Ссылки для упрощенного доступа

Казань как татарская "резервация" в центре России


Казань. Архивное фото

Не успела неделя пройти после Новогодних каникул, а во Всемирном конгрессе татар уже успели провести целых два совещания о написании Стратегии развития татарской нации. 16 января на сайте конгресса была опубликована концепция Стратегии в русскоязычном варианте. Одновременно с этим на первой публичной презентации в Арском районе РТ был озвучен и состав комиссии её будущих авторов.

В Арске концепцию представляла вице-президент Академии наук РТ Дания Загидуллина, которая, как и ожидалось, будет курировать написание всей Стратегии. В основе представленной ею концепции лежит 4 кластера: образование, культура, информационное пространство, организация жизнеустройства татарской нации.

При внимательном рассмотрении "эскиз" Стратегии выглядил, мягко говоря, настолько "сырым", что ничего кроме нареканий присутствовавших экспертов не вызвал

О необходимости Стратегии говорили уже долгие годы, предыдущие попытки ее разработки оканчивались неудачей (причин тут, как всегда, две — кадры и отсутствие финансирования). Последняя попытка, когда эту цель поручили Академии наук РТ, также провалилась. Тогда проект разработки так называемой языковой платформы (рабочее название Стратегии по развитию татарского языка) должен был быть завершен к VI съезду Всемирного конгресса татар (август 2017 года). Определенные наработки были сделаны, но конечный результат был настолько скромным, что представлять что-либо делегатам съезда и общественности было, по сути, стыдно.

Представленный в Арске "эскиз" Стратегии развития татарского народа (который во многом перекликался с той самой "языковой платформой") оказался приправлен разного рода модными сегодня терминами, но при внимательном рассмотрении он выглядил, мягко говоря, настолько "сырым", что ничего кроме нареканий присутствовавших экспертов не вызвал. Поэтому неслучайно, что несмотря на заверения, что это только проект концепции ("эскиз"!) и его можно будет изменить и дополнить, даже дежурного голосования по его одобрению не получилось. Поэтому призывы проголосовать за него были попросту проигнорированы.

Идеологическими вещами в самой Академии наук Татарстана заниматься, в принципе, некому

Честно говоря, иного трудно было ожидать — несмотря на широко растиражированные заверения о том, что это будет коллективный и объёмный труд, написание концепции Стратегии спустили, по сути, одной организации: Институту археологии АН РТ. При всем уважении к научной деятельности Института археологии и его сотрудников, такое узкопрофильное учреждение никак не должно было остаться "крайним" в этой ситуации. Но это лишний раз подчеркивает тезис о том, что идеологическими вещами в самой Академии наук Татарстана заниматься, в принципе, некому. В нормальной ситуации концепцию Стратегии должна была составить группа экспертов в количестве 8-10 человек — в формате своеобразного "мозгового штурма". Такой формат вызвал бы минимум нареканий, да и вопросов у экспертного сообщества в конечном итоге практически бы не осталось. Но этого сделано не было.

​По информации от первоисточников, еще в ноябре 2018 года, когда только началась подготовка, были представлены сразу несколько планов того, как надо вести работу над Стратегией. Но ни одна из этих рекомендаций, как и формирование хотя бы двух независимых групп по написанию Стратегии (идеальный вариант), реализована не была.

Второе серьезное упущение — не была проведена серьезная разъяснительная работа: что такое Стратегия, почему она нужна и каким должен быть её формат? В итоге создается весьма странная и одновременно трагикомичная ситуация, когда про Стратегию если кто и говорил, то это были эксперты (историки, политологи, общественные деятели) и журналисты, но отнюдь не те люди, кому в конечном итоге поручили разработку концепции Стратегии. До сих пор на телевидении или в печатных СМИ не было ни одного выступления или даже комментария от главного координатора проекта — Дании Загидуллиной. Где тут логика процесса? Вопрос остается открытым.

До сих пор на телевидении или в печатных СМИ не было ни одного выступления или даже комментария от главного координатора проекта — Дании Загидуллиной. Где тут логика процесса?

И таких вопросов без ответа осталось множество. К примеру, до сих пор неясно, кто войдет в экспертные комиссии по каждому направлению и кто будет писать основную часть Стратегии. Вчера в Арске СМИ был представлен некий список из 11 человек — это общая рабочая комиссия Стратегии, которая вроде как должна составлять сам документ. Но самое интересное, что список составлен заочно, без согласия с теми кандидатурами, которые там представлены. При этом, большая часть из них — это люди, весьма далекие от подобной интеллектуальной работы, и ясно, что их наличие, что называется, скорее "для галочки". А помимо этого должны быть сформированы еще 4 рабочие группы — по каждому направлению. При таком подходе, причем, без включения независимых эспертов из числа видных участников гражданского сообщества, авторитетных ученых, политологов — КПД такой Стратегии заранее известен.

А ведь это самое важное, т.к. в таком случае документ можно оформить для галочки: тогда достаточно привлечь пару кабинетных специалистов. Если же республике нужен всеобъемлющий документ, отвечающий на главные вызовы, стоящие перед татарской нацией, тогда необходим симбиоз разного рода экспертов: этнологов, политологов, социологов и общественных деятелей, знакомых с существом вопроса. Им должны быть созданы все условия, в том числе, и финансово-организационные, т.к. это серьезная интеллектуальная работа. Неизвестна даже методология написания Стратегии! По крайней мере, Дания Загидуллина на последнем совещании в ВКТ не смогла ответить на этот вопрос.

Как можно писать Стратегию развития татарской нации, ориентируясь только на Татарстан? Ведь за пределами республики ситуация абсолютно иная, и поэтому стратегия и тактика достижения поставленных целей будут абсолютно иными!

В представленной концепции непонятно, как будет учитываться региональный аспект. В этом вопросе от самого документа, если выразиться фигурально, сильно разит местечковостью, ограниченностью рамками Татарстана, я бы даже сказал, "казаноцентризмом". Однако даже по официальным цифрам, 2\3 всех представителей татарской нации проживает за пределами Татарстана. Может, стоит назвать Стратегию "Стратегией развития татар Татарстана"? По крайней мере, это было бы справедливее. В предложенной концепции это заметно в двух вещах: 1) в опоре на органы власти республики Татарстан; 2) в акцентировании внимания на Татарстане и особенно Казани.

К примеру, источником генерации был назван Татарстан, а точкой опоры Стратегии —​ Казань. Про регионы компактного проживания татар практически ни слова. А если их и имели в виду, то только в рамках каких-то сугубо закрытых пространств —​ вроде семьи или мусульманской общины. Но как можно писать Стратегию развития татарской нации, ориентируясь только на Татарстан? Ведь за пределами республики ситуация абсолютно иная, и поэтому стратегия и тактика достижения поставленных целей будут абсолютно иными! На уточняющий вопрос о включении в состав Стратегии региональных блоков, заданный на втором совещании 14 января, Дания Загидуллина честно ответила, что отдельных частей, посвященных субъектам РФ, не будет. Если такие пожелания поступят с регионов, то, мол, потом, после написания Стратегии, возможно подумают об этом, но уже в рамках отдельного документа. Учитывая, что даже разработка основного документа и с организационной, и с финансовой точки зрения идет ни шатко, ни валко, понятно, что при таком раскладе про 4 млн татар, проживающих за пределами Татарстана, попросту "забудут". Т.е. Стратегия еще не написана, а ее кураторы добровольно соглашаются на превращение Казани и Татарстана в своебразную татарскую "резервацию".

В концепции Стратегии политическим вопросам, таким как, например, сохранение национальных республик, федерализма, отстаивание права татарской нации и других народов РФ на свое самоопределение, не уделено никакого места! Как без этого вообще можно планировать выполнение каких-либо намеченных планов, если их реализация на каждом шагу упирается в эти политические вопросы? Национальная школа, высшее образование, национальный театр, телерадиовещание, сфера применения языка — это всё политика.

Нормальной, неангажированной социологии в Татарстане практически нет

Еще одна проблема, уже методологического характера, которую, судя по всему, решать никто не собирается — это анализ состояния татарской нации, для которой как воздух необходимы социологические данные. Но настало время открыто признать: нормальной, неангажированной социологии в Татарстане практически нет. Это, конечно, не только татарстанская проблема, а общероссийская. Но в Татарстане она усугублена тем, что всякого рода социологические замеры, касающиеся межэтнической сферы, в большинстве своем осуществляются на государственные гранты и проводятся с уже заранее известным результатом, который во многом формируют внешние заказчики в лице определенных чиновников. И суть их результатов сводится к одному: общество индифферентно к этнополитическим (в том числе, и языковым) вопросам и никаких проблем в этой сфере население не чувствует.

Особенно ярко это высветилось год назад, когда всё общество бурлило, языковой конфликт достиг своего апогея, а придворные социологи на круглых столах, организованных властями, как на голубом глазу, утверждали, что никакого нарастающего антагонизма внутри общества нет, а граждане полностью равнодушны к этим проблемам и не чувствуют какого-либо ущемления своих интересов. И здесь ситуацию могла бы спасти передача социологических исследований на аутсорсинг автономным негосударственным структурам (такие, в принципе, имеются), но для этого нужны финансы, которые, как смогли убедиться, пожалуй, все, здесь особо не предусмотрены. А значит, в лучшем случае пойдут по заранее проторенной, привычной дорожке — собрав всё, что залежалось в старых запасниках, а в худшем случае, вообще, не будут касаться этих вопросов.

Как вы собираетесь реализовывать предложения в регионах, где у Татарстана нет никакого админресурса?

Если вчера в Арске всё прошло более или менее гладко, то в других местах, в первую очередь, в регионах РФ, где татары обладают хоть каким-то существенным этническим потенциалом, такие "фокусы" не прокатят. Будут вполне закономерные и справедливые вопросы: а где в Стратегии сказано о нас? Как вы собираетесь реализовывать предложения в регионах, где у Татарстана нет никакого админресурса? Особенно остро вопрос встанет в случае с Башкортостаном, где традиционно наиболее тяжелая ситуация.

Если всё пойдет так, как идет сейчас, то это неизбежно приведет к тому, что из-за обилия противоречий в самой концепции вся проделанная работа пойдёт на смарку. На выходе если общественности и будет представлен какой-то документ, то это, по сути, будет стандартная отписка с некими рекомендациями (вроде "увеличить количество татарских школ", "провести пару культурных фестивалей" и т.д.) — без должного анализа современного положения татарской нации, прогнозов и путей выхода из сложившейся ситуации. А времени для исправления ситуации практчиески не осталось.

Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в рубрике "Мнения", может не совпадать с позицией редакции.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram. Мы говорим то, о чем другие вынуждены молчать.​

А что думаете вы?

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG