Ссылки для упрощенного доступа

Клочок райского места. Садоводу вновь придется биться за берег Волги


Президиум Верховного суда РТ во главе с председателем Ильгизом Гилазовым отменил победу садовода в споре о береговой полосе в апелляционной инстанции и направил его жалобу на пересмотр. "Idel.Реалии" следили за судебным заседанием, в котором управление Росприроднадзора по РТ неожиданно поддержало садовода, а казанский природоохранный прокурор встал на сторону его оппонента —​ Зеленодольского райисполкома, добивающегося демонтажа забора. Спор от том, может ли Водный кодекс РФ иметь обратную силу, продолжается.

В тяжбе между садоводом СНТ "Волгарь" Ингой Альменовой и исполкомом Зеленодольского района начинается очередной виток борьбы. После того, как обладательница четырёх с небольшим соток уже дважды в апелляции отстояла право занимать береговую полосу Куйбышевского водохранилища (первый раз — в споре с Росприроднадзором, второй — с райисполкомом), доказывать свою правоту ей придется заново. 13 марта Президиум Верховного суда РТ отменил апелляционное определение суда.

Причина спора, напомним, заключается в том, что садовый участок Альменовой частично занимает 20-метровую береговую полосу Куйбышевского водохранилища (госорганы это выяснили после того, как береговая линия водохранилища в 2016 году была поставлена на кадастровый учет).

Управление Росприроднадзора по РТ обратилось в мировой суд, чтобы взыскать штраф с садовода за ограничение доступа к береговой полосе. Затем исполком Зеленодольского района подал иск к Альменовой на демонтаж забор, чтобы обеспечить доступ к Волге для всех желающих. Мировой судья и Зеленодольский городской суд иски удовлетворили, однако эти решения были отмены в апелляционной инстанции Верховного суда РТ.

Дело в том, что участок — в собственности у Альменовой с 2006 года. Приобрела она его на законных основаниях по договору купли-продажи у своей матери. В том же году он был поставлен на кадастровый учет — тоже в соответствии с законом и действовавшим в то время Водным кодексом. А Водный кодекс, который требует обеспечить свободный доступ к 20-метровой береговой полосе, вступил в действие в 2007 году. Но он, как указывали судьи Верховного суда, обратной силы не имеет.

Исполком Зеленодольского района с этим доводом не согласен.

"СХЕМА РАСПОЛОЖЕНИЯ ПРОСТО УТВЕРЖДЕНА"

Докладывавший дело судья Шайхиев сразу же затронул вопрос, который заинтересовал членов президиума.

— Как усматривается из дела, по состоянию на 2006 год границы участка Альменовой её матерью на местности были определены самостоятельно. Из выписки реестра недвижимости следует, что его площадь ориентировочная, подлежит уточнению при межевании. <…> Альменова в октябре 2006 года зарегистрировала право собственности на земельный участок площадью 450 квадратных метров с садовым домиком в упрощенном порядке на основании договора купли-продажи, без межевания.

В последующем схема расположения земельного участка СНТ [Волгарь], куда входит участок Альменовой, была утверждена палатой земельных отношений Зеленодольского района по фактическим границам. По делу отсутствуют сведения о проведении работ по кадастровому учету земельного участка СНТ с учетом ограничительных требований, которые закреплены в статье 6 Водного кодекса (содержащий норму об общедоступности береговой полосы — "Idel.Реалии"), — продолжал докладчик. — Вероятно, если бы такие работы проводились надлежаще, то нарушение 20-метровой полосы уже в 2015 году не могло остаться незамеченным.

— Общая территория садового общества в каком году поставлена на кадастровый учет? — задал вопрос один из судей. — С выполнением работы кадастровыми инженерами, или тоже общая граница только определена?

— Схема расположения участка СНТ утверждена, — повторил Шайхиев. — Поставлена на учет — сегодня, сейчас говорить нельзя. Просто утверждена решением палаты земельных и имущественных отношений Зеленодольского района. В пятнадцатом году эта работа проведена. О том, что проведено межевание — таких сведений нет.

"РЕЧЬ ИДЕТ ОБ ОГРАНИЧЕНИИ ПРАВА ПОЛЬЗОВАНИЯ"

Представительницы исполкома ЗМР настаивали на отмене апелляционного определения судебной коллегии Верховного суда. Одна —​ Виктория Чистякова — заявила, что Альменова своими действиями (а именно — установкой забора) нарушила положения Водного кодекса, ограничив свободный доступ граждан к береговой полосе.

Примечательно, что год назад та же самая Чистякова в Зеленодольском городском суде занимала противоположную позицию. Она утверждала, что Водный кодекс, введенный в действие с 1 января 2007 года, обратной силы не имеет.

Данный довод теперь отмела вторая представительница райисполкома —​ Юлия Нечаева.

— Имеется практика, также практика Верховного суда Российской Федерации, постановление кассационной инстанции Самарской области о том, что данный факт — приобретение земельного участка до введения в действие Водного кодекса — не является основанием для отказа в иске по освобождению прибрежной полосы.

Нечаева привела пример с земельным участком Минобороны РФ, право собственности на который было оформлено в 1960 году. По её словам, кассационная инстанция Самарской области признала действия санатория Минобороны по ограждению земельного участка незаконными, ограждение было предписано вынести.

У одного из судей возник вопрос о выполнении требований исполкома при условии, что на спорную часть участка зарегистрировано право собственности.

— Нами подан иск не по лишению права собственности, — ответила Нечаева. — Данный иск не касается самого лишения.

— Да какая разница?! — воскликнул задавший вопрос судья. — Речь идет об ограничении права пользования, которые было раньше, до 2007 года за ним закреплено. С 2007 года его начали ограничивать.

— Но тем не менее…

К слову, заместитель Казанского межрайонного природоохранного прокурора Назим Псардия поддержал доводы кассационной жалобы зеленодольского райисполкома. По его словам, именно надзорный орган в 2016-2017 годах организовал проверки, в ходе которых обнаружилось, что часть участка Альменовой находится на береговой полосе. В результате них исполком и обратился в суд.

Данное решение, считает Псардия, носит фундаментальный характер. Мол, только за последние годы прокуратура вынесла десятки распоряжений, на основании которых были приняты решения в пользу сноса объектов.

"ПРИЧИНА НЕ В ЗАБОРАХ, А В ПРАВЕ СОБСТВЕННОСТИ"

Управление Росприроднадзора по РТ заняло нейтральную позицию, оставив решение на усмотрение суда.

— У нас вся причина данной ситуации в том, что при создании Куйбышевского водохранилища сразу не были определены его границы, — отметил начальник отдела надзора за водными и земельными ресурсами управления Михаил Круглов. При создании водохранилища, объяснял он, его границы были другими, а когда в 2016 году береговую линию ставили на кадастр, учитывались не первоначальные границы, а фактические. В итоге тысячи участков, а не только Альменовой, оказались на береговой полосе. В том числе те, которые до установления береговой линии были оформлены в собственность в установленном порядке.

— Статья 6 Водного кодекса действительно говорит, что каждый гражданин вправе пользоваться береговой полосой водных объектов общего пользования для отдыха, для причаливания, для рыболовства, и не делается никаких исключений, — продолжал Круглов. — Это касается как участков садоводческих, так, скажем, и водозабора МУП "Водоканал" — [он] у нас тоже по определению занимает береговую полосу. И в соответствии со статьей 6 он также должен обеспечить свободный доступ граждан на береговую полосу на своей территории. Это же касается и водозабора "Оргсинтеза", всех заводов, связанных с ремонтом и строительством судов.

— В настоящее время ставится вопрос о предварительной компенсации за ограничение прав собственности? — поинтересовался член президиума.

Тут причина даже не в заборах, а в праве собственности

— Думаю, что нет, — ответил представитель управления и неожиданно высказался в пользу садовода. — У нас ведь есть еще и Гражданский кодекс, статья 262, которая так и называется — о доступе на земельные участки. И там как раз разграничено, что каждый гражданин вправе находиться на земельном участке, находящемся в государственной или муниципальной собственности. А если земельный участок оформлен в собственность в установленном порядке, то даже если там не будет забора, о демонтаже которого просит исполком, то все равно никто не сможет пользоваться данным участком береговой полосы. То есть тут причина даже не в заборах, а в праве собственности, которое препятствует свободному пользованию участком береговой полосы, пока это право собственности действует.

Рустем Биктагиров, представитель Альменовой, настаивал на том, что земельный участок был приватизирован матерью Альменовой в 1993 году — еще до вступления в силу Водного кодекса Российской Федерации 1995 года, Земельного кодекса и вообще до запрета приватизации участков в пределах береговой полосы. Причем участок был приватизирован в соответствии с действовавшим законодательством.

Кроме того, по его мнению, исполком Зеленодольского района выбрал неверную позицию. Дескать, тот вправе в соответствии с 35 статьей Конституции РФ прибегнуть к принудительному отчуждению имущества для государственных нужд, но при условии предварительного равноценного возмещения.

Но судей в президиуме интересовало другое: когда были установлены поворотные точки СНТ (Биктагиров на это ответить не смог), есть ли на территории СНТ еще участки, принадлежащие матери Альменовой (нет), насколько площадь земельного участка садовода сейчас меньше, чем та, на которую было зарегистрировано право собственности (4,27 и 4,5 сотки соответственно), были ли участок Альменовой и смежный участок когда-то единым участком (Альменова ответила, что были единым до 90-х годов), какой забор у спорного участка (деревянный).

После краткого совещания президиум постановил: определение отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

"ДОМ СТАРЫЙ, ЗАБОР СТАРЫЙ, ВСЕ СТАРОЕ. НИЧЕГО НЕ МЕНЯЛОСЬ"

Инга Альменова
Инга Альменова

По завершении судебного заседания "Idel.Реалии" поинтересовались мнением Инги Альменовой и экс-председателя СНТ "Волгарь" Петра Осипова о процессе.

Петр Осипов, член правления СНТ "Волгарь", бывший до 2017 года его председателем, считает неправерными ссылки на Водный кодекс ни 2007, ни 1995 года, поскольку мать Альменовой приватизировала садовый участок в 1993 году.

Некуда увеличивать на самом деле, потому что там обрыв

— Нам участки были выделены по постановлению 1680 [от 5.10.1993] главы Зеленодольского района, — рассказывает он. — Приватизация называлось. В результате неё нам всем выдали госакты с размерами участка линейными, оценкой площади каждого участка. Соседи — кто там слева, справа, с юга, с запада — все это было в госактах. Мы эти размеры увеличивать никому не даём ни в сторону берега, ни как угодно. Некуда увеличивать на самом деле, потому что там обрыв. У нас обрывистый берег. Вот это всё не учёл сегодняшний суд.

А сами сады, говорит Осипов, появились ещё раньше — с 1956 года, когда по постановлению Кабинета министров Татарстана был выделен опытный хозяйственный участок с забором. Мол, с тех пор забор не меняли — только чинили.

Более того, по его словам, координаты границы садового общества известны — в 2000 году проводилась государственная инвентаризация земель. У Осипова на руках — копия землеустроительного дела, в которой указаны координаты 61 поворотной точки СНТ.

— Мы в своё время, когда писали апелляцию, говорили, что нарушается 35 статья Конституции, — продолжает Осипов. — Это о том, что государство должно стоять на защите, страже интересов личной собственности нашей. Сегодня тоже возникла эта проблема, что мы собственники и забор тут не решает ничего. Если ты собственник, ты вправе его огородить или просто не пускать — с ружьем выйдешь и скажешь: уходи, это мое. Суд должен выразить позицию: нарушается статья Конституции 35. Они этого не сделали.

Никогда не думала, что мне придется сражаться за то, что папой было оставлено

— Я считаю, что это вопиющее безобразие, — говорит Инга Альменова. Мне кажется, что решение было уже готово, потому что они выходили буквально на две минуты. Поэтому что бы мы тут ни говорили, какая бы защита ни была, им, по-моему, было совершенно все равно: проведено межевание или нет, с какого года. Но вообще то, что, участок с 57 года… Я до сих пор нахожусь в растерянности… Суды идут по вопросу, который для меня вообще не понятен! Я никогда не думала, что мне придется сражаться за то, что папой было оставлено. И клочок-то такой уж небольшой этого райского места, и сейчас что там останется? У меня часть веранды стоит на этом куске (который хотят сделать общедоступным — "Idel.Реалии"), часть папиного дома. Дом старый, забор старый, все старое. Ничего не менялось. Просто мы его латаем, чего-то как-то доделываем.

Я не знаю, как быть. Не знаю, что дальше, как сражаться, где найти силы, где найти время. Мама расстроится — ей 94 года. Вот сейчас приду, даже не знаю, что сказать. Боюсь даже сказать ей этот ужас.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram. Мы говорим то, о чем другие вынуждены молчать.​

А что думаете вы? Поделитесь своим мнением

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG