Ссылки для упрощенного доступа

"Ненормально человека как мячик швырять туда-сюда"


Апастовская центральная районная больница

В Татарстане супруга скончавшегося мужчины обвиняет врачей в его смерти. 48-летнему Ровшану Кагирову в сентябре этого года стало плохо, его отвезли в Апастовскую ЦРБ, откуда, не предоставив карету скорой помощи, отправили в сельскую амбулаторию. Там ему настоятельно советовали поехать в Казань. В РКБ мужчине сделали операцию — он впал в кому и через девять дней умер. Супруга Кагирова обвиняет сельских врачей в халатности и постановке неправильного диагноза. Следственный комитет возбудил уголовное дело. Пока в отношении неустановленных лиц.

Семь утра шестого сентября этого года. Село Малые Болгояры в 23 километрах к востоку от поселка городского типа Апастово. 48-летний Ровшан Кагиров и его супруга — 25-летняя Маргарита Орлова — собираются отвезти дочку в больницу. Мужчине становится плохо — у него болит голова, позвоночник и шея. Маргарита переводит мужа из кухни в комнату, вызывает местного фельдшера. Женщина быстро прибегает в дом — она живет в этом же селе, а работает в соседнем. Фельдшер заявляет, что у Ровшана инсульт, после чего вызывает бригаду скорой помощи. Сельский врач делает мужчине несколько уколов и советует приехавшим сотрудникам скорой отвезти Ровшана в сосудистый центр в Буинск (35 км от поселка Апастово). Маргарита Орлова собирает какие-то вещи и садится с мужем в машину скорой помощи. Бригада медиков не слушает совета фельдшера и направляется в Апастовскую центральную районную больницу (ЦРБ). "Видимо, была пересменка, и врачи скорой помощи хотели быстрее уйти по домам", — вспоминает Маргарита.

Врачи на жалобы внимания не обращали, говорили, что так и должно быть

В Апастовской ЦРБ Ровшана Кагирова осматривают, делают уколы и периодически измеряют давление. К Маргарите подходит врач и говорит, что необходимого лекарства — спазмалгона внутривенного — в больнице нет. Он просит женщину сходить в аптеку и купить препарат. Маргарита бегает по Апастово, заходит в каждую аптеку, но необходимого лекарства не находит. Состояние Ровшана Кагирова ухудшается — голова болит все сильнее. "Врачи на жалобы внимания не обращали, говорили, что так и должно быть", — говорит Орлова. В половине двенадцатого дня, вспоминает она, в Апастовской ЦРБ говорят ехать на капельницу в амбулаторию в село Шонгуты, которое находится в 12 километрах.

Машину в ЦРБ не предоставляют. Маргарита звонит соседу и просит его приехать. Через некоторое время он на месте. Орлова помогает мужу встать и сажает его в автомобиль. Через 15 минут они приезжают в Шонгуты. В амбулатории обед.

Мы подождали, пока они там все пообедают. Вышел врач, осмотрел мужа и сказал, что его нужно везти в Казань — в РКБ

— Мы подождали, пока они там все пообедают. Вышел врач, осмотрел мужа и сказал, что его нужно везти в Казань — в РКБ. У Ровшана начинаются галлюцинации, его начинает "вырубать". Он вроде сидит, но проваливается в сон: его тормошишь-тормошишь — он более менее "очухивается". И так каждый раз, — вспоминает Маргарита Орлова.

По ее словам, врач "сразу понял, что у мужа инсульт". В Шонгутах также не предоставляют машину, ссылаясь на то, что их на данный момент нет. Орловой приходится возвращаться в Малые Болгояры, поскольку сосед боится ехать в Казань, так как не знает город. "Я еле нашла машину, друг семьи согласился помочь, и мы поехали в Казани", — рассказывает Маргарита.

До РКБ — около 130 километров. Ровшану Кагирову все хуже — он на ходу пытается выйти из машины, ни на что не реагирует. Примерно в 17 часов машина подъезжает к приемному отделению РКБ. "Ровшан уже сам не смог ходить, к больнице приехал наш друг из Казани, и мы занесли его в здание", — вспоминает Маргарита.

Ровшан Кагиров с женой и детьми
Ровшан Кагиров с женой и детьми

В РКБ Кагирова осматривает, в срочном порядке отправляют на МРТ, после чего увозят в операционную. "Первые четыре с половиной часа при инсульте самые главные. Посколько времени уже прошло много, врачи во время операции не смогли найти источник кровотечения. Мне сказали, что у него инсульт. Было принято решение провести повторную операцию через неделю", — уточняет Орлова. Она говорит, что у супруга и раньше были проблемы с давлением, но "не до такой степени". "Он примерно за неделю до того, как ему стало плохо, проходил обследование в РКБ — у него опухали ноги и лицо из-за проблем с почками. Муж должен был через некоторое время сдать необходимые анализы", — вспоминает Орлова.

6 сентября Ровшан Кагиров впадает в кому. "Он ничего не чувствовал, человек спит и не может проснуться", — с ужасом вспоминает те дни супруга. Врачи ей говорили, что шансов выжить у мужа практически нет.

Тем же вечером — 6 сентября — Ровшан Кагиров впадает в кому. "Он ничего не чувствовал, человек спит и не может проснуться", — с ужасом вспоминает те дни супруга. Врачи ей говорили, что шансов выжить у мужа практически нет. Через девять дней — 15 сентября — Кагиров умирает. Причина смерти — субарахноидальное кровоизлияние (кровоизлияние в субарахноидальное пространство — полость между паутинной и мягкой мозговыми оболочками).

Когда Ровшан Кагиров был в коме, его супруга поехала в Апастовскую ЦРБ и получила справку. Врачи поставили мужчине следующий диагноз — артериальная гипертензия второй степени (стойкое повышение артериального давления, одно из самых распространённых заболеваний сердечно-сосудистой системы), кризовое течение.

24 октября Маргарита Орлова обратилась с жалобой в Минздрав Татарстана. В ней она просила "привлечь к ответственности за халатное отношение бригаду скорой помощи Апастовской ЦРБ и врача Шонгутской амбулатории". На момент публикации материала ответ из Минздрава РТ, несмотря на истечение тридцатидневного срока, Орловой не пришел. Однако, по ее данным, в конце октября-начале ноября Минздрав РТ проводил проверку Апастовской ЦРБ.

Врач из Шонгутов постоянно названивал мне, когда муж был в коме. Он настаивал, чтобы я никуда не обращалась.

— Врач из Шонгутов постоянно названивал мне, когда муж был в коме. Говорил, что если бы Ровшана отправили в Буинск, он бы все равно умер. Кроме того, этот врач настаивал, чтобы я никуда не обращалась, — рассказывает Маргарита Орлова.

1 ноября она поехала в Казань в Следственный комитет. Раньше, говорит Орлова, не могла — болели дети. Она просила возбудить уголовное дело в отношении сотрудников Апастовской ЦРБ и Шонгутской амбулатории. Ее заявление передали в Верхнеуслонский межрайонный следственный отдел СУ СКР по РТ. Там 21 ноября завели уголовное по ч.2 ст.293 Уголовного кодекса России — халатность, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного или небрежного отношения к службе либо обязанностей по должности, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью или смерть человека. Дело пока возбуждено в отношении неустановленных лиц.

По словам Маргариты Орловой, в декабре планируется эксгумация тела супруга для проведения экспертизы. Об этом ей сообщил следователь. Правозащитная организация "Зона права" (ЗП) оказывает юридическую помощь женщине. Об этом "Idel.Реалии" сообщил координатор ЗП Булат Мухамеджанов.

В произошедшем я виню врачей Апастовской ЦРБ и Шонгутской амбулатории. Это же ненормально человека как мячик швырять туда-сюда.

— В произошедшем я виню врачей Апастовской ЦРБ и Шонгутской амбулатории. Это же ненормально человека как мячик швырять туда-сюда. Было потеряно время — в самой Апастовской ЦРБ висит плакат, что при инсульте в первые четыре с половиной часа необходимо оказать помощь. А по факту четыре с половиной часа мы провели в Апастовской больнице, и нас оттуда отправили своим ходом в Шонгуты, — резюмирует Маргарита Орлова.

У нее остались трое несовершеннолетних детей.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram. Говорим о том, о чем другие вынуждены молчать.

Комментарии (9)

Комментирование закрыто. Если вы хотите оставить комментарий к этой статье, напишите нам на idelreal@rferl.org
XS
SM
MD
LG