Ссылки для упрощенного доступа

Срочная новость

Страсти по Шаймиеву: "Была надежда, что он станет неким Ататюрком"


Бывший мэр Москвы Юрий Лужков и бывший президент Татарстана Минтимер Шаймиев на презентации книги в Москве, 6 декабря 2016 года

В Полпредстве Татарстана в Москве состоялась презентация книги о бывшем президенте республики Минтимере Шаймиеве, которая вышла в рамках серии "Жизнь замечательных людей. Биография продолжается...". Есть еще две книги о первом президенте Татарстана, которые у поклонников политического творчества Шаймиева вызывали несколько иные эмоции. С автором одной из них, журналистом Андреем Морозовым, пообщался корреспондент "Idel.Реалии".

Книга "ЖЗЛ. Биография продолжается..." о Минтимере Шаймиеве, представленная накануне в Москве, написана журналистом Игорем Цыбульским и его коллегой из Татарстана, в прошлом сотрудницей журналов "Сююмбике" и "Татарстан", а позже – главным советником пресс-службы президента Татарстана Нурсией Шайдуллиной. Шайдуллина действительно близко знала и знает Минтимера Шаймиева, она до сих пор является помощницей бывшего президента, чего нельзя сказать об Игоре Цыбульском, который на презентации книги сам признался, что "открыл для себя новый мир, удивительный Татарстан" уже в процессе работы над книгой.

Хвалебный характер повествования - это, наверное, главное, что бросилось в глаза и в ходе представления книги с участием самого героя, и в официальном предисловии издательства "Молодая гвардия", где вышла книга - "трудно найти еще один пример столь же неразрывного слияния биографии человека и истории его родной страны", говорится в книге. Авторы утверждают, что, прочитав новую книгу, читатель непременно найдет "рецепты универсального политического успеха" считающегося отцом татарстанского суверенитета Минтимера Шаймиева.

Руководитель Татарстана занимал эту должность почти 19 лет, и, как утверждают многие эксперты, даже уйдя в отставку в марте 2010 года и став государственным советником республики, власть в Татарстане он до сих пор не потерял.

"Спасибо за добрую оценку поступков, больших и малых дел, реализованных в очень, очень непростое время. Все же скажу: я неплохой, но не настолько хорош". Такими словами Шаймиев подписывал новую книгу о себе, подаренную каждому гостю закрытой презентации. В праздничной атмосфере мало кто заметил эти слова Шаймиева, а если кто и заметил, то принял это за присущее политикам легкое кокетство.

"Не настолько хорош" в отношении Минтимера Шаймиева говорили авторы двух других книг о первом президенте Татарстана, которые у поклонников политического творчества Шаймиева вызывали негативные эмоции.

В 2007 году его бывший пресс-секретарь Ирек Муртазин выпустил в свет свое произведение "Минтимер Шаймиев: последний президент Татарстана". В декабре 2008 года стало известно, что Шаймиев подал заявление в Следственный комитет с просьбой привлечь Муртазина к ответственности за распространение "заведомо ложных сведений, порочащих его честь и достоинство, подрывающих его репутацию, а также за распространение сведений о его частной жизни, составляющих личную семейную тайну". Предшествовало этому то, что в сентябре Ирек Муртазин в своем ЖЖ разместил информацию о том, что Минтимер Шаймиев скончался. В тот же день пресс-служба президента опровергла эту новость. Через несколько дней было возбуждено уголовное дело по факту распространения в интернете ложных сведений о кончине президента Татарстана, по которому Муртазин проходил в качестве свидетеля. Позже оно переросло в уголовное дело о "возбуждении ненависти либо вражды, а равно унижении человеческого достоинства по признакам принадлежности к какой-либо социальной группе, совершенными публично и с использованием СМИ, с угрозой применения насилия". По мнению следователей, он делал это "с помощью текстов, размещенных в его блоге, книге о Шаймиеве и в выпусках издаваемых им газет".

Фонд защиты гласности переиздал книгу "Минтимер Шаймиев: последний президент Татарстана" тиражом в 2700 экземпляров

В ноябре 2009 года суд оправдал Муртазина по части 1 статьи 137 УК РФ (нарушение неприкосновенности частной жизни), однако признал его виновным в клевете и в возбуждении ненависти или вражды. Журналиста приговорили к 21 месяцу колонии-поселения и взяли под стражу в зале суда. В конце января 2011 года Менделеевский районный суд Татарстана принял решение об условно-досрочном освобождении Муртазина, удовлетворив ходатайство заключенного. Бывший пресс-секретарь Минтимера Шаймиева вышел на свободу. В 2012 году Фонд защиты гласности переиздал книгу "Минтимер Шаймиев: последний президент Татарстана" тиражом в 2700 экземпляров.

В 2010 году вышла книга-расследование журналиста Андрея Морозова "Шаймиев без цензуры", которая, по словам автора, основана на материалах СМИ с 1989 по 2008 год. Эта книга, отмечает Морозов, – "призыв к дискуссии в обществе о недавней истории". В настоящее время Морозов живет в северной столице, является членом союза журналистов Санкт-Петербурга, и совладелцем сайта dailytalking.ru. В 90-х годах он был издателем и редактором газеты "Казанскiй телеграфъ", публикации которой отличались резкой критикой курса руководства Татарстана на укрепление суверенитета и роста татарского национального движения.

На фоне издания новой книги о Минтимере Шаймиеве корреспондент "Idel.Реалии" поговорил с Андреем Морозовым.

– В своей книге "Шаймиев без цензуры" вы вспоминаете 90-е годы и пишете: "Как только Казани удалось договориться с московским Кремлем и узаконить особое положение республики, необходимость в нацдвижениях отпала, и они были объявлены Шаймиевым "общественными организациями с мизерным влиянием". Сейчас из года в год прав у Татарстана по сравнению с 90-ми годами становится все меньше, а в 2017 году республике и федеральному центру предстоит продлевать договор о разграничении полномочий. Как вы считаете, власть в Татарстане готова вновь разыграть "национальную карту", чтобы добиться сохранения своих полномочий?

– Поскольку Татарстан – составная часть России, я думаю, что такие вещи очень сложно предсказывать – я не гадалка. Эти организации уже давным-давно имеют мизерное влияние, а их акции все больше похожи на клоунаду, и я не думаю, что их будут широко использовать. К тому же народ от этих национальных идей уже немного устал – людей больше всего волнует собственный кошелек, нежели национальная идея.

Эти организации уже давным-давно имеют мизерное влияние, а их акции все больше похожи на клоунаду

Что касается договора, то он – чистая формальность, его будут продлевать и продлевать. Как Конституция стала формальностью, так и договор ей станет.

– Можно ли говорить, что у татарстанских властей уже нет такого рьяного желания отстаивать суверенные интересы республики, как это было в 90-е годы?

– Абсолютно! Еще в момент ухода Шаймиева я сказал, что следующий губернатор или президент, как тут говорят, будет завхозом. Господин Минниханов с этой функцией очень хорошо справляется – он знает, где лежат лампочки, дрова, картошка, кто где чего-то украл и так далее. Он – не политик. В принципе, так и должно быть, потому что губернатор должен заниматься хозяйственными делами губернии.

– Говоря о политике, в вашей книге вы приводите несколько цитат Минтимера Шаймиева, где он говорит о том, что ему "приходится заниматься политикой", да и вообще он любил повторять, что он хозяйственник либо человек, который занимается экономикой. Вы также обнаружили несостыковки в его речах, когда он то говорил, что не пойдет на четвертый срок (и пошел), то заявлял, что президент не может быть депутатом Госдумы (и трижды баллотировался), то констатировал, что назначение губернаторов президентом России – это плохо (на четвертый срок его назначил Путин). Такое поведение Шаймиева – это поведение политика, лгуна, конъюнктурщика или кого?

