Ссылки для упрощенного доступа

В Казани на днях ожидается оглашение приговора двум сотрудникам полиции, которые, по мнению следствия, в январе 2014 года в центре города избили пьяного посетителя кафе, после чего он скончался. По делу проходят два сотрудника полиции, один из которых сейчас работает в исправительной колонии №2. Свою вину они не признают. Прокуратура запросила для обоих 10 лет колонии строгого режима; оглашение приговора ожидалось сегодня, однако оно так и не состоялось. "Idel.Реалии" подробно рассказывают об этом деле.

Около пяти утра 19 января 2014 года на пульт централизованной охраны управления вневедомственной охраны (УВО) МВД РТ по Казани поступило сообщение о том, что в пиццерии "Арома", расположенной на улице Кави Наджми, произошел конфликт между несколькими посетителями заведения. На место выехал экипаж, в котором был старший полицейский роты №1 батальона полиции УВО по Казани Наиль Дияров и Ильмир Салахов. Прибывшие сотрудники установили, что в пиццерии произошел конфликт между двумя компаниями, в каждой из которых было по два человека. С одной стороны потасовки были Дмитрий Клейн и Айрат Сибагатуллин, а с другой – Арсен Усманов и Арсен Шафиев.

По данным следствия, и Дияров, и Кельмурзин нанесли Клейну не менее шести ударов руками и ногами и не менее трех ударов резиновой палкой, в том числе в область паха.

Сотрудники полиции, прибывшие на место, предложили всем участникам конфликта проехать в отдел полиции, однако Дмитрий Клейн якобы в грубой форме отказался от такого предложения. Следователи установили, что после этого Наиль Дияров и другой сотрудник Дмитрий Кельмурзин, приехавший на место в составе другого экипажа, повалили Клейна на землю, когда тот уже находился в наручниках. По данным следствия, и Дияров, и Кельмурзин нанесли Клейну не менее шести ударов руками и ногами и не менее трех ударов резиновой палкой, в том числе в область паха. Через несколько минут в результате травмы рефлексогенных зон тела Дмитрий Клейн скончался от внезапной остановки сердечной деятельности.

По мнению следствия, Наиль Дияров и Дмитрий Кельмурзин действовали умышленно и осознавали, что превышали свои полномочия. Экспертиза установила, что на момент доставления тела Клейна в больницу у него были телесные повреждения в области рефлексогенных зон тела, а именно травма эпигастральной области и сосудисто-нервных пучков мошонки, кровоподтек на передней поверхности мошонки слева, темно-красное кровоизлияние в области тела поджелудочной железы и тд.

Согласно выводам эксперта, указанные повреждения образовались за несколько минут до смерти от ударов твердым тупым предметом

Согласно выводам эксперта, указанные повреждения образовались за несколько минут до смерти от ударов твердым тупым предметом. По мнению эксперта, между этими повреждениями и смертью Клейна имеется причинно-следственная связь. Кроме того, в результате проведенной экспертизы выяснилось, что в крови и мочи Дмитрия Клейна обнаружили этиловый спирт в концентрациях 2,4% и 4,1% – по мнению эксперта, такая концентрация этанола не могла являться причиной смерти – это состояние опьянения средней степени.


ДЕЛО ЗАВЕЛИ, ПОТОМ ПРЕКРАТИЛИ, А ЗАТЕМ СНОВА ВОЗОБНОВИЛИ

Через несколько дней после произошедшего следственный комитет завел уголовное дело в отношении неустановленных лиц по ч.1 ст.109 УК РФ – причинение смерти по неосторожности. Через да месяца дело прекратили из-за отсутствия события преступления. Лишь в середине февраля 2016 года производство по уголовному делу возобновили.

Старший помощник руководителя СУ СКР по РТ Андрей Шептицкий рассказал "Idel.Реалии", что изначально уголовное дело расследовалось "в районном подразделении и не было достаточных доказательств, чтобы направить его в суд".

– Потом расследованием дела занялся второй отдел по расследованию особо важных дел СУ СКР по РТ. По-моему, в конце 2015 года добыли доказательства и возобновили расследование уголовного дела, – уточнил Шептицкий.

В начале июля прошлого года уголовное дело переквалифицировали на ч.4 ст.111 УК России – умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшие по неосторожности смерть потерпевшего. На следующий день в отношении Наиля Диярова и Дмитрия Кельмурзина возбудили уголовное дело по ч.1 ст.35, п. "а, б, в" ч. 3 ст. 286 УК РФ – превышение должностных полномочий, совершенное с применением насилия, с применением специальных средств, с причинением тяжких последствий, совершенное группой лиц.

