Ссылки для упрощенного доступа

18 дел. В Крыму — рост преступлений против половой неприкосновенности


Участница румынского протеста против насилия в отношении женщин. Иллюстративное фото
Участница румынского протеста против насилия в отношении женщин. Иллюстративное фото

В 2022 году в аннексированном Россией Крыму было совершено больше всего преступлений против половой неприкосновенности военнослужащими российской армии. Но официальные данные российских судов не дают полной картины: в реальности совершенных преступлений в разы больше. С течением времени ситуация будет ухудшаться из-за развития синдрома ПТСР у участников войны и освобождения ветеранов "СВО" (так в России называют начатую Кремлем войну в Украине) от уголовной ответственности.

В начале августа двадцатилетняя девушка из Симферополя стала жертвой сексуализированного насилия со стороны военнослужащего российской армии. Она спала в квартире, где в это время находилась компания молодых людей. Один из них решил изнасиловать спящую. Насильником оказался 30-летний житель города Нерюнгри в Якутии. После начала полномасштабного вторжения в Украину он записался на контрактную службу и отправился воевать в Запорожскую область. Недавно он приехал в аннексированный Россией Крым. После того как пострадавшая обратилась к правоохранителям, предполагаемого преступника задержали. Он дал признательные показания, затем его передали военной полиции.

Это не единственный подобный случай. По итогам прошлого года аннексированные Севастополь и Крым стали лидерами по числу уголовных дел о сексуализированном насилии со стороны российских военных. Такие данные содержатся в онлайн-картотеках гарнизонных судов российских регионов и оккупированных РФ украинских территорий.

Всего в 2022 году на рассмотрение военных судов в России поступило 110 дел о преступлениях против половой неприкосновенности. Их число за последние десять лет выросло в 4,5 раза. В четырех случаях из пяти жертвами становятся несовершеннолетние. На долю захваченного Россией Крымского полуострова приходится 18 дел о сексуализированном насилии (16 процентов от общего количества). Это значительно больше, чем в субъектах РФ: так, в Приморском крае зафиксировано девять таких дел, в Московской и Ростовской областях — по шесть, в остальных регионах еще меньше.

Женщина с ребенком в лагере для беженцев из Украины в Польше
Женщина с ребенком в лагере для беженцев из Украины в Польше

"У военных своя юстиция"

Специалисты, оказывающие помощь жертвам сексуализированного насилия, говорят, что рост числа уголовных дел этой направленности в отношении военных может быть связан с несколькими причинами.

— Во-первых, в целом за последние годы в России латентность этой категории преступлений падает, а количество преступлений по официальной статистике растет. Это значит, что правоохранительная система стала чаще реагировать на преступления против половой неприкосновенности, поэтому и до суда доходит большее число дел. Во-вторых, в связи с началом полномасштабной войны выросла численность военных. В 2022 году увеличилось количество контрактников, осенний призыв проводился активнее, чем в предыдущие годы. С января 2023 года увеличилась штатная численность армии. Предполагаю, что одним из факторов роста сексуализированных преступлений [со стороны российских военнослужащих] послужило в целом увеличение количества военных, — заявила в беседе с Радио Свобода сотрудница Центра защиты пострадавших от домашнего насилия Софья Русова.

Общий процент преступлений против половой неприкосновенности, совершенных военнослужащими, невелик. Всего в 2022 году в России за подобные преступления осудили 7 603 человека. На этом фоне 110 уголовных дел в отношении российских военных могут показаться незначительным показателем.

Между тем данные картотек военных судов не отражают полную картину. Жертвы сексуализированных преступлений вообще крайне редко обращаются с заявлением в полицию — примерно в трех процентах случаев, как пишут авторы исследования "Сексуализированное насилие над детьми и подростками", которое провели несколько российских общественных организаций, помогающих жертвам подобных преступлений. Правоохранительные органы редко дают ход подобным делам, поэтому уголовному наказанию подвергается всего один процент насильников.

— Сексуализированное насилие — в целом скрытая проблема, о которой пострадавшие боятся заявлять сразу, а иногда заявляют тогда, когда проходит такой период времени, через который доказать преступление практически невозможно, — поясняет Софья Русова.

К тому же расследование преступлений, совершенных представителями силовых структур, не подчиняется общим правилам. "У военнослужащих своя юстиция. Например, возбудить в отношении военнослужащего дело об административном правонарушении практически нереально. Они не подвергаются арестам, административным наказаниям: у них свое, отдельное судопроизводство", — отмечает Русова.

Иногда военные пытаются запугать жертв или договориться с ними, чтобы они не предавали огласке случившееся. "Есть практика, которую фиксируют правоохранительные органы, международные организации и правозащитники, когда военное командование путем подкупа либо угроз в адрес жертвы добивается того, чтобы инцидент не вышел в публичное пространство и не пострадала честь мундира", — отмечает в разговоре с Радио Свобода крымская юристка Ленура Енгулатова.

По этой причине даже приблизительно определить масштабы проблемы очень трудно.

"Наказание украинского народа"

В Крыму активные боевые действия не ведутся, но российская армия использует его как основной логистический коридор для переброски войск, техники и боеприпасов к линии фронта. На полуострове размещены российские воинские части и госпитали.

Военнослужащие, постоянно дислоцированные на территориях, которые были оккупированы после начала полномасштабного вторжения, часто ездят в Крым в краткосрочные отпуска. Поэтому полуостров переполнен российскими силовиками. Отчасти этим объясняется то, что в этом аннексированном у Украины регионе военные совершают больше всего сексуализированных преступлений.

Получить сведения о том, как обстоят дела с расследованием подобных преступлений на украинских территориях, оккупированных в 2022 году, невозможно. В публичном доступе нет сайтов открытых в этих регионах оккупационными властями гарнизонных судов. Но статистика, которой располагают украинские правоохранители, весьма красноречива. По имеющимся сведениям, с начала полномасштабного вторжения Генеральная прокуратура Украины зафиксировала 187 случаев сексуализированного насилия со стороны российских военнослужащих, в том числе 13 — в отношении детей, сообщил Радио Свобода советник уполномоченного по правам человека в Украине, бывший заместитель министра социальной политики Сергей Нижинский. Это на порядок больше, чем зафиксированное российскими органами число преступлений в аннексированных Крыму и Севастополе.

Женщина во время дождя в Ялте, 18 июня 2021 года
Женщина во время дождя в Ялте, 18 июня 2021 года

До логического финала пока дошла лишь малая часть уголовных дел. По словам Нижинского, по состоянию на 9 августа "в суд направлено 10 обвинительных актов в отношении 14 человек; по результатам рассмотрения двух уголовных производств два человека осуждены на наказание в виде лишения свободы на срок 10 и 12 лет".

Украинский политический обозреватель Евгений Сависько считает, что преступления против половой неприкосновенности со стороны российской армии на оккупированных территориях носят массовый характер.

— Преступления на сексуальной почве на временно оккупированных территориях Украины совершаются как по собственной инициативе военнослужащих России, так и с ведома и прямого подстрекательства их командования. На освобожденных от россиян украинских землях те, кто были в оккупации, сообщают о подобных преступлениях в отношении наших сограждан всех возрастов и пола. Начиная от несовершеннолетних и заканчивая пожилыми людьми. Как женщин, так и мужчин. Но никаких расследований российские правоохранители по таким преступлениям даже не начинали. Многие в России считают, что сексуализированное насилие является наказанием украинского народа, — отметил эксперт.

По его мнению, в аннексированных Крыму и Севастополе "сейчас самая большая концентрация военных на временно оккупированных территориях". Резкий рост числа зафиксированных случаев насилия свидетельствует о том, что таких инцидентов с начала полномасштабной войны стало намного больше и замалчивать их все труднее. При этом Сависько призывает не питать иллюзий по поводу справедливых приговоров для насильников. По его словам, в действующей армии на оккупированных территориях в большинстве случаев наказанием для них будет перевод в штрафную роту.

Насилие неизбежный результат войны

Рост числа случаев насилия, в том числе домашнего и сексуализированного, — одно из неизбежных последствий любого военного конфликта. У военнослужащих, побывавших в зоне боевых действий, часто развивается синдром посттравматического стрессового расстройства (ПТСР).

— Человек [имеющий подобный синдром] продолжает воспринимать окружающий мир как опасный. Он постоянно пребывает в состоянии внутренней мобилизации, готовый ответить на угрозу. Этот страх и напряжение человек проецирует на окружающих, интерпретируя их поведение как агрессивное и, соответственно, защищается от него. Отсюда конфликты, агрессия, избиения и так далее. Попадает часто домашним, к сожалению. Но и случайным прохожим тоже может не поздоровиться, — рассказала Радио Свобода клинический психолог Дарья Яушева.

По ее словам, специалисты Министерства здравоохранения РФ считают, что ПТСР развивается у 3–11 процентов военнослужащих, которые имели боевой опыт. В то же время "исследователи, которые изучали ситуацию с ветеранами афганской и иракской войн, называют цифру в 30 процентов".

— Это может привести к ухудшению криминальной ситуации. И такие примеры уже есть, к сожалению. Ситуация с декриминализацией домашнего насилия вкупе с законами, которые делают бывших военных неуязвимыми перед критикой, может только ухудшить ситуацию, потому что перестают работать внешние ограничители, — отмечает Яушева.

— В социальных сетях публиковались записи разговоров о том, что необходимо убивать и насиловать с особой жестокостью из чувства мести и в оправдание победы, — говорит Ленура Енгулатова. — Многие слышали разговор супруги с военным, где она одобряла такие методы наказания в отношении женщин и давала согласие на насилие. Комментарии в чатах военкоров и крымских блогеров также пестрят призывами к сексуализированному насилию в отношении женщин. Но здесь не следует упускать тот момент, что если поощряется сексуализированное насилие на чужой территории, то этот же посыл к насилию будет распространяться и на своей территории, потому что в сексуализированном насилии рано или поздно стирается грань свой/чужой, — говорит юристка.

Чем дольше будет продолжаться война, тем ситуация с домашним и сексуализированным насилием со стороны российских военных будет только ухудшаться, уверена Софья Русова из Центра защиты пострадавших от домашнего насилия.

— Посттравматическое стрессовое расстройство участников боевых действий начинается, как правило, через полгода после события. У нас колоссальные цифры даже по официальной статистике по гендерному насилию — домашнему и сексуализированному. Но так было и до "специальной военной операции" (так в России официально называют военную агрессию против Украины), о чем фактически кричали и сами жертвы, и правозащитники, работающие с этой темой. И, безусловно, то, что происходит сейчас, никак не способствует улучшению ситуации, наоборот. На мой взгляд, более показательную картину о масштабе сексуализированного насилия со стороны военных мы получим ближе к 2024 году, — отметила экспертка.

НЕ ТОЛЬКО ЖЕНСКОЕ ДЕЛО. Жертвой домашнего насилия может стать любой член семьи

Проблема домашнего насилия — это не только проблема женщин, но и мужчин и всего окружения. На это указывают не только кейсы, которые "Idel.Реалии" собрали в своем недавнем проекте, но эксперты.

В первой главе мы рассказываем о сыновьях, которые воспитывались в семье насильника. Во второй главе мы собрали случаи, в которых жертвы насилия не хотят больше создавать семьи, что как раз идет вразрез с аргументом властей о традиционных ценностях, прикрываясь которым органы власти отказываются от законодательного решения вопроса. Насилие над женщиной часто становится препятствием для нее самой, а иногда и ее окружения в профессиональном развитии. В таких случаях страдает не только жертва, но и общество, которое лишается профессионала. Именно такой кейс приведен в третьей главе.

"Idel.Реалии" обратились к опытным экспертам (главы 4, 5, 6, 7) самых разных взглядов. Все они едины в одном — с насилием надо бороться, однако методы борьбы они видят по-разному.

Оригинал публикации: Радио Свобода

Подписывайтесь на наш канал в Telegram. Что делать, если у вас заблокирован сайт "Idel.Реалии", читайте здесь.

XS
SM
MD
LG