– Он всегда позировал – Шаймиев любит повторять, что он всегда во власти. Если вы внимательно читали мою книгу, то могли заметить, что я постарался показать читателям, насколько Шаймиев – конъюнктурщик.

Его любимая фраза – "политика есть искусство возможного"

При коммунистах он был коммунистом – за год до развала СССР он еще бился-колотился на трибуне Верховного Совета ТАССР, защищал святое имя Ленина. Через год он стал ощущать себя национальным лидером – бросил партию, наплевал на того же Ленина. Потом был период демократии, затем – центризма. Но Шаймиев никогда не был политиком европейского формата. Сегодня нужно так – он будет делать именно так; завтра эдак – пойдет по этому пути. Его любимая фраза – "политика есть искусство возможного". Он всегда этой фразой прикрывался. Шаймиев – это политический флюгер, а флюгер не может быть самостоятельным. Сначала он был против Ельцина, потом за него, а позже увидел солнце восходящего Путина. Дальше – будет другой. И у него всегда на все будет свое объяснение.

Окружение Шаймиева пыталось сделать из него политика европейского масштаба, и когда в 90-е годы он ездил за границу, то его визит местные официальные СМИ анонсировали как визит президента независимого Татарстана в такую-то страну. Но поездка осуществлялась по визе МИДа России – при всем их "суверенитете", декларациях о нем, без согласия российского МИДа он не мог никуда выезжать.

– Возвращаясь к национальным движениям, в своей книге вы писали: "Для большинства политиков регионального масштаба национальная тема была ничем иным, как дымовой шашкой в борьбе за собственность". А какая сейчас политика в Татарстане? Может ли она быть национальной, демократической?

– Есть коммунисты, социалисты, социал-демократы, консерваторы, христианские демократы, националисты и так далее. Шаймиев никогда не был ни демократом, ни социал-демократом, ни правым, ни левым. Он всегда позиционировал себя центристом…

– Но он же был коммунистом.

– Он был членом партии! КПСС в те годы уже не была политической партией как таковой. Она была похожа на нынешнюю "Единую Россию" – партию успешных людей. Партбилет Шаймиев свято хранит дома, как говорил сам. Вся его политика отвечала национальным интересам татарского народа – так он любил говорить. Но это не политика в нормальном ее понимании – это, конечно, тоже политика, но она, на мой взгляд, более лицемерна, чем другие. Недаром есть поговорка, что патриотизм – последнее прибежище негодяев. Национализмом тоже прикрываются последние негодяи. Я бы не сказал, что Шаймиев – негодяй, но он очень хитро использовал национальный вопрос в своих целях. В 1991 году, когда ВТОЦ на площади Свободы устраивал многотысячные митинги, были попытки штурма Верховного Совета, господин Шаймиев выходил на трибуну как раз Верховного Совета и говорил депутатам: "Вы слышите голос народа?". Эти митинги националистов он называл "голосом народа"! А через три года он называл этот "голос народа" уже "мизерным влиянием".

Недавно я общался с одним господином, в 90-е годы он работал в команде Шаймиева, был "особой, приближенной к императору". Меня удивило его признание: "Понимаешь, Андрей, мы все тогда верили, что Шаймиев станет для нас, татар, неким Ататюрком, отцом нации. А кончилось все тем, что его внучка недавно заняла девятое место в рейтинге самых состоятельных женщин в России в Forbes. Он ведь нас всех ****** (обманул)". Если его бывшее окружение понимает очевидные вещи, то что тогда говорить о простых людях?

Я не знаю, что было бы, если на месте Шаймиева оказались другие господа

Если вдуматься, то роль Шаймиева в новейшей истории республики если не трагическая... Я бы сказал, что это геополитическая катастрофа, как говорил Путин про распад СССР. Я не знаю, что было бы, если на месте Шаймиева оказались другие господа, но этот человек, на мой взгляд, нанес большой урон развитию региона, вытащив из бутылки джина – национальный вопрос.

В 1993 году, когда был самый разгар "мягкого суверенитета", министр информации и печати Татарии Ислам Ахметзянов (который в 2000 году стал генеральным директором "Идел-Пресса") сказал мне, редактору газеты: "Иди печататься в свою Россию". Через два года он же вступил в организацию "Наш дом – Россия".

– В Татарстане отношение подавляющего большинства местных журналистов к Шаймиеву известно – никакой критики, только благодарность. В своей книге вы пишете о том, что "показать величие и мудрость президента" (имеется в виду Шаймиева – "Idel.Реалии") – вот в чем заключается главное соревнование журналистов Татарстан", дескать в отношении Шаймиева цензура введена ими "почти добровольно". Несмотря на то, что прошло уже 15 лет, эта ситуация, как мне кажется, не изменилась. В чем причина этого? Это вы один такой здравый, считая Шаймиева злом, или остальные такие тупые, что думают иначе?

– Я имел в виду официальные СМИ.

– С неофициальными примерно такая же ситуация.

– Сегодня это можно объяснить. Дело в том, что СМИ стали бизнесом, а зачем владельцу бизнеса ссориться с властью?

– Но в тех же частных СМИ проскальзывает критика и Метшина, и Минниханова, чего нельзя сказать про Минтимера Шариповича.

– Он, скорее всего, как священная корова. С другой стороны, а что его сейчас обсуждать? Он ушел и ушел.

– В связи с фондом "Возрождение", например.

– Когда Шаймиев занимался "благородным" делом, а именно ликвидацией трущоб (имеется в виду программа ликвидации ветхого жилья – "Idel.Реалии"), был принят закон, который нарушал абсолютно все возможные законы – был введен налог для предпринимателей, а тому, кто не хотел платить, предлагали уехать. Причем по аналогии с такой инициативой Татарстана аналогичный налог в Екатеринбурге хотел ввести Эдуард Россель, но местные предприниматели его не поддержали, и он принят не был. Здесь сказалась специфика республики. Почему здесь все боятся власти, я не понимаю. Чего ее бояться-то? Это она боится собственного народа. Посмотрите, сколько у нее охраны. Кого от кого она охраняет?

– В книге вы привели вот такую цитату Шаймиева: "Вопросов, касающихся межнациональных отношений, не дотрагиваться неумелыми руками". Речь шла о журналистах. Вы неодобрительно отнеслись к таким его словам, но вам не кажется, что тогда, в 90-е, так и стоило действовать?

– Демократия заключается, в том числе, в плюрализме мнений. Если журналист ничего не понимает в экономике, то он не указывает экономическим ведомствам, как проводить реформы в этой сфере. Вопросы задавать можно, но не указывать. Но когда политик указывает журналистам, как освещать национальные вопросы – это уже не демократия. Я поэтому и говорю, что Шаймиев никогда не был демократом. Никогда! Это абсолютно авторитарный руководитель, который перенес такой формат руководства из СССР.

– В книге вы также вспомнили следующую цитату первого президента республики: "Делать что-нибудь в Татарстане через голову Шаймиева – создавать себе проблемы". Эта фраза сейчас актуальна, как вы думаете?

– Вряд ли. Все-таки хозяйственные вопросы решает господин Минниханов и очень успешно это делает.

– Задам вопрос по-другому. Как вы считаете, несмотря на странную должность Шаймиева, его власть в республике до сих пор велика?

– Частично я могу с этим согласиться. Например, потому, что аппарат Рустама Минниханова возглавляет Асгат Сафаров – преданнейший Шаймиеву человек, его бывший охранник, который всем обязан Шаймиеву. Зачем Минниханову брать этого человека к себе в администрацию, было изначально непонятно.

– "Я не знаю, что такое терять власть", – сказал как-то Шаймиев. Судя по вашему ответу на предыдущий вопрос, не потерял?

– Боюсь, что нет.

– Он участвует, на ваш взгляд, в подготовке к пролонгации договора о разграничении полномочий?

– Наверное, косвенно. У нас в стране проблемы со свободой слова, а в Татарии – тем более. О каких-то кулуарных политических вопросах никто не пишет. Например, в 90-е годы те же депутаты были более разговорчивы с прессой, а сейчас что? Хор немых.

– В 1993 году Минтимер Шаймиев сказал, что "до подлинной демократии нам еще ох как далеко". С того времени по нынешнее вы замечали истинное желание татарстанской власти перейти на демократический путь?

– Нет. Я даже вспомнить такого не могу. Тут никогда не было никакой демократии, не было такого политического движения. В Татарии вообще нет самостоятельной политики. То, что сделал в России Путин, Шаймиев в Татарстане сделал давным-давно. Он как слон вытоптал всю поляну – все, кто был с ним более или менее не согласен, уехали – королевство маленькое, развернуться негде, а через голову Шаймиева ничего сделать не удастся – будет еще хуже.

– В книге вы приводите цитату Шаймиева, что итоговую редакцию договора о разграничении полномочий 1994 года никто из татарстанской делегации не видел. В результате этого, сказал Шаймиев, документ оказался намного слабее других вариантов договора. Первый президент республики тогда связал это с деятельностью господина Шахрая. Получается, что Шаймиев проиграл в той борьбе?

– Нет, для Шаймиева это был джекпот, он его выиграл, поскольку благодаря договору был решен вопрос собственности – договоренность с федеральным центром была достигнута – это ваше, а это наше. Историю с договором рассказывал мне в интервью Рафаэль Хакимов. Откуда появилась итоговая редакция договора, Хакимов, будучи политическим советником Шаймиева, знать не знал. Получается, что Шаймиев вел какую-то двойную игру, а как это объяснить, я не знаю.

– В России, как вы знаете, сейчас два президента: президент России Путин и президент Татарстана Минниханов. Последний с начала 2016 года, согласно федеральному закону, должен был именоваться иначе, однако все до сих пор так, как было. Для чего это Татарстану?

– Когда в республике говорят о какой-то сакральности должности президента, я вспоминаю слова Шаймиева, которые он произнес в 1991 году, говоря о своем президентстве: "Сомневался не столько в том, что меня выберут, но и – главным образом – в том, что этот пост необходим нашей республике. Думалось: может быть, удастся найти что-то свое, чисто национальное, татарское. К учреждению поста президента Татарстана, честно сказать, был не готов. Это произошло как бы в пику тому, что в России была введена должность президента страны". В пику! Ничего сакрального в пику не делается.

– Правильно ли я понимаю, что сейчас для властей Татарстана должность президента нужна для того, чтобы показать Москве то, что республика до сих пор отличается от других российских регионов?

– Это, скажем так, последняя отрыжка суверенитета. Потому что ничего другого у них не осталось. Если сегодня Шаймиев попросит те же национальные движения выйти на улицы, – никто не выйдет, я вас уверяю. Он никому не нужен, потому что все знают про его внучку в списке Forbes и ТАИФ. Согласитесь, это было бы смешно, если бы проводились многотысячные митинги в поддержку интересов акционеров того же ТАИФа.

***

"Idel.Реалии" обратились к Минтимеру Шаймиеву с просьбой побеседовать в формате интервью о книге Андрея Морозова, однако первый президент Татарстана категорически отказался от такого предложения, пояснив, что готов говорить на другие темы.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram и первыми узнавайте главные новости.​

Комментарии (7)

Комментирование закрыто. Если вы хотите оставить комментарий к этой статье, напишите нам на idelreal@rferl.org

XS
SM
MD
LG