой энтузиазм?

— Мы готовились, потихоньку искали своё направление... Искали, с какими заболеваниями мы вообще в принципе можем работать, каких специалистов мы можем найти, что потянем мы и, соответственно, наше здание.

— Даже если вам компенсируют затраты, вы ушли в большие минуса?

— В очень большие.

— Во сколько вы оцениваете свои потери?

— К концу 2014 года было вложено в ремонт и оснащение оборудованием этого здания — это только самые основные затраты — 5 млн руб., из них нам компенсировано на сегодня, помимо упомянутых мной субсидий от Минсоцразвития, еще полмиллиона администрацией Кирово-Чепецка. Для смеха: сумма, которая фигурирует в тех самых светокопиях неизвестного происхождения, составляет всего 24 тысячи рублей. И этого оказалось достаточно для целого уголовного дела.

Бойтесь равнодушия — оно убивает.​ Подписывайтесь на наш канал в Telegram.

Комментарии (2)

XS
SM
MD
LG