Ссылки для упрощенного доступа

Почему Госсовет Татарстана "взбунтовался"


Фарид Мухаметшин

Что это было? Такой вопрос возник у многих после состоявшегося 25 апреля заседания Госсовета Татарстана. Такой жаркой по накалу страстей сессии татарстанского парламента мы не видели давно. А заодно мы все получили окончательный ответ на вопрос о причинах капитуляции татарстанских депутатов по языковому вопросу осенью 2017 года, когда они проголосовали за отмену обязательных уроков татарского языка в РТ.

Теперь российское государство полностью снимает с себя обязательства по обеспечению условий для изучения родных языков народов страны, переложив их на плечи родителей

Поводом для горячих выступлений 25 апреля стал законопроект, внесенный группой депутатов Госдумы, по которому государственные языки национальных республик исключаются из перечня обязательных предметов. По сути, этот законопроект не только закрепляет де-юре результат осеннего "языкового противостояния", но и идет дальше: цементируя за предметами "родной язык" и "родная литература" факультативный статус, он закрепляет и все вытекающие отсюда последствия — запрет на выпуск учебников и подготовку учительских кадров за государственный счет. То есть теперь российское государство полностью снимает с себя обязательства по обеспечению условий для изучения родных языков народов страны, переложив их на плечи родителей. Такого не позволяли себе даже в разгар советского застоя, когда шла прямая политика русификации под видом строительства единой советской нации. Теперь же времена, что называется, изменились, и маски толерантности полностью сброшены.

Пересказывать всю стенограмму заседания Госсовета РТ смысла особого нет, отметим лишь, что сессия получилось настолько жаркой, что молчавшие до этого татарстанские депутаты в своих критических выступлениях прошлись даже по многим высокопоставленным лицам. Основными хедлайнерами, запустившими дискуссию, стали председатель Всемирного конгресса татар Ринат Закиров, председатель комитета по образованию, культуре, науке и национальным вопросам Разиль Валеев, к которым охотно присоединились директор телеканала ТНВ Ильшат Аминов, директор Дома дружбы народов Ирек Шарипов, "главный" коммунист РТ Хафиз Миргалимов, Рафил Нугуманов и другие.

Ирек Шарипов сравнил предложенный закон с этноцидом, вспомнив, что и холокост, и сталинские репрессии также были законными для своего времени.

Ирек Шарипов
Ирек Шарипов

Разиль Валеев и Рафиль Нугуманов вообще позволили себе (пусть и в легкой форме) критику президента Татарстана Рустама Минниханова, из-за его публичного самоустранения от решения политических вопросов. Трудно даже вспомнить, когда такое еще было в истории, чтобы в Госсовете Татарстана могли допустить даже нотку крамольной мысли в адрес первого лица республики.

Рафиль Нугуманов
Рафиль Нугуманов

​Разиль Валеев и Рафиль Нугуманов вообще позволили себе (пусть и в легкой форме) критику президента Татарстана Рустама Минниханова, из-за его публичного самоустранения от решения политических вопросов

Обращает на себя внимание тот момент, что на этом заседаниии не было ни самого Рустама Минниханова (что вполне уже привычно, когда дело касается обсуждения острого национального вопроса), ни Минтимира Шаймиева, который, как правило, всегда присутствует на сессиях Госсовета, тем более политика — это его конёк. Это говорит о том, что они были в курсе предстоящих выступлений, и поэтому решили не светиться в парламенте, чтобы не оказаться в неловкой для себя ситуации.

Конечно, не стоит воспринимать это в полной мере как бунт законодательной власти РТ против власти исполнительной. Всё-таки Татарстан последние 20 лет славился именно четко выстроенной жесткой вертикалью власти. Данный пассаж стоит воспринимать именно как результат давления "снизу" на самих депутатов, которое они и проецировали уже публично. Не стоит забывать, что не только у обычных граждан, но и у национально ориентированной части татарстанской элиты осталась обида и недопонимание на то, как быстро сдался президент Татарстана, принудив к отставке вице-премьера и министра образования Энгеля Фаттахова (говорят, что он ушел со своего поста с сильной обидой на руководство республики, которое, кстати, назначило его министром именно с целью наведения порядка в национальном образовании, но затем легко списало на Фаттахова все "шишки"). Президент Минниханов тогда попытался самоустраниться от национального вопроса, показательно игнорируя первое заседание Госсовета, когда кипели страсти — как внутри парламента, так и снаружи. И тот факт, что в публичном пространстве крайними в конечном итоге оказались депутаты Госсовета, единолично принявшие капитуляцию Казани Москве (а главное лицо республики вроде как не при делах), конечно, не мог остаться незамеченным.

Так почему же депутаты Госсовета после осенней "капитуляции" по языковому вопросу вдруг взбунтовались этой весной, когда, кажется, что "поезд уже уехал"? Думать и гадать не надо — все карты раскрыл Ринат Закиров в своем выступлении:

"Думали, что положение после того, как всё успокоится, исправится. Но такие уступки не пошли на пользу, давление со стороны федерального центра только усилилось... Наша мягкость, желание подстроиться породили в народе несогласие, пошатнули веру народа в депутатов. На этой сессии Госсовет показал себя неподготовленным к обсуждению щепетильного вопроса, мы должны были твердо стоять в вопросах языка", — сказал один из лидеров ВКТ.

Ринат Закиров
Ринат Закиров
Со стороны депутатского корпуса официально признано, что осенняя языковая "капитуляция" была стратегической ошибкой, и что сверхлояльность и уступчивость федералы сочли за слабость, со всеми вытекающими отсюда последствиями

То есть теперь со стороны депутатского корпуса официально признано, что осенняя языковая "капитуляция" была стратегической ошибкой, и что сверхлояльность и уступчивость федералы сочли за слабость, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Действительно, главная причина, по которой депутаты быстро сдались на милость федерального центра, заключается в том, что татарстанские власти, плюнув на законы политики, по старой привычке понадеялись договориться, что называется, "под ковром". Понадеявшись, что если как и в стародавние времена показать Московскому Кремлю нужный процент на выборах, то это будет достаточным аргументом, чтобы, