Ссылки для упрощенного доступа

С 15 по 17 мая в Казани прошла Межрегиональная конференция "Роль и место национально-культурной автономии в гармонизации межэтнических отношений в регионах России", организованная Федеральной национально-культурной автономией татар РФ (ФНКАТ).

На конференции приняли участие как руководители региональных национально-культурных автономий татар, так и представители национальных организаций из субъектов Поволжского федерального округа, а также известные специалисты в области межнациональных отношений. В их числе были идеологи широко обсуждаемого ныне закона об основах национальной политики в России, первоначально названного "Законом о единстве российской нации" – Валерий Тишков, Леокадия Дробижева и другие.

Справка.

Национально-культурная автономия – это форма экстерриториальной автономии для национальных меньшинств. Впервые идея о национально-культурной автономии (тюрко-татар) была выдвинута на I и II мусульманских съездах России в 1917 г. Активным сторонником этого был известный татарский политический деятель Садри Максуди, который по итогам этих съездов был избран председателем Милли Меджлиса (национального парламента) и Милли Идарә (Национального правительства) национально-культурной автономии тюрко- татар Внутренней России и Сибири. Однако позднее, после учреждения территориальных автономий (национальных республик), эта идея была забыта. Вновь к этой идее вернулись в постсоветский период, и в 1996 г. указом президента РФ Б.Н. Ельциным был принят федеральный закон "О национально-культурной автономии", регулирующий деятельность подобных объединений. Предполагалось что национально-культурные автономии возьмут на себя функции сохранения и развития языка, культуры и национальной самобытности в местах компактного проживания представителей коренных народов РФ, находящихся вне пределов их национальных республик. Тем не менее многие пункты этого закона до сегодняшнего дня фактически не функционируют, из-за чего национально-культурные автономии не обладают ни необходимыми полномочиями в решении этнокультурных проблем, ни необходимыми для этого финансовыми ресурсами, выделение которых предусмотрено в рамках этого закона. В результате чего на сегодняшний день, их деятельность и положение де-факто ничем не отличается от деятельности обычных этнонациональных объединений.

​Что же такое национально-культурная автономия, в чем заключается их основная функция и не угрожает ли новый законопроект об основах национальной политики в Российской Федерации этническому многообразию в нашей стране. Об этом мы побеседовали с председателем комиссии Общественной палаты РФ по вопросам развития гражданского общества Иосифом Евгеньевичем Диксиным.

– ​В своем выступлении вы рассказывали о проблемах в деятельности национально-культурных автономий в России. В чем же, по вашему мнению, заключается главная роль именно национально-культурных автономий в отличии от других национальных объединений?

– Национально-культурная автономия – это единственный способ трансрегиональной ответственности за развитие национально-культурной самобытности народов. Вот вам маленький пример – далеко не все татары живут в пределах Республики Татарстан. Тем не менее и у них есть проблемы развития татарского языка, культуры, сохранения своей самобытности.

– А в чем все-таки коренное отличие от национально-культурной автономии?

– Национально-культурная автономия – структура гражданского общества, которая действует в соответствии со специальным законом, а что касается конгресса татар то уже такого закона нет. И можно при этом добиваться того, о чем только что говорили – чтобы государство делегировало им целый ряд своих функций – в области образования, культуры вместе с соответствующими финансовыми ресурсами. То есть поступать также, как и как в других сферах, когда государство делегирует некоторые свои функции структурам гражданского общества в области заботы о инвалидах, хосписах и т.д. Здесь должна быть ровно та же задача, есть государственная программа по межнациональным отношениям которая финансируется бюджетом, соответственно должен быть и раздел, в котором прописано, что эти деньги передаются НКА. И одновременно с этим сами автономии должны перестраиваться, повышать свою квалификацию, предлагать свои проекты и т.д.

– Вот вы сегодня затронули закон от 1996 года о национально-культурных автономиях и упомянули, что многие пункты этого закона, в том числе о государственном финансировании деятельности автономий не выполняется. В чем здесь причина? Ведь данный закон был принят уже больше 20 лет назад?

– Почему у нас не действует большинство законов? На сей счет существует известная фраза, но я не буду озвучивать ее чтобы не смущать ваших читателей и зрителей. Проблема в том, что существует идея о том, что есть у нас Республика Татарстан, есть бюджеты Республики Удмуртия – вот они и должны беспокоиться о этнокультурных потребностях своих соотечественников. Татарский язык он один, что в Мордовии, что в Татарстане. Должны быть единые методы, программы и т.д. Кто может обеспечивать трансрегиональные функции на всей территории Российской Федерации? Только национально-культурные автономии.

– Как я понимаю, национально-культурные автономии должны идти параллельно той работе, которую проводит республики? То есть каждый сам по себе.

– Существует функции государства, а есть функции гражданского общества. И государство передает им часть своих функций, т.к. они могут действовать здесь дешевле и эффективнее.

– Закон об основах национальной политики, который первоначально назывался "законом о построении российской нации", по вашему мнению, необходим сегодня? Необходимо ли вообще конструировать новую общность – российскую нацию?

– Обязательно. Только единство российской нации не может быть осуществлено законом. У нас есть закон о государственной национальной политике, потому как это прямая функция государства и эта сфера должна регулироваться законом. Но есть другая проблема. Единство может быть по тем вопросам, по которым у нас нет различий. У нас же есть различия по национальным и религиозным аспектам. И все же несмотря на это существует общегражданское единство вопреки этим различиям.

– А вот если у нас уже оформилось единство россиян, осознание себя гражданами одной страны, тогда зачем вообще нужен отдельный закон?

– Во-первых, "единство" звучит латентно, а необходимо, чтобы оно звучало открыто и было четко сформулировано. В чем же мы едины? Ну, к примеру, идея о американской нации была сформулирована в Декларации о независимости. В теории же известно, что есть ценности, на основе которых формируются законы. Иначе без этого законы у нас превращаются в "лоскутное одеяло". Поэтому нам нужно договориться об общих ценностях.

– Чем вы можете успокоить народы нашей страны, которых беспокоит принятие этого закона?

– ​Успокою тем, что закон не о них. Это вообще закон не о национальной идентичности. Общегражданская российская нация действует там, где действует граждане. У нас в области культуры, языка и религии действуют не граждане, а действуют татары, действуют мусульмане. А гражданское единство действует в других сферах. Это в сфере политики, а у нас законодательством запрещены политические партии по национальному или религиозному принципу. Есть гражданский кодекс, касающийся социально-экономической жизни граждан. И там как сказано в Библии "нет ни иудея, ни римлянина". И в гражданском кодексе точно нет национальности. Он действует только в социальной сфере. Поэтому все разговоры про закон о единстве российской нации, в таком виде его принять нельзя, так как такое (построение нации) не регулируется законом. Это первое. И второе, гражданская нация не имеет никакого отношения ни к религиозному, ни к этническому разнообразию.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram и первыми узнавайте главные новости.​

Ваше мнение

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG