Ссылки для упрощенного доступа

Алена Богданова: "Любовь к свободе и правде перевешивает страх"


Перформанс Алены Богдановой

14 марта в Уфе 22-летнюю студентку театрального факультета Алену Богданову оштрафовали на 30 000 рублей за "дискредитацию вооруженных сил России" по ст. 20.3.3 КоАП РФ. Кировский районный суд счел оскорбительным для российских военных перформанс, который девушка сделала 8 марта в центре города. Стоя на площади в русском народном платье и в венке из цветов, она обмотала себя колючей проволокой. Так студентка выразила свой протест против войны. "Idel.Реалии" поговорили с акционисткой о том, как она пришла в искусство и почему стала использовать его для выражения своих политических взглядов.

— По паспорту меня зовут Елена, но называют все Алена, и я предпочитаю это имя. Я учусь заочно на режиссера на театральном факультете в Уфимском государственном институте искусств. Училась в Москве, но пришлось вернуться в Уфу по личным обстоятельствам. У меня есть работа: я преподаю подросткам и взрослым актерское мастерство в государственном учреждении. В 15 лет начала ходить в театральную студию и хотела быть актрисой, но потом поняла: что угодно, только не актрисой. Это зависимая профессия, тебе все время указывают, что делать, как играть — это не мое. Я хотела что-то создавать сама. В 17 лет я поставила свой первый этюд, он назывался "Система" — и тогда я поняла, что быть режиссером намного интереснее.

— О чем был этот этюд?

Алена Богданова
Алена Богданова

— Группа людей движется в такт, совершает одинаковые движения и в какой-то момент одна девушка начинает проявлять иные, чем у группы эмоции. Ее окружают со всех сторон и начинают показывать ей гримасы, которые она должна повторять. Через некоторое время девушка берет в руки чемодан — такой же, как у всех — надевает шляпу — такую же, как у всех — и встает в общий ряд. Это надо видеть, этюд больше про пластику движения, слов там практически нет.

— Это отсылка к Советскому Союзу или к современной России?

— Мне сейчас сложно сказать. Это был 2017 год, этот образ родился у меня в голове, и я его воплотила. Это как-то само собой происходит.

— У вас, насколько я знаю, творческая семья?

— Да, моя мама писательница, папа поэт, а дядя художник.

— А почему вы выбрали именно театр?

— Потому что театр — это самый доступный для меня способ высказаться. Как-то по-другому я не умею.

— Когда вы работаете над этюдами, чем вы вдохновляетесь?

— Для меня важно, чтобы это было искренним. То, что меня касается, что во мне отзывается, отчего мне больно, переходит в образы, у меня в голове появляется связная картинка, я об этом размышляю и потом это выливается в постановку.

Когда все эти события начались, у меня был шок, было страшно и непонятно. Я не знала, что я могу сделать.

— 8 марта вы сделали перформанс в центре Уфы. Надели русскую народную рубаху и обмотали себя колючей проволокой. В какой момент вы придумали эту акцию?

— Когда все эти события начались, у меня был шок, было страшно и непонятно. Я не знала, что я могу сделать. У меня родился в голове этот перформанс, и я подумала, что вот — это то единственное, что я могу.

— Вам было больно, когда вы обматывали себя проволокой?

— Было больно, да. Но в основном, когда полицейские начали ее с меня снимать. Я простояла где-то полчаса, хотя они подошли сразу же. Просили показать паспорт, но у меня его с собой не было. У меня ничего не было, кроме букетика в руках и тома "Войны и мира". Полицейские не знали, что со мной делать, кому-то звонили, их становилось больше и больше, пока в какой-то момент один из них не сказал: "Все, снимайте с нее проволоку". Они начали сдирать ее с меня, прохожие им кричали: "Вы ей шею повредите!". Но я считаю, что полицейские хорошо вписались, стали частью моего перформанса. Когда я планировала акцию, я не знала, как будут развиваться события, удастся ли мне простоять хоть сколько-то. Я, конечно, понимала, что с большей долей вероятности меня задержат, и была к этому готова.

Полицейские начали сдирать с меня проволоку, прохожие им кричали: "Вы ей шею повредите!"

— А как люди реагировали на вашу акцию?

— В основном одобрительно. Правда вышел охранник и начал мне говорить, что я ничего не понимаю. Я ему ответила: "Есть ли у вас сыновья, которые пойдут на эту войну?". И он замолчал и ушел.

— В соцсетях вас сейчас, конечно, сравнивают с художником Петром Павленским. Когда вы готовили перформанс, вы вдохновлялись какими-то акционистами?

— Мне даже мой дядя сказал, что это похоже на Павленского, но я ему ответила, что я не знала о его акциях. Я, правда, не знала. Дядя был в шоке (смеется). Но это мой первый опыт уличного искусства, да и в публичных акциях я до этого участвовала лишь однажды — в 2021 году в Москве выходила на митинг в поддержку политика Алексея Навального.

— Рядом с вами во время акции стоял молодой человек с плакатом, на котором было написано: "Russia Uber Allen?" (Россия превыше всего?) — обыгранная строчка Deutschland uber alles (Германия превыше всего) из песни, которая была популярной в фашистской Германии. Его присутствие — это запланированная часть перформанса?

— Это мой 18-летний ученик из театральной студии. Он узнал, что я собираюсь делать перформанс, и пришел. Надпись на плакате — его задумка. Его, кстати, тоже оштрафовали на 30 тысяч рублей за "дискредитацию вооруженных сил".

— А ваша семья знала, что вы собираетесь делать?

В целом все меня поддержали, но, конечно, родители переживают — и от этого тяжело

— Нет, никто не знал. Они узнали из прямого эфира в Instagram, забеспокоились обо мне. В целом все меня поддержали, но, конечно, родители переживают — и от этого тяжело. Чувствуешь перед ними какую-то ответственность, понимаешь, что расстраиваешь близких, но и молчать невозможно. Я считаю, что все люди должны быть против войны. Я не понимаю людей, которые выходят со знаками Z и поддерживают войну, это какой-то сюрреализм. На 9 мая нам показывают оружие и танки — и все почему-то радуются. Я никогда не радовалась и никогда не ходила на военные парады. Знаете, какой мой любимый писатель? Эрих Мария Ремарк. За то, что он рассказал, как на войне страдают все — и агрессоры, и жертвы.

— Вам было страшно, когда вас задерживали?

— Нет. Я считаю, что страх — я не имею в виду инстинкт самосохранения — это тормоз. Есть страх и есть любовь, и они по разные стороны. Я всегда за любовь и поэтому считаю, что бояться — глупо. Если ты чего-то боишься, проработай этот страх и избавься от него.

Я не понимаю людей, которые выходят со знаками Z и поддерживают войну, это какой-то сюрреализм

— Но можно бояться, например, что тебя побьют…

— Да. Но я не боялась. Любовь к свободе и любовь к правде перевешивает страх. Хотя я думаю, что в полиции мне очень повезло, со мной хорошо обращались. Я читала о том, что делают с задержанными в некоторых городах. Но по поводу себя я думала: случится и случится, я не фарфоровая куколка, не разобьюсь от пары синяков. А если умру, то уже и бояться нечего будет. Я всю жизнь говорила, что я никак не связана с политикой, ничего в этом не понимаю и не желаю понимать. Всегда придерживалась принципа, что надо строить мир вокруг себя — правильный, добрый, светлый. Но сейчас нельзя не замечать, что происходит, и быть вне политики все сложнее. А строить мир вокруг себя стало вообще невозможным.

— У вас на следующий день после перформанса была еще одна акция: вы ходили по городу и раздавали шоколадки. Это для чего?

Когда творится так много страшного, разум и добро проседают, надо хоть как-то эти весы выравнивать

— Я считаю, что нужно делать добро. Пока можно, пока у нас есть шоколадки, пусть люди их кушают. Они были рады, улыбались, благодарили. Нужно поддерживать в мире баланс гармонии. Когда творится так много страшного, разум и добро проседают, надо хоть как-то эти весы выравнивать.

— Как в институте отреагировали на вашу акцию?

— Конечно, мне позвонили и начали задавать странные вопросы. Например, есть ли у меня среди родственников украинцы.

— А у вас есть?

— Да, моя бабушка украинка, но она живет в России. В детстве я была во Львове и Киеве, но украинский язык я не знаю. И я не считаю себя представительницей какой-то определенной национальности. Для меня это вообще неважно. Неважно из какой ты страны, важно быть человеком и не быть равнодушным к преступлениям и насилию. У меня нет денег, чтобы поддерживать фонды или СМИ, но я могу вот так выражать свою позицию. Мне не страшно, если меня отчислят. Значит, так нужно. И это не то место, ради которого я готова отказываться от своих принципов.

Я никого ни к чему не призываю, но если все так и будут сидеть тихонько, будет все хуже и хуже. Можно держаться за то, что имеем, но имеем мы ничего.

Если меня уволят из-за акции, мне будет очень жаль, потому что я очень люблю свою работу, но что ж — организую собственную театральную студию. Хотя, конечно, мой перформанс — это и есть часть моей работы. Это творческий акт, а не намеренное оскорбление кого-то, за что меня судили. Я против любой войны и насилия, и сейчас мне очень стыдно, что агрессором является моя страна. Я никого ни к чему не призываю, но если все так и будут сидеть тихонько, будет все хуже и хуже. Можно держаться за то, что имеем, но имеем мы ничего.

Правда, меня поразило поведение моего преподавателя после моей акции. Вы видели, что он мне писал? Я выкладывала в Instagram. Это мой мастер курса, который ведет главные дисциплины: режиссуру и актерское мастерство. На днях он написал мне: "Алена, ты такая хозяйственная, может, ты придешь ко мне домой прибраться?" Я ответила, что посоветуюсь с мамой, на что он отреагировал эмоционально, написал, что якобы из-за моего перформанса его "таскают" в полицию и добавил: "Сдохни". Я слышала о том, что он странно общается и с другими студентками — например, присылает им видео интимного содержания. Я готова об этом открыто говорить, потому что я не буду это так оставлять, я не хочу учиться у такого человека и буду писать на него жалобу в деканат.

— Как ваши ровесники, одногруппники оценивают ваш антивоенный активизм?

Во "ВКонтакте", куда кто-то выложил мой перформанс, реакция совсем иная. Там пишут, что я ужасная, что я предательница своей страны.

— В основном поддерживают. Я получила очень много приятных комментариев и сообщений в Instagram. Правда во "ВКонтакте", куда кто-то выложил мой перформанс, реакция совсем иная. Там пишут, что я ужасная, что я предательница своей страны.

— Вам тяжело было это читать?

— Нет. Потому что я знаю, что я не предательница. Я люблю нашу страну за Чехова, Станиславского, Менделеева. За то, что она красивая. То, что я не люблю, не связано со страной, а связано с государством. Сейчас я нахожусь в подвешенном состоянии. Я чувствую, что меня будто связали по рукам и ногам, потому что если я снова сделаю антивоенную акцию, меня могут привлечь к уголовной ответственности, а новые статьи УК за такие действия предусматривают наказание вплоть до трех лет тюрьмы. Я понимаю, что я расстрою родителей, если окажусь в тюрьме. Но я не могу сидеть смирно и ждать, когда моя маленькая зарплата станет еще меньше, когда нам нечего будет есть. Я не знаю, как, учитывая такую жесткую пропаганду, можно надеяться, что что-то изменится. Хотя я все-таки оптимистка, поэтому стараюсь верить в лучшее.

Если хотя бы один человек, поддерживающий войну, после моего перформанса передумает и увидит, что творится, я буду очень довольна. И готова буду отсидеть три года в тюрьме, чтобы кто-то еще передумал.

— Вы не рассматриваете вариант эмиграции?

— У меня нет на это ни средств, ни желания. Бегство в Европу звучит с одной стороны здорово, с другой — трусливо. Конечно, если грозит тюрьма, логичнее уехать. Здорово бы было, если бы мир был резиновый и все, кто выступает против войны, могли бы уехать и спокойно заниматься своим любимым делом, а в России бы остались те, кто ходит с буквой Z, но так не бывает. И людей, которые ходят с буквой Z, мне, на самом деле, жаль. Они не виноваты, что выросли в таких условиях, в таком окружении, в котором невозможно понять, что на самом деле происходит. Если бы я знала, как открыть глаза этим людям, я бы это сделала. Пока у меня только жалкие попытки, но если хотя бы один человек, поддерживающий войну, после моего перформанса передумает и увидит, что творится, я буду очень довольна. И готова буду отсидеть три года в тюрьме, чтобы кто-то еще передумал.

  • Ранним утром 24 февраля российская армия атаковала Украину.
  • До этого Владимир Путин объявил, что принял решение о начале спецоперации в Донбассе после просьбы "ДНР" и "ЛНР". Президент призвал украинских военнослужащих сложить оружие и "идти домой".
  • Президент Украины Владимир Зеленский объявил о прекращении дипломатических отношений с Россией.
  • Открытые письма с призывами остановить войну ранее написали журналисты, врачи и деятели культуры. Петицию, написанную правозащитником Львом Пономаревым (признан СМИ-"иноагентом"), подписали более 1 миллиона человек.
  • Евросоюз закрыл воздушное пространство стран-членов блока для всех российских самолётов, включая частные.
  • 9 марта Минобороны РФ признало, что в военных действиях на территории Украины участвовали и солдаты-срочники, хотя президент Владимир Путин до этого заявлял, что срочников в "военной спецоперации" (именно этот термин используют российские власти) в Украине нет.
  • Согласно данным министерства обороны Украины на утро 11 марта, на войне с российской стороны погибло более 12 тысяч солдат. Минобороны РФ количество погибших военных называло лишь 2 марта: была озвучена цифра в 498 солдат.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram. Что делать, если у вас заблокирован сайт "Idel.Реалии", читайте здесь.

Комментарии (3)

Комментирование закрыто. Если вы хотите оставить комментарий к этой статье, напишите нам на idelreal@rferl.org
XS
SM
MD
LG