Ссылки для упрощенного доступа

Константин Степанов: Целенаправленной дискриминации чувашеязычных в Чувашии нет


Константин Степанов

Константин Степанов выдвинут на должность главы Чувашии от партии ЛДПР. Читатели "Idel.Реалии" его знают в качестве депутата Госсовета Чувашии. Родился 29 декабря 1986 года в г. Чебоксары. Образование высшее, в 2018 году окончил НАНО ВО "Институт мировых цивилизаций", г. Москва. Работал как в коммерческих структурах, так и в органах государственной власти. Холост. Степанов прошел муниципальный фильтр. "Idel.Реалии" побеседовали с ним 31 июля 2020 года.

Хотите сообщить новость или связаться нами?

Пишите или посылайте нам голосовые сообщения в WhatsApp.

— Хотел бы прежде всего узнать вашу мотивацию, почему вы решили участвовать в выборах?

— В первую очередь потому, что это желание было ещё сформировано до выборной кампании. У нас был предыдущий глава Чувашской Республики, который девять лет руководил субъектом, и уже где-то, наверное, год, может даже, полтора назад я хотел составить конкуренцию тому действующему строю, режиму, укладу, составить конкуренцию той партии и тем людям, которые представляют здесь государственную власть. Поэтому я очень надеялся, что партия мою кандидатуру поддержит, согласует, и на сегодняшний день я доволен результатом и благодарен партии за такую возможность.

— Давайте обратимся к проблемам республики, о которых постоянно в последнее время говорят — речь о китайских проектах. Вы, наверняка, знаете эту проблему: власти предлагают китайским инвесторам то один, то другой район, люди выходят и говорят, что они не согласны с такими проектами. Как вы считаете, почему они не согласны и каково ваше отношение к этим инвестиционным проектам?

— Я считаю, что вопрос изначально об инвестициях зарубежных, любых, будь то китайцы, у нас были одно время корейцы, к нам приезжали и делали тут жгуты для автомобилей электрические, любые инвестиции изначально, тем более, если это касается земли, прав людей, должны были быть обсуждены в очень широком смысле этого слова, начиная с поселений, потом районный уровень, потом уровень городов и всей республики в целом. Для этого есть все инструменты, есть местные референдумы, которые в принципе можно было провести, никто этого делать не запрещает, такая норма в законодательстве есть.

Власти решили, что мы будем действовать исключительно из позиции силы, а мнение народа — мы им управляем на выборах

Есть публичное слушание, куда в случае, если власти хотели привести действительно добросовестного инвестора, который готов был пояснить, что он собирается делать, какими методами, какую рабочую силу собирается привлекать, как это может сказаться на экологической обстановке, как это может сказаться на дальнейшей агломерации того или иного района, то есть понятно, что если появляется такое крупное предприятие где-то, через которое проходят большие деньги, то для какого-нибудь маленького района это было бы выгодно — деньги просто останутся на местах. И всё это нужно было людям разъяснять, а потом в конце спросить у них прямого мнения. У нас власть пошла другим путём изначально, ещё при Михаиле Васильевиче Игнатьеве. Они решили, что мы будем действовать исключительно из позиции силы, а мнение народа — мы им управляем на выборах, у нас есть опыт, и мы точно также пронесём любую тему, которая интересна нам как власти. Поэтому, естественно, когда об этой теме узнали люди, а люди, особенно в сельских территориях, всегда будут бояться чего-то нового, всегда будут бояться того, что заберут землю, обманут, потому что за последние условно двадцать — двадцать пять лет власть не зарекомендовала себя в головах людей тем органом, тем исполнителем, который бы преследовал исключительно их интересы. Наоборот, народ всё время обманывали, всё время проводили реформы какие-то, то пенсионные реформы у нас, шесть штук за последние двадцать лет прошло, то изменение налогового законодательства. Да в любом случае всегда власть выступала таким обманщиком, которому нельзя доверять. Поэтому люди, когда об этом узнали, особенно очень консервативные люди в сельской местности, естественно, они стали выступать против. Поэтому тут в первую очередь ошибка властей в самом подходе.

