Ссылки для упрощенного доступа

"Телевизионная пропаганда имеет подавляющее влияние". Социологи — о новой реальности на фоне войны


Жительница Санкт-Петербурга смотрит телевизор, где президент России Владимир Путин выступает во время трансляции заседания Совета национальной безопасности о признании самопровозглашенных "ДНР" и "ЛНР". 21 февраля 2022 г.

Российские социологи из более чем десяти регионов провели масштабное исследование, которое зафиксировало изменения в жизни россиян после вторжения российских войск в Украину. Кроме более распространённого в социологии количественного исследования с обширной выборкой, учёные также провели качественное исследование, чтобы понять образ мыслей и причины тех или иных точек зрения на то, что происходит в стране на фоне войны. Работа проводилась в Москве, Самаре, Казани, Краснодаре, Томске, Воронеже, Волгограде, Челябинске и Владивостоке. "Idel.Реалии" пообщались с одним из авторов исследования, доктором социологических наук Владимиром Звоновским.

КОЛИЧЕСТВЕННОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ

С момента начала военных действий на территории Украины группа независимых социологов и IT-специалистов "Опыты", в которую входит доктор социологических наук из Самары Владимир Звоновский, провела три волны количественных замеров общественного мнения.

Первый из них проводился непосредственно после начала российского вторжения — с 28 февраля по 2 марта — и охватил 1640 человек разного пола, возраста, образования и рода деятельности. Второй — 10-12 марта, третий — с 18 по 20 марта.

Первое исследование показало, что 59% опрошенных поддерживает проведение так называемой "спецоперации", 22% не поддерживает, 19% — затрудняется с ответом. К третьему замеру — то есть к концу марта — число сторонников войны значительно выросло (80%), число противников снизилось (14%), затруднились ответить лишь 7%.

Исследование не ограничивается вопросом об отношении к "спецоперации" — социологи также затрагивают вопросы влияния санкций, условий завершения военных действий, допустимые основания применения ядерного оружия, эмиграцию и так далее. Авторы также развенчивают наиболее популярные стереотипы — в том числе о допустимости проведения таких исследований в условиях цензуры и возможных недостоверных ответах респондентов из-за ответственности за "военные фейки".

ОБСУЖДЕНИЕ НОВОЙ РЕАЛЬНОСТИ

Уже после количественного исследования в апреле было проведено исследование качественное. Как поясняет Владимир Звоновский, изначально в проекте участвовали социологи из шести регионов, однако позже начали присоединяться учёные из Москвы, Краснодара, Владивостока, Челябинска и других городов.

Целью исследователей было изучение изменений в сознании людей после начала войны в Украине — от общего впечатления и потребительского поведения до поведения в онлайн-пространстве. В качестве методов исследования были выбраны фокус-группы — дискуссии пяти-шести человек, которые шли более двух часов, а также глубинные индивидуальные интервью.

— Нужно было обсудить новую ситуацию, новую реальность. Цель такого рода исследований состоит в том, чтобы люди в ходе общения выработали общую точку зрения на обсуждаемые вопросы. Разумеется, это получается не всегда — и это тоже результат, о котором мы пишем в отчёте. Всё это позволяет нам изучить мотивацию, восприятие и установки. При этом понятие репрезентативности не применяется к качественным исследованиям, — поясняет Звоновский.

СИТУАЦИЯ, НЕ ИМЕЮЩАЯ АНАЛОГОВ

По словам Владимира Звоновского, для исследователей было важно понять, как люди видят новую ситуацию и как описывают её в "терминах того, что они уже видели и где они уже были".

— Это изначальная установка любого человека. Но в данном случае большинство считало эту ситуацию уникальной, первой в их жизни. Мы предлагали разные варианты для сравнения, в частности — Афганскую и Чеченские войны, 1991, 2014 и 2018 годы. Ничего из этого не подошло. И хотя людям свойственно находить аналогии — это позволяет лучше адаптироваться к новой ситуации и не быть столь напряжёнными — ныне люди к этому не склонны. Навязанный пропагандой образ нестандартной ситуации захватил массовое сознание, и телевидение сыграло в этом решающую роль, — поясняет социолог.

Владимир Звоновский
Владимир Звоновский

При этом пока сторонники "спецоперации" воспринимают происходящее как "временные трудности", противники вторжения реагируют более эмоционально и полагают, что происходящее полностью стёрло какое-либо будущее — как их личное, так и страны в целом. По словам Звоновского, они полностью дезориентированы и даже не считают нужным адаптироваться, поскольку понимают, что ситуация продолжит стремительно меняться. "Известная аналогия с падающим человеком: пока он не долетел до земли, невозможно сказать, что он там сломал — в этом состоянии находится массовое сознание", — поясняет социолог.

В исследовании отмечается, что большинству респондентов пришлось отказаться от некоторых планов на будущее: "Кто-то не поедет в отпуск, кому-то придётся потратить больше денег на ремонт, кто-то вынужден отказаться от покупки новой машины. Люди разных возрастов и разного отношения к военным действиям не отличаются по разрушенным планам", — отмечают социологи.

Многие респонденты говорят об эмиграции, однако, как заявляют авторы исследования, "больше на уровне мечты, чем на уровне планов".

"Потеря свободы слова, возможностей для общения с родственниками за границей, возможностей для путешествий и ухудшение отношений с другими странами — ключевые потери военного времени с точки зрения противников вторжения. Сторонники войны нарушений свободы слова не заметили. Они боятся потерять доход, работу, привычный комфорт жизни и возможность путешествовать", — говорится в результатах исследования.

"МИФ О 80%"

Количественные исследования, рассказывает Владимир Звоновский, подтверждают цифровое значение поддержки военных действий на территории Украины — 80%, измеренное другими специалистами. Однако именно качественное исследование, по словам социолога, позволяет показать более ясную картину именно образа мышления и отношения.

— Может быть, вы видели статью "Что Россия должна сделать с Украиной?" на РИА "Новости". Там был сделан набор высказываний, который характеризовал провоенную, антиукраинскую точку зрения. И если мы в наших опросах собирали вот такие же крайние формулировки — как "милитаристские", так и "пацифистские" — то выяснялось, что мы получаем соотношение не 80% к 14%, а 6% твёрдых сторонников войны на 7% твёрдых сторонников мира, — поясняет Звоновский.

В этом смысле если исследователи задают вопросы не в формулировках пропаганды, а такие, которые позволяют респондентам более свободно высказываться и формулировать более твёрдую позицию, то число "милитаристов" уменьшается на порядок (с 80% до 6%), тогда как число убеждённых "пацифистов" — всего вдвое.

— Мы разговариваем с помощью слов. И вопросы задаём с их помощью. И ответы получаем ими же. В этом пространстве мы и получаем те самые 80% сторонников "спецоперации". Но если мы оставляем формулировки пропаганды и задаём другие вопросы — например, о начале переговоров, выводе войск или оккупации Украины — мы видим куда менее агрессивную позицию российского массового сознания. И здесь качественное исследование важно не тем, что оно открывает правильное распределение, а тем, что позволяет нам более точно сформулировать наши вопросы в последующем количественном исследовании, — уточняет Звоновский.

ФАКТОРЫ ПОДДЕРЖКИ

В ходе работы исследователи выделили факторы, влияющие на отношение россиян к войне. Некоторые из них были предсказуемы. Так, например, женщины в целом более миролюбивы, чем мужчины. Кроме того, молодое поколение склонно к "пацифизму", а пенсионеры настроены более воинственно. Большое влияние в пользу поддержки боевых действий оказывает присутствие военных среди членов семьи — несмотря на то, что по понятным причинам у близких таких респондентов есть прямая угроза жизни в связи со службой.

Более неожиданно действует фактор наличия в семье мужчин призывного возраста — выяснилось, что такие респонденты склонны поддерживать боевые действия. Но если среди родственников есть подросток младше призывного возраста — напротив, чаще звучат высказывания против войны.

— Самым сильным образом воздействует массовая пропаганда. Если человек смотрит телевизор, смотрит государственные каналы, если он доверяет этим каналам, то он на стороне военных действий. Если респонденты пользуются интернетом и знают, что такое VPN (чаще всего это означает, что российское государство находится с ними в состоянии информационной войны), то в этой группе, конечно, сторонников мира гораздо больше. То есть несмотря на то, что все эти годы мы говорили, что влияние телевидения падает, его смотрит всё меньше людей, в действительности телевизионная пропаганда имеет подавляющее влияние на массовое сознание россиян. Это очевидность, просто мы в этом убедились на цифрах, мы видим, что этот фактор самый сильный, — поясняет Владимир Звоновский.

Говоря о пропаганде, стоит отметить, что в ходе фокус-групп часть сторонников вторжения, оппонируя его противникам, прибегает к фразам провластной пропаганды и указывает на собственную готовность принять любое решение властей. "Сторонники чаще всего выражают свою мысль клишированными фразами пропаганды, в то время как противники пользуются аргументами в основном эмоционального и ценностного характера", — пишут авторы исследования.

Среди других — неожиданных для социологического сообщества — факторов поддержки войны оказалось то, что за нее выступают люди с более высоким достатком, которым есть что терять в материальном плане. Респонденты с более низким доходом, напротив, демонстрируют миролюбие, хотя обычно всё складывается ровно наоборот, подчеркивает Звоновский.

— Те люди, для которых важен достаток, которые встроены в существующую систему распределения национального дохода — для них такие потрясения чреваты какими-то изменениями собственного достатка. Зачем им это? И люди без достатка, наоборот, могут рассчитывать "поймать рыбку в мутной воде". Но нет. Всё равно — люди меньшего достатка поддерживают мир, а люди с более высоким доходом поддерживают войну. На вопрос, почему это так, у нас ответа нет, пока мы не понимаем, почему так происходит, — говорит Звоновский.

УХУДШЕНИЕ ОТНОШЕНИЯ И ОТНОШЕНИЙ

Многие респонденты говорят, что к ним и другим россиянам стали хуже относиться как их знакомые, живущие за границей, так и иностранцы, с которыми они сталкиваются в интернете. При этом часть "пацифистов" чувствуют за собой ответственность за произошедшие изменения, тогда как сторонники войны называют происходящее "неадекватным поведением", вызванным влиянием западных СМИ.

Вторжение в Украину ожидаемо повлияло не только на отношение к россиянам, но и на отношения внутри семей — учитывая то, что политические дискуссии неизбежно стали частью повседневной жизни.

"Отсутствие навыков ведения диалога на острые политические темы и мирного разрешения спорных ситуаций приводит к обилию конфликтов и замалчиванию темы войны как стратегии сохранения отношений с близкими и своего собственного психологического равновесия. Это характерно как для сторонников, так и для противников вторжения в Украину", — указано в результатах исследования.

Вместе с этим часть противников войны боится открыто высказывать своё мнение из-за давления окружения и страха потерять работу в результате доноса кого-то из своих же коллег — к такому выводу пришли социологи.

МОБИЛИЗАЦИЯ И ОБРЕЧЁННОСТЬ

Темой для отдельного исследования, по словам Владимира Звоновского, может стать позиция респондентов по вопросу готовности самостоятельно отправиться в Украину с оружием в том случае, если будет объявлена мобилизация. Вопрос "Готовы ли вы принять участие в специальной военной операции в Украине в рядах Вооруженных сил Российской Федерации?" социологи также задали в качественном исследовании.

— Отвечая на такой вопрос, люди делают это обречённо. Конечно, мы задаём вопрос с помощью слов и получаем ответы в форме слов. Но этим всё не ограничивается. Человек реагирует интонацией, определённой энергетикой. Прослушивая такие ответы, мы видим огромную долю обречённости. Да, они готовы принять участие — сторонники, конечно, больше, чем противники. Но в голосе звучит обречённость, нежелание — даже не жертвенность. Потому что жертва понимает, что она делает что-то если и не для себя, то хотя бы для других. Противники "спецоперации", говоря о готовности, имеют в виду — в том случае, если за ними придут. Надо понимать опять же, что речь о намерении, а не о том, будут ли их слова в случае мобилизации соответствовать действительности, — поясняет Владимир Звоновский.

ПЕРСПЕКТИВЫ

Сторонники проведения "спецоперации", сказано в исследовании, предполагают, что экономическая ситуация будет улучшаться — они надеются на помощь Китая, импортозамещение и даже полагают, что "теперь внешние условия заставят наше государство развивать производство, что россияне не развивали производство и не реализовывали потенциал страны по причине отсутствия потребности в этом".

При этом, как отмечают социологи, "милитаристы" склонны либо игнорировать, либо преуменьшать перспективы международной изоляции, неразвитость производства и отсутствие технологий. Назвать какие-либо предпосылки разрешения кризиса сторонники вторжения также затрудняются.

В свою очередь "пацифисты" смотрят на ситуацию куда пессимистичнее. Они надеются на скорое окончание войны и ослабление санкций, но предполагают, что отношения как с Украиной, так и со странами Запада испорчены на многие годы вперёд, а экономика стабилизируется на более низком уровне. В качестве возможных сценариев развития будущего, согласно данным исследования, "пацифисты" называют "умеренно плохой" и "очень плохой" варианты. В первом случае, по их мнению, ситуация стабилизируется на том уровне, что есть сейчас. Во втором — Россия может пойти по пути Северной Кореи либо "сталинского" СССР.

МОЖНО ЛИ ВЕРИТЬ СОЦИОЛОГИИ

В настоящее время всё больше политически активных россиян склонны полагать, что любые социологические замеры в нынешних реалиях не могут считаться достоверными. В основном — из-за ужесточения законов и возникающей в результате этого самоцензуры. Владимир Звоновский опровергает эту позицию: по его словам, люди по-прежнему готовы говорить то, о чём думают.

— Проблема не в этом. Если мы говорим о протестах 2021 года, мы спрашивали разных людей об участии в них, об отношении к Владимиру Путину и так далее. По результатам сказать, что у нас в выборке не хватало участников протестов либо что мы их как-то не так опросили, невозможно — они вполне добросовестно отвечали на наши вопросы. Если взять опросы этого года и сравнить с готовностью респондентов говорить в аналогичных по методам, но более ранних исследованиях — мы увидим, что никаких изменений либо увеличения числа отказов нет, — рассказывает социолог.

Настоящая же проблема, по словам Звоновского, заключается в том, что люди отвечают на вопросы, имея в виду ситуацию вокруг себя. Но и в этом случае, убеждён исследователь, отказываться от измерений и ждать, пока массовое сознание придёт в некое "нормальное" состояние, не имеет смысла.

— Люди находятся под серьёзным воздействием своего окружения, но это не значит, что нужно перестать говорить из-за того, что мнение — оно какое-то "не такое". Оно вполне реально по своим последствиям. Наши респонденты разговаривают откровенно, и — в отличие от нас с вами — называют войну — войной, безо всяких эвфемизмов. И могут себе позволить как позитивную, так и резко негативную оценку вторжения. Там очень разные мнения, — поясняет Звоновский.

В самой Самаре, по словам социолога, особо бросается в глаза, что пропорция "милитаристов" и "пацифистов" в качественном исследовании меняется в ходе дискуссии. Так, в конце фокус-групп интервьюеры спрашивали: "Если вернуться в 23 февраля, вы бы проголосовали за или против ввода войск?" — и даже те, кто в ходе дискуссии поддерживал вторжение, зачастую говорили, что проголосовали бы против.

— Этот сдвиг есть во всех группах. Сдвига в большую агрессивность нет, есть сдвиг в меньшую агрессивность. Он существует, и он, кстати, в качественном исследовании есть в большей степени, чем в количественном. Там тоже есть такой вопрос, но сдвиг гораздо меньше. То есть, когда происходит дискуссия между людьми, взгляды меняются, — резюмирует Владимир Звоновский.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram. Что делать, если у вас заблокирован сайт "Idel.Реалии", читайте здесь.

Комментарии (5)

Комментирование закрыто. Если вы хотите оставить комментарий к этой статье, напишите нам на idelreal@rferl.org

XS
SM
MD
LG