В этот же день уголовные дела по двум статьям были объединены в одно производство. В конце июля – начале августа прошлого года Диярова и Кельмурзина задержали. Суд избрал им меру пресечения в виде домашнего ареста. Верховный суд Татарстана в отношении Диярова домашний арест отменил, однако суд первой инстанции вновь выбрал именно эту меру пресечения.

ПОКАЗАНИЯ СВИДЕТЕЛЕЙ И ОБВИНЯЕМЫХ

Потерпевшим по делу проходит старший брат Дмитрия Клейна – Александр. На этапе предварительного следствия он рассказал, что ранним утром 19 января 2014 года ему позвонила мать и сообщила, что его брата уже нет в живых. Родители Дмитрия Клейна после звонка его друга – Айрата Сибагатуллина, также участвовавшего в потасовке, приехали к пиццерии и увидели, что их сын лежит на земле без сознания. Они подумали, что шанс спасти сына еще есть и самостоятельно отвезли его в РКБ, где подтвердили смерть Дмитрия Клейна.

Охранник пиццерии, дежуривший в тот день в заведении, сообщил, что Дмитрий Клейн и Айрат Сибагатуллин, будучи в нетрезвом состоянии, приставали к посетителям пиццерии и персоналу. Через некоторое время у них возник конфликт с другими гостями кафе, после чего охранник попросил их выйти и решить свои вопросы на улице. В этот же момент администратор заведения вызвала сотрудников полиции. Выяснение отношений, по словам охранника, продолжилось на улице – напротив пиццерии. Через несколько минут подъехал экипаж полиции, в котором был Наиль Дияров. Они повалили троих участников потасовки на землю и стали наносить им удары резиновыми дубинками по ногам и спине.

После этого сотрудники подняли молодых людей – в этот момент на место приехал еще один экипаж, в котором был Дмитрий Кельмурзин. Сотрудники предложили проехать в отдел полиции, однако Клейн и Сибагатуллин, вспоминал охранник пиццерии, не унимались и продолжали пытаться выяснять отношения с двумя другими парнями – Арсеном Усмановым и Арсеном Шафиевым. Поскольку успокоить Клейна и Сибагатуллина не удалось, сотрудники вневедомственной охраны вновь повалили их на землю и надели за спину наручники. Охранник, отметим, не смог пояснить, наносили ли сотрудники удары обоим уже после того, как второй раз повалили их на землю. Уже после того, как Сибагатуллина увели в патрульную машину, другие сотрудники вневедомственной охраны увидели, что Дмитрий Клейн без сознания. Они сняли с него наручники, перевернули на спину, после чего один из сотрудников начал делать Клейну искусственное дыхание. О том, что он умер, охранник узнал от сотрудников.

Шафиев услышал крик Клейна, который просил прекратить избиение

Другой участник потасовки – Арсен Шафиев – пояснил, что после того, как Клейн и Сибагатуллин начали оказывать сопротивление сотрудникам полиции, они начали бить их резиновыми дубинками по рукам, ногам и туловищу. Когда Сибагатуллина увели в машину, Клейн, по словам Шафиева, вновь начал вести себя агрессивно – сотрудники полиции вновь уложили его на землю. Шафиев услышал крик Клейна, который просил прекратить избиение. Сам он избиение не видел, поскольку разговаривал с подругой. Через некоторое время крики Клейна прекратились, и Шафиев услышал, как один из полицейских сказал, что с ним что-то случилось.

Две девушки, которые были свидетелями произошедшего, рассказали, что трое сотрудников полиции повалили троих участников конфликта на землю и начали наносить им удары резиновыми дубинками по всем частям тела, но куда именно – не видели. После того, как Сибагатуллина увели в машину, Дмитрий Клейн не успокаивался – сотрудники вновь повалили его на землю и снова начали бить его дубинками. Клейн, по словам девушек, лежал в этот момент на животе с прикованными за спину наручниками. По мнению девушек, удары могли попасть Клейну и в грудь, и в паховую область. Через некоторое время Дмитрий Клейн перестал кричать и шевелиться. После этого один из сотрудников, который ранее наносил удары, стал оказывать Клейну первую помощь: искусственное дыхание и массаж сердца. Свидетельницы также описали полицейских, которые наносили удары Клейну.

Сотрудник полиции Ильмир Салахов рассказывал, что по приезду к пиццерии он увидел потасовку, в которой участвовали четыре человека. После того, как они не отреагировали на требование прекратить разборки, Салахов и Дияров ударили их дубинкой и уложили всех на землю. Салахов уточнил, что нанес два удара, вероятнее всего, Айрату Сибагатуллину, а Наиль Дияров сообщил ему, что ударил Клейна по руке и ноге. Ильмир Салахов констатировал, что когда приехал второй экипаж, среди которых был Дмитрий Кельмурзин, Клейн и Сибагатуллин вновь начали вести себя неадекватно. Из-за этого Наиль Дияров вновь уложил Клейна на землю, а Дмитрий Кельмурзин – Сибагатуллина. На Клейна надели наручники. После этого Сибагатуллина увели в машину, а Клейн остался на улице – рядом с ним были Дияров и Кельмурзин. Через несколько минут Салахов узнал, что Дмитрий Клейн скончался.