Что касается моего отношения к этому проекту. На сегодняшний день ни у кого нет чёткого понимания о конечном объёме этого проекта, и что же действительно здесь самый большой плюс и что здесь может быть самым большим минусом. Эта программа не прозрачная. Она до сих пор делается как-то подковерно: то в одном, то в другом районе пытаются выделить какие-то земли, продавливаются решения собрания муниципальных депутатов, потом происходят народные сходы, депутаты под давлением общественности начинают эти решения изменять, потом неожиданно Минюст подаёт в суды, выходят тяжбы и так далее. На сегодняшний день отношение в связи с этим со всем негативное, но это необязательно значит, что проект не надо было бы реализовывать в Чувашии. Просто если он бы оказался действительно понят людьми, если бы он оказался действительно безопасным и от него было бы больше плюсов, чем минусов, то, конечно, Чувашской Республике как региону, который дотационный, нужны проекты, нужны инвестиции, нужны вливания.

— Скажите, вот есть точка зрения, что те проекты, которые пытаются протолкнуть в Чувашии, связаны с большим глобальным проектом Китая, который называется "Новый шёлковый путь". С запуском этого проекта очень большие проблемы начались в самом Китае — в Синьцзяне. Вот этот западный регион как бы ключевой в реализации этого проекта. Когда его запустили, по сути, начались репрессии в отношении местного коренного населения, которое отличается культурно, в религиозном плане. Сейчас, возвращаясь к Чувашии, есть точка зрения, что экономический пояс этого проекта проходит через Поволжье, в том числе через Чувашию. Нет ли в этом смысле опасений, что, раз Китай у себя в стране может запускать репрессии в отношении потенциальной угрозы, а потенциальной угрозой они видят проблему сепаратизма или тех, кто вообще может сопротивляться, нет ли такой боязни, скажем так, в Чувашии, что Китай может проталкивать свой проект, и это может кончиться тем, что местных вообще будут репрессировать с течением времени?

— Я думал приблизительно в таком ключе и даже публикации делал в своих социальных сетях по поводу того, что роль местного главы Чувашской Республики, тогда ещё он был Михаил Васильевич Игнатьев, или вот сейчас врио, она такова, что она далеко не играет первую скрипку вообще в решении этого вопроса. Действительно, тот проект, который хотят реализовать у нас Сычуань-Чувашия — это частичка проекта в том числе под проекта Волга-Янцзы, где как раз имеется в виду поволжские земли. Этот проект, эти решения приняты на федеральном уровне. У местного населения, всех национальностей, которые здесь проживают: и у русских, и чувашей, и татар, у нас в южных регионах много живут, в принципе мнения никакого не спрашивал. Безусловно, если будет продолжаться такое отношение, то рано или поздно люди сделают эти выводы, что это всего лишь часть глобального проекта, а федеральный центр, Москва, устраивает определённые заигрывания с другими народами, с другими государствами, и как-то, так скажем, не хочет считаться с мнением коренных жителей, которые здесь есть в Чувашской Республике, в соседних регионах и так далее.

Конечно, если вдруг появится такая, так скажем, тема, именно касаемая национальности, то есть будет поднимать недовольство, касаясь именно этой темы, то не исключено, что это всё перерастёт в другое русло от простого непринятия и не понятия к руслу борьбы. В таком случае, что будет делать в том числе федеральный центр, будет ли он подключать силы, как-то продавить, какие-то репрессии устраивать, я выводы сделать заранее не могу, предполагать это было бы для меня смело, потому что всё-таки вопрос в том числе и геополитики в целом у России.

Но я не исключаю, что в случае какого-то такого неповиновения власть будет оказывать какое-то давление, необязательно силовое, но какое-то вполне может быть. Если им это действительно нужно, если они для себя приняли твердое решение, что они несмотря ни на что с федерального центра проект будут реализовывать. А местный глава, местные депутаты, местные представители общественности, они, конечно, играют роль, но на сегодняшний день мы видим очень странную ситуацию, что вроде как публично и открыто никто этот проект не поддерживает и не отстаивает, но он продолжает там или в каком-то другом месте периодически всплывать. То есть, это же делается с чьего-то веления.

— В этой связи возникает другой вопрос — я его задавал и кандидатам в главы Башкортостана перед выборами, и многие из них говорили о том, что, в принципе, политика Москвы в отношении регионов очень часто напоминает колониальную. Вот через призму китайского проекта, если смотреть, и вот этого отношения федерального центра, и того, что местному населению отводится такая никакая роль, скажем так, можно ли говорить о том, что Москва действительно действует и в отношении Чувашии какими-то колониальными методами?

— Опять же этот вопрос довольно глобальный, опыт других субъектов тоже надо бы изучить, я на сегодняшний день не могу сделать однозначного заявления. Но, безусловно, у нас на лицо то, что, в принципе, мнения здесь никто не спрашивает. Отчасти может быть и потому, что сама система государственной власти здесь, в Чувашской Республике, в других субъектах Российской Федерации, те органы местного самоуправления, которые здесь существуют, те представительные органы, как наш законодательный орган Госсовет Чувашской Республики, они на сегодняшний день довольно слабы, и не бывает у нас такого, чтобы на Госсовете подняли вопрос даже по этим китайским инвестициям, рассмотрели, потребовали его блокировки до полного изучения, то есть это всё исключительно контролируемый процесс.

Вспоминается 2012-2013 год, когда в Конституцию Чувашской Республики внесли те самые изменения, которые убрали из нашей Конституции слова о том, что Чувашия — это государство в государстве

Естественно, это устраивает Москву: слабые органы государственной власти, которые не имеют своего мнения, которые согласны делать то, что указывают по вертикали. Это, конечно, большая проблема и для Чувашской Республики. О колониальном каком-то таком отношении… Я не знаю, насколько это уместно было бы говорить, но сам факт такой, что система за все эти годы была построена именно по такому вот принципу подчинения. Ни о какой независимости тут речи идти не может. Вспоминается 2012-2013 год, когда в Конституцию Чувашской Республики внесли те самые изменения, которые убрали из нашей Конституции слова о том, что Чувашия — это государство в государстве, вот эти нормы пропали, изменилось наименование первого должностного лица с "президента" на "главу". Это всё явление одного порядка, и понятно, что этот курс, это направление диктуется сверху.

— Если вы станете главой Чувашии, на что вы будете ставить, что станет локомотивом экономики республики?

— В первую очередь будет свобода и прозрачность, потому что на сегодняшний день мы, к сожалению, находимся на третьем месте по уровню выявленной коррупции, о чём заявила у нас генеральная прокуратура. Как известно, мы находимся на заключительных, последних позициях по уровню доходов населения, по уровню благосостояния и какой бы инвестор, порядочный, не хотел бы прийти в такую республику и здесь работать, он, безусловно, обратит внимание на эти показатели.

Зачем инвестору приходить в республику, где у народа очень маленькая покупательная способность?

Зачем инвестору приходить в республику, где у народа очень маленькая покупательная способность? Зачем ему приходить в республику, где по коррупционности регион на третьем месте, как вести здесь бизнес, если он заранее будет знать о том, что здесь возможны и поборы, и возможно бюрократия невероятного уровня, возможно какое-то давление. Поэтому в первую очередь — это свобода, главенство закона. У меня в целях основными пунктами, задачами будет усиление представительных органов власти, то есть тот Государственный совет, который у нас есть — это вполне работоспособный орган, если в него придут нормальные адекватные честные люди, которые будут знать, что у них есть исключительные полномочия по контролю вопросов в сфере защиты бизнеса и привлечения сюда инвесторов. Они будут сильным органом власти.

В таком случае, конечно, и депутатский контроль, и парламентский контроль поможет побороть, в том числе и коррупционные проявления. Безусловно, важна роль органов местного самоуправления, которые на сегодняшний день у нас остались буквально на бумаге. На сегодняшний день депутат нашего органа местного самоуправления даже в столицу Чувашской Республики город Чебоксары не может самостоятельно отправить депутатский запрос. То есть для того, чтобы отправить депутатский запрос, он должен представить его на собрании депутатов. Если большинство проголосует, что это является депутатским запросом, только тогда он будет отправлен. То есть, о каких правах депутатов и о какой самостоятельности здесь вообще может идти речь.

Поэтому для того, чтобы республика, так скажем, ожила и вздохнула свободно, чтобы она была привлекательна для нормального, честного бизнеса, а не для очередного какого-то хапуги, какого-то человека, который ставит целью использовать быстро землю, а потом там её бросить, и пусть будет, что будет, для таких людей вот такая открытость власти и понятность власти станет привлекательной.

— Вы говорите о том, что вы хотели бы привлечь иностранных инвесторов, и в то же время говорите о том, насколько несвободна Чувашия, все эти решения принимаются в Москве. В нынешней России, в которой очень сложно решать проблемы на местном уровне, как вы собираетесь решать эти проблемы, если Москва хочет оставить за собой последнее слово?

— В этом вот и плюс тех решений, о которых я говорю, в случае усиления исполнительных органов. Исполнительный орган — это орган коллегиальный, он избран на пять лет. Местное самоуправление — это тысячи депутатов различного уровня районных, городских поселений, в Чебоксарах, в столице субъекта, крупнейшие города…

Когда какое-то мнение будет по тому или иному проекту изучаться нормально в этих органах представительных, будет выноситься коллегиальное решение, которое оспорить или как-то парализовать росчерком пера одного человека, будь то даже глава республики, будет в принципе невозможно, будет конфликт, он будет виден, и придётся как-то находить консенсус, находить какие-то точки соприкосновения и с этим мириться. Именно так система и должна работать, должна быть система сдержек и противовесов. Поэтому как раз, когда система будет жить нормально, Москва не сможет вызвать какого-то конкретного человека как главу Чувашской Республики и сказать: "Так, тебе поставлена задача по реализации этого проекта, кровь из носа делай это либо ты лишишься своей должности". Тут всегда можно будет, я по-простому с вами хочу съехать на ту тему, что у меня есть тысячи депутатов, которые не позволяют этого сделать. Когда система будет жить так, как написано в Конституции, так, как по закону, решения будут приниматься абсолютно иначе.

— Опять же к вопросу о местной Конституции и о том, как она реализуется. По Конституции Республики Чувашия чувашский является государственным языком. Довольны ли вы положением языка в Чувашии сегодня?

— Я вам так скажу, если люди хотят знать чувашский, хотят изучать чувашский, хотят сохранять культуру, то, в принципе, конкретных препятствий на сегодня в республике нет. Другой вопрос, на каком уровне проводится государственная политика и государственная поддержка этого направления. Наверное, допускаю, что она недостаточна, исходя из собственного опыта.

— А вы говорите на чувашском?

— Нет, я не говорю, я как раз к этому и веду. Мне 33 года, я окончил школу в 2004 году. В моей школьной программе были часы чувашского языка. Я даже сдавал экзамен по чувашскому языку, когда заканчивал девятый класс. Школьная программа чувашского языка преподавалась и тогда и, я вполне допускаю, сегодня на таком уровне, что есть как бы эти часы, есть какие-то зачёты и экзамены, но этот курс не позволил мне на сегодняшний день владеть чувашским языком свободно. Я понимаю примерно треть из того, что говорят на чувашском, особенно если этот чувашский не городской, а в более отдалённых территориях. То есть, там есть определённый говор, определённая скорость речи, есть разница.

— Да, но вы говорите сейчас о качестве преподавания, а не о реализации конституционной нормы. По Конституции, это один из государственных языков, то есть он должен, по сути, быть равноправным. То, что делается на чувашском языке сегодня, и то, что делается на русском в Чувашии сегодня — это равнозначные вещи?

— Я не совсем понимаю вопрос, что значит "равнозначные"?

— Степень охвата сфер чувашским языком и русским языком в Чувашии — одинаковы?

— Вы имеете в виду, условно, какие-то бытовые вещи, встречается ли он чаще, часто…

— Я как раз про бытовые не говорю.

— А что значит "степень охвата"?

— Я говорю о том, что представленность в образовании, представленность в СМИ, представленность в культуре, представленность в административном управлении, представленность в судебной системе — в них чувашский язык наравне представлен с русским?

— Я бы не сказал, что я на себе или где-то в работе ощущаю, что кто-либо направлял бы жалобы о недостаточности или о каких-то… На наших бланках, наших документах чувашский язык точно также встречается. В судах в случае, если судья не владеет чувашским языком, там предоставляется переводчик. Я не знаю, насколько существует какая-то острая проблема, дискриминации намеренной. Возможно, не намеренное сокращение в республике присутствует. Как люди, переехавшие в большие города, не занимаются обучением своих детей на бытовом уровне чувашскому языку исходя из каких-то своих побуждений. Фактически численность людей, которые знают язык, которые его используются, которые хотели бы использовать его в будущем, падает. Однако, целенаправленного какого-то воздействия, чтобы чувашский язык сокращался либо сократить уровень его использования, я не видел такого.

— В Госсовете заседания проходят в том числе на чувашском языке?

— В том числе, да, организован сквозной перевод, то есть, каждый депутат волен выступить на чувашском языке, на русском языке, подготовить документы на чувашском языке и передать их.

— А как часто это происходит?

— Я такой статистики не подводил.

— По вашему мнению, вы же там бываете.

— Безусловно, я там бываю, но как я за частотой выступлений на чувашском языке буду следить? Мне кажется, это немножко было бы болезненно, если бы я специально за чем-то следит, используется ли в заседании чувашский язык либо не используется, и как-то выражал недовольство, если за заседание ни разу чувашского не услышал. На чувашском языке есть надписи на сессии Госсовета, на всех документах идёт дупликация, организован сквозной перевод, любой депутат в любой момент сессии, заранее ничего готовить не нужно, может встать и выступать на чувашском языке. Насколько этим правом люди пользуются, ущемляет ли это кого-то — таких вопросов вообще не возникает.

— Давайте подытожим. Вы считаете, что дискриминации по языковому признаку в Чувашии не существует, если речь идёт о чувашеязычных?

— Целенаправленной дискриминации, безусловно, не существует.

— Я вас понял. Скажите, пожалуйста, Москва направила в качестве врио господина Николаева заранее. Он руководитель, у него есть административный ресурс. Вы этим ресурсом не можете воспользоваться, потому что вас Москва в качестве врио не направляла. Как вы считаете, это честная конкуренция?

Это нельзя назвать честными выборами

— Абсолютно нечестная. Это нельзя назвать честными выборами, когда человека посылают в качестве временно исполняющего обязанности, под него стелют существующую партию власти, несмотря на то, что у них партийные позиции разнятся, значится это всё под видом самовыдвижения, когда несколько партий одновременно поддерживают назначенного Москвой человека, хотя вчера ещё они были абсолютно политическими противниками, а когда весь административный ресурс передаётся в руки, когда выпускается социальная реклама по всей Чувашской Республике, условно там в месте "Перле", которое у нас там висит на каждом шагу, из каждого утюга практически она идёт.

И потом эта социальная реклама переделывается под конкретного человека, буквально остаётся та же вёрстка, тот же дизайн, макет и так далее, просто уже написано "Поддержим врио Олега Николаева", условно это нельзя назвать честными выборами. Они были бы более честными и конкурентными, если бы Москва прислала временно исполняющего обязанности, который был бы исключительно, условно, на полгода как сторонник управленец, то есть временный менеджер.

А параллельно проводилась избирательная кампания людей, которые не являются в статусе временно исполняющего обязанности и равны перед друг другом, законом о выборах и так далее. То, что произошло в Чувашии, — это опять же продолжение той политики Москвы, о которой я говорил раньше: решения принимаются там, а здесь спрашивать ни у кого в принципе никто ничего не хочет. Государственный совет Чувашской Республики даже понятия не имел о том, что назначат именно того человека, то есть никаких консультаций не происходило, мне об этом не известно. Кроме того, сразу же после назначения у нас прошло сразу два подряд изменения законодательства в выборах главы Чувашской Республики. У нас раньше вообще исключалось понятие "самовыдвижение" на выборах главы республики. После этого оно появилось, мы уже знали, что это делалось под конкретного человека.

— То есть, под него делали?

— Конечно.

— Вы верите в свою победу?

— Я скажу так. На сегодняшний день по моему восприятию действительности очень много людей устали от того, что происходило последние двадцать лет. Очень многие люди на сегодняшний день не могут открыто выразить этой усталости, не хотят на себе чувствовать какое-то давление, возможно, ответственности за свои слова, но в день голосования, как мне кажется, очень многие готовы сказать решительное "нет" тому, что происходит, тому, как у нас вообще выстраивается политика, в том числе между Москвой и регионом, как у нас происходят выборы.

Поэтому результат может быть самым неожиданным, и первое, что я заявил, когда получил регистрацию, буквально вчера, — это не тур, в котором люди должны выбрать Степанова, Николаева, Андреева или кого-то другого. Люди должны сделать самый главный выбор: либо они всё оставляют как прежде и соглашаются с тем, что им прислали из Москвы, либо они голосуют за любого другого кандидата, выбирая по своим предпочтениям только для того, чтобы был второй тур выборов. Потому что, в случае, если второй тур выборов настанет, то это полностью изменит позицию, и мы увидим наконец-то реальное волеизъявление народа, только во втором туре это возможно. Результаты первого тура не будут отражать действительности.

Выборы главы Чувашской Республики состоятся в Чувашии 13 сентября 2020 года в единый день голосования. Глава республики избирается сроком на 5 лет. "Idel.Реалии" предложили интервью всем зарегистрированным кандидатам.

Бойтесь равнодушия — оно убивает. Хотите сообщить новость или связаться нами? Пишите нам в WhatsApp. А еще подписывайтесь на наш канал в Telegram.

  • 16x9 Image

    рамазан алпаут

    Журналист "Idel.Реалии". Пишет о Поволжье сквозь призму федеральной и международной повестки, освещает межрегиональные связи субъектов ПФО с другими регионами России. Один из ведущих видеопроекта "Реальные люди 2.0".

Комментарии (13)

Комментирование закрыто. Если вы хотите оставить комментарий к этой статье, напишите нам на idelreal@rferl.org
XS
SM
MD
LG