Ссылки для упрощенного доступа

Онкобольную обвиняемую "лучший следователь" предпочла держать в СИЗО


Татьяна Акчурина сидит в СИЗО с диагнозом "Хронический B клеточный лимфолейкоз". Первый из шести назначенных ей курсов химиотерапии она прошла ещё на свободе, второй —​ уже находясь под арестом. Причем с недельным опозданием: у изолятора не было возможности своевременно доставлять её на лечение в больницу. Семья и адвокат онкобольной предлагали как альтернативу домашний арест, однако следователь решила, что СИЗО Татьяне — ​самое место.

Татьяна Акчурина — еще один фигурант нашумевшего "дела БТИ". В деле замешаны сотрудники АО "Бюро технической инвентаризации РТ" и ряд казанцев, в том числе — супруги Артур и Татьяна Акчурины. Злоумышленники подделывали документы на право владения муниципальной собственностью — квартирами и землей. Ущерб оценивается в сумму более 5 млн руб. По версии следствия, Артур помог изготовить бывшей сотруднице БТИ несколько поддельных документов, на нескольких из которых обнаружен почерк Татьяны.

Сам Артур Акчурин с февраля находился под домашним арестом, однако в четверг, 15 августа, его заключили под стражу. На этом настаивала следователь по особо важным делам следственного управления СК РФ по РТ Елена Ахметзянова. В вину Акчурину поставили нарушения условий содержания под домашним арестом. Припомнили даже поход в магазин за бутылкой коньяка (Акчурин объяснил, что находился в тот момент в сильном стрессе — он прочёл письмо об ухудшившемся состоянии жены).

В условиях СИЗО проведение химиотерапии "затруднительно"

Состояние Татьяны Акчуриной действительно вызывает тревогу, причем не только у членов семьи. Адвокат женщины Александр Стырне предоставил корреспонденту "Idel. Реалии" копию письма от врио начальника СИЗО-2 А.Р. Ахметзянова. Ахметзянов сообщает, что состояние здоровья Акчуриной является нестабильным, с тенденцией к ухудшению. Он указывает на усиление слабости и появление гематом, заключая, что Акчурина "нуждается в квалифицированной терапии в условиях гематологического отделения больниц МЗ РТ", тогда как в условиях СИЗО проведение химиотерапии "затруднительно".

Тем не менее, следствие и суд, удовлетворивший ходатайство о заключении Татьяны Акчуриной под стражу, сочли, что онкобольная, которая проходит курсы химиотерапии, может податься в бега или воспрепятствовать расследованию "иным образом". Например, "угрожая участникам уголовного судопроизводства".

Стырне считает, что единственное формальное основание для ареста в случае с его подзащитной — это тяжесть предъявленных Акчуриной обвинений (ч. 4 ст. 159 УК РФ — "Мошенничество, совершенное группой лиц в особо крупном размере"). При этом состояние здоровья обвиняемой при выборе меры пресечения было проигнорировано (женщина болеет с декабря 2018 года). И что еще более странно, следователь Елена Ахметзянова за всё время содержания Акчуриной под стражей так и не провела с её участием ни одного следственного действия.

— Даже на допрос не вызывала ни разу за всё это время? — уточнил корреспондент "Idel.Реалии" у адвоката.

— Ни разу, — подтвердил Александр Стырне. — За полтора месяца содержания под стражей она, тяжело больной человек, ни разу не была допрошена, по ней ни одна экспертиза, чтобы она где-то подпись поставила, не проведена.

— При этом она прошла уже два курса химиотерапии?

— Да. Первый на свободе, второй — вы можете обратить внимание — не в установленные сроки. Ей химиотерапию должны были начать 22-23 июля, а она прошла с отсрочкой на неделю. По-моему, с 28 июля по 1 августа.

— Почему сроки не выдержали?

— Одна машина в изоляторе! Насколько я понял со слов сотрудников СИЗО, там одна машина, которая вывозит людей, нуждающихся в медицинской помощи за пределами СИЗО. Они записываются, их в порядке очередности возят. И мужчин, и женщин. Какой-то женщине на головной мозг операцию делали неотложную, кому-то — еще что-то. В итоге до Акчуриной очередь дошла с недельным опозданием. Формально можно говорить, что установленные гражданскими врачами сроки оказания медицинской помощи следственным изолятором нарушаются, помощь оказывается несвоевременно...

А от женщины-то они избавиться не могут!

Но у изолятора и физических возможностей исполнить это в срок нет! Для женщин, по крайней мере. В мужчинами проще: скинули их в межобластную больницу, которая на "двойке" находится (у нас же вторая колония на площади Вахитова состоит из двух частей — межобластной больницы и, собственно, второй колонии, просто территория одна, объединенная) — и там уже всё: и условия, и содержание. Даже какие-то операции туда приезжают делать. То есть, у медчасти СИЗО всегда есть возможность избавиться от мужика — по крайней мере, на момент оказания ему неотложной медицинской помощи. А от женщины-то они избавиться не могут! Женщину-то они вынуждены брать на себя! Вот в чем проблема-то! И у них — одна машина, которую они вынуждены везде совать!

Адвокат Артура Акчурина Павел Мазуренко в своих ходатайствах даёт понять: следователь, заключая Татьяну Акчурину под стражу, пыталась принудить её супруга к даче показаний. Хотя Акчурин практически сразу дал признательные показания, следователь требует от него признания в ряде других преступлений, пишет защитник. Заключение в СИЗО онкобольной жены адвокат трактует как пытку, причиняющую мужу моральные страдания.

Ахметзянова расследовала ряд резонансных дел (её, в частности, включили в состав следственной группы по пожару в "Адмирале"), по итогам 2014 года заняла первое место в номинации "Лучший следователь отделов и управлений по расследованию особо важных дел ГСУ и СУ СКР по субъектам РФ".

18 августа срок содержания Татьяны Акчуриной под стражей истекает. В пятницу, 16 августа, Советский суд Казани должен будет избрать ей новую меру пресечения. "Idel.Реалии" сообщат о результатах.

Бойтесь равнодушия — оно убивает.​ Подписывайтесь на наш канал в Telegram.

Комментарии (3)

XS
SM
MD
LG