Дияров уточнил, что применял силу лишь к одному участнику драки, но к кому именно, вспомнить не смог

Наиль Дияров поделился своей версией произошедшего. Приехав к пиццерии, он увидел драку, в которой участвовало четыре человека. Они никак не отреагировали на приезд полицейских, после чего Дияров и Салахов применили к ним физическую силу, нанеся удары резиновой палкой. Дияров уточнил, что применял силу лишь к одному участнику драки, но к кому именно, вспомнить не смог. Тем не менее, он уточнил, что ударил парня не более трех раз в область ноги и плеча. Когда приехал второй экипаж, Сибагатуллин и Клейн уже стояли на ногах, однако через некоторое время Клейн вновь попытался начать драку с молодыми людьми, в результате чего на него надели наручники и повалили на землю. Сибагатуллина увели в патрульную машину – с Клейном остался Дияров и Кельмурзин.

По словам Диярова, он использовал дубинку, лишь когда первый раз разнимал драку – после этого он ее больше не использовал

По словам Диярова, Дмитрий Клейн отказывался вставать с земли, что-то кричал и продолжал вести себя неадекватно. Наиль Дияров несколько раз отходил от Клейна, чтобы переговорить по телефону с дежурным. Через некоторое время Клейн перестал кричать, ему стало плохо. Наиль Дияров сам позвонил в скорую помощь, после чего начал проводить реанимационные мероприятия. По словам Диярова, он использовал дубинку, лишь когда первый раз разнимал драку – после этого он ее больше не использовал.

Дмитрий Кельмурзин также поделился своей версией случившегося. Он рассказал, что когда приехал к пиццерии, увидел сотрудников полиции Диярова и Салахова, а также четырех парней, которые в этот момент лежали на снегу на животе. По словам Кельмурзина, он и его коллеги оставили резиновые дубинки в патрульной машине, после чего подошли к Диярову и Салахову. Через какое-то время один полицейский Ильмир Салахов отвел Айрата Сибагатуллина в патрульную машину. Напротив пиццерии остался сам Кельмурзин и Клейн, который в этот момент лежал на животе, кричал и на замечания Наиля Диярова не реагировал. Через несколько минут Дмитрий Кельмурзин услышал от одной из девушек, что Клейну стало плохо. Кельмурзин подбежал к лежащему на земле Клейну, попытался его приподнять, однако ему это не удалось. Пульс к этому моменту был уже слабым. С Клейна сняли наручники и перевернули его на спину – в этот момент Кельмурзин увидел рвотную массу на лице Клейна. В это же время Наиль Дияров звонил в "03", а после этого начал делать ему искусственное дыхание и массаж сердца. Приехавшая скорая лишь констатировала смерть Дмитрия Клейна.


ГОСОБВИНЕНИЕ ЗАПРОСИЛО ДЛЯ КАЖДОГО 10 ЛЕТ СТРОГО РЕЖИМА

Судебный процесс начался еще в ноябре прошлого года. В общей сложности, по этому делу состоялось более 20 судебных заседаний. Гособвинение по итогам рассмотрения дела запросило для Наиля Диярова и Дмитрия Кельмурзина по 10 лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима.

14 апреля с последним словом выступил Дмитрий Кельмурзин. Он зачитал свою речь, по всей видимости, подготовленную адвокатами. По сути уголовного дела Кельмурзин практически не говорил, а давил на жалость.

Он сообщил, что за все время работы на него не было ни одной жалобы, что он женат, а в 2010 году у него родилась дочь. Рассказал суду, что у него два кредита, один из которых оформлен на тещу, но платит по нему он.

– В августе 2016 года у меня родился сын, я воспитываю двоих малолетних детей. Ранее к уголовной или административной ответственности не привлекался, на учете у нарколога и психиатра не состою, – говорил Кельмурзин.

С моей точки зрения привлечение меня к уголовной ответственности связано с тем, что родственники погибшего Дмитрия Клейна не могут смириться с его смертью и всеми силами пытаются найти виноватых

Он сообщил, что его вина "ни в ходе предварительного следствия, ни в ходе судебного заседания" не доказана.

– С моей точки зрения привлечение меня к уголовной ответственности связано с тем, что родственники погибшего Дмитрия Клейна не могут смириться с его смертью и всеми силами пытаются найти виноватых. Я сочувствую им и понимаю их, но снова заявляю, что к его смерти я не причастен. В судебном заседании выяснилось, что Клейн вел себя агрессивно, был неадекватен. Разве я приехал по вызову? Нет. Это был первый состав, в котором меня не было. Я приехал как второй экипаж, вызванный на помощь первому, так как они не могли справиться с дерущимися молодыми людьми, которые находились в нетрезвом состоянии. Естественно, от беспорядочно наносящихся ударов друг другу молодыми нетрезвыми людьми как в кафе, так и после выхода оттуда должны были остаться телесные повреждения. Так же как и удары резиновой палкой для успокоения сотрудниками полиции. И мне, прибывшему на помощь, эта палка как средство применения физической силы не потребовалась, так как все уже лежали на земле. Свою резиновую палку я оставил в машине, – констатировал Дмитрий Кельмурзин.

Он сообщил, что "очень сожалеет о таком стечении обстоятельств", после чего заплакал, говоря о своих детях.

– Я часто думаю о судьбе своих детей, детей других людей, с которыми меня сталкивала моя работа. Я приношу глубокие соболезнования потерпевшим. Трудно доказать, что применение физической силы было обоснованным и не свидетельствует о каком-то умысле сотрудников на причинение физического вреда. Но я физическую силу в отношении Дмитрия Клейна не применял, а просто оказался не в том месте и не в то время. Я прошу вас рассудить нас объективно и справедливо, – закончил свою речь Дмитрий Кельмурзин.

Наиль Дияров, выступивший с последним словом 17 мая, напротив, говорил больше о материалах дела, нежели давил на эмоции. Он сообщил суду, что не признает вину в тех преступлениях, которые ему инкриминируют и заявил, что его вина "не доказана ни в ходе предварительного следствия, ни в судебном заседании".

Гособвинение не приняло во внимание указанные выводы экспертов и основывало свое обвинение только на результатах одной экспертизы, результаты которой говорят о якобы насильственном характере смерти

– Эксперт, который проводил вскрытие тела, указал, что смерть Клейна наступила от острого отечного геморрагического панкреонекроза. Эксперт сообщил, что причина смерти Клейна не носила насильственный характер. Другой эксперт также рассказал о ненасильственном характере смерти Клейна – он пришел к выводу, что смерть наступила от острой сердечной недостаточности. Однако гособвинение не приняло во внимание указанные выводы экспертов и основывало свое обвинение только на результатах одной экспертизы, результаты которой говорят о якобы насильственном характере смерти, – заявил Наиль Дияров.

Кроме того, он отметил, что "в основу обвинения были положены показания заинтересованных свидетелей, которые до приезда сотрудников полиции участвовали в драке с Клейном". Он констатировал, что двое участников драки дали показания, что сотрудники полиции "совершили противоправные действия в отношении Клейна", тогда как с января 2014-го по май 2016 года никогда такое "не говорили и таких показаний не давали".

Дияров также назвал заинтересованными лицами и двух свидетельниц, которые являются девушками двоих участников потасовки.

– На суде они не говорили о противоправных действиях полиции, а заявили, что следователь помогал им давать показания, подсказывал и обещал, что больше не будут их вызывать. Когда мы пытались остановить массовую драку и разнять молодых людей, – они не реагировали. После неоднократных предупреждений и на основании ФЗ "О полиции" мы были вынуждены применить резиновые дубинки. Это было правомерным и оправданным решением, о чем свидетельствуют результаты служебной проверки, – рассказал Дияров.

Он напомнил, что после того, как участники потасовки не реагировали на требования полицейских, он "был вынужден применить прием самбо – загиб руки за спину, но так как Клейн был сильно пьян, то не удержался на ногах и упал на дорожное покрытие, после чего на него надели наручники".

– Во время приема и после этого резиновая палка и иная физическая сила к нему не применялась. Никакого умысла по причинению вреда здоровью у меня не было – я профессионально выполнял свой долг и никогда не выходил за рамки закона. Да, я применил физическую силу в виде загиба руки за спину, чтобы надеть наручники, но это было законно. Когда Клейну стало плохо, я немедленно стал оказывать ему доврачебную помощь. Я всеми силами пытался ему помочь. Мне очень жаль, что это не привело к желаемому результату. Соболезную родителям и родственникам. Но я не имею отношения к смерти Клейна. Прошу суд меня оправдать, – резюмировал Наиль Дияров, который на данный момент работает младшим инспектором отдела охраны в исправительной колонии №2.

Судья Вахитовского райсуда Казани Ильдар Салихов 17 мая сообщил, что огласит приговор сегодня, однако сегодня утром выяснилось. что оглашение откладывается на неопределенный срок.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram и первыми узнавайте главные новости.​

Ваше мнение

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG