Ссылки для упрощенного доступа

Мурад Аджи ушел, разбудив тюрков ото сна


Мурад Аджи

Сегодня в Москве проходит церемония прощания с Мурадом Аджи, исследователем тюркского мира, публицистом и писателем. Под новостью о кончине ученого отозвались сотни людей со всей Евразии. И почти каждый отмечал его большой вклад в укрепление самосознания тюркских народов.

В своих книгах он выдвинул собственную гипотезу о тюркском "великом переселении народов". Согласно альтернативной гипотезе Аджи, история России начиналась не с IX века, а по крайней мере 2,5 тысячи лет назад, на Алтае. По его мнению, именно там свершились гигантские прорывы в истории человеческой цивилизации. Степняки, то есть тюрки, представляли собой не этническую, а религиозную общность, объединённую верой в Тенгри. Согласно публицисту, цивилизация тюрок-степняков была одной из древнейших и высокоразвитых.

Интересно и то, что Мурад Аджи родился в Москве и изначально был оторван от родной кумыкской культуры, но в последствии выучил язык и неоднократно посещал родину предков.

Работы Мурада Аджи переведены на мировые языки.

"Idel.Реалии" решили опросить ценителей его творчества о том, кем стал исследователь и писатель для них и о роли его работ для культур тюркских народов.

Представитель московской общины татар Гаяр Искадер был лично знаком с исследователем и активно общался с ним.

— Был другом, наставником и первооткрывателем огромного тюркского мира, — признается он.

Следует отметить, что работы Мурада Аджи пользуются популярностью не только у старшего поколения людей. Как ни странно, часто среди поклонников его творчества встречаются представители молодежи.

Крымский татарин Эдем Умеров рассказал о том, что впервые познакомился с книгами Мурада Аджи в студенческие годы в Турции. Тогда, по его признанию, этими работами зачитывались многие молодые люди — и карачаевцы, и балкарцы, и кумыки. Вот и ему книга досталась от них.

Характеризуя Мурада Аджи, Эдем использует короткое, но емкое определение: "вдохновитель".

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Когда 8 марта — траурный день

Еще один молодой человек, но из Башкортостана, по имени Ильдар Курманаев, работающий в одном из местных крупных предприятий в качестве младшего специалиста, считает, что Мурад Аджи затронул вопрос надрегиональности тюркской культуры.

— Мне понравилась часть про упоминание хана Акташа, что это не только татарский или башкирский хан, а ещё и кумыкский, в той главе он говорит, что мы позабыли о братстве наших народов. Это я больше всего запомнил, — отмечает юноша.

Хафиза Чотчаева из фонда развития карачаево-балкарской молодежи "Эльбрусоид" также подтвердила то, что Мурада Аджи ценят и любят не только кумыки.

— Наверное, нет ни одного тюрка, кто не знал Мурата Аджи. Для кавказских тюрков его труды стали откровением, разрывом шаблонов и заставляли переосмысливать отношение к своим корням, к своему народу, к своей истории. Можно было соглашаться или нет с его точкой зрения на те или иные вопросы, но он точно не оставлял равнодушным и заставлял задуматься. Он был величиной не только для тюрков, но и для всей России, которая является исторической родиной для 28 тюркских народов, — считает она.

О своих впечатлениях о Мураде Аджи и его книгах делится Лена Федорова из Якутии, директор международного фонда исследования Тенгри.

— Впервые я увидела книгу "Полынь Половецкого поля" в 1994 г. в Москве, проездом. У земляка. Упросила его одолжить мне книгу до утра. Эта книга, эта ночь навсегда перевернула меня, мою жизнь. Наутро, вернув книгу и узнав, что ее можно купить в нашем якутском постоянном представительстве на Красных Воротах, помчалась туда. Купила десяток и отправила в Якутск, родным, друзьям. Тогда мне имя автора — Мурад Аджи, ничего не говорило. Немного позже я стала специально искать его книги, публикации и читать их запоем. Постепенно возникло желание познакомиться с ним лично, высказать свою благодарность, поговорить с ним вживую. Каким то образом не помню, я узнала его телефон и, набрав храбрости, позвонила. Каково же было мое счастливое изумление, когда он поговорив со мной, радушно пригласил в гости домой. Так состоялось мое знакомство с Мурадом Эскендерович Аджиевым — Мурадом Аджи. С того дня мы стали и дружить, мы организовали несколько замечательных интервью с ним, приезд в Якутию, встречи с общественностью, известными якутскими лицами. В Якутии творчество Мурада Аджи почитают многие и многие. И он тоже всегда очень тепло отзывался о своих якутских друзьях, встречах, якутском народе, — рассказывает Федорова.

Мурад Аджи смог завоевать сердца не только профессиональных исследователей, но и обычных людей. Так, инженер из Азербайджана Вугар Мирасланов делится своим мнением о том, чем стали работы Мурада Аджи для рядовых азербайджанцев.

— За все время господства советской школы азербайджанцев убеждали, что они случайно обрели язык, похожий на тюркский. Они вовсе не тюрки. Тюрки вообще никто. Они — гости на Кавказе и Закавказье. Работы Мурада Аджи стали отдушиной, гордостью для азербайджанской молодежи и трамплином для более основательного изучения своей истории. Благодаря Мураду Аджи азербайджанцы вернули свою целенаправленно подавленную гордость за свою историю. Они поняли, что, наряду с остальными народами Кавказа являются полноценными хозяевами своих земель, — говорит азербайджанец.

Журналист Руслан Салахбеков отмечает, что Мурада Аджи справедливо считают одновременно писателем и исследователем.

— Мурада Аджи часто называют писателем — и это правда, писательский талант у него действительно был, и в контексте его исторических работ этот талант имел едва ли не решающее значение. У Мурада Аджи получалось затрагивать какие-то глубинные струны в душах своих читателей, пробуждать в них чувства, превращающие исторические знания, которые он ценой титанических усилий собрал воедино, которым он придал новое качество и новое звучание, которые он нес со страниц своих книг, в не просто знания, а в откровения. Кумыкский и тюркский читатель, причастный к описываемой Мурадом Аджи истории, испытывал невероятный душевный подъем, и многие, бывшие до этого "Иванами, родства не помнящими", вдруг начинали прозревать — понимать, кто они, откуда они, какое несут в себе историческое богатство, которое, как оказалось, можно разглядеть едва ли не на каждом шагу даже сейчас, спустя столетия после описываемых Мурадом Аджи событий. Для меня Мурад Аджи — один из двух величайших исследователей тюркской истории наряду со Львом Гумилевым, и от осознания того, что его нет больше с нами, становится очень горько, — констатирует Салахбеков.

Корреспондент "Idel.Реалии" пообщался и историком Анатолием Коркмасовым о Мураде Аджи.

Коркмасов особо выделяет работу исследователя под названием "Мы — из рода половецкого".

Он считает, что этой работой автор положил начало последующих талантливых посланий "своему народу" — "что как завещания, уверен, будут передаваться из поколения в поколение".

По словам Коркмасова, работы Аджи дали возможность проснуться не только тюркам.

— Сказать, что только тюрки "проснулись благодаря его книгам" — значит ограничить смысл, суть и значения воздействия просветительской деятельности Мурада Аджи. С их страниц он выносил на первый план не свое имя, а искренние сопереживания, душевную боль и любовь к истории своего великого народа, за которой ясно улавливалась сила воображения, искусство замысла и страстное биение его сердца, — полагает Коркмасов.

Напомним, 7 марта 2018 года после продолжительной болезни в Москве Мурад Аджи скончался. Об этом сообщила пресс-секретарь Полномочного представительства Татарстана в России Дина Аляутдинова. Аджи было 73 года.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram. Мы говорим о том, о чем другие вынуждены молчать.

Ваше мнение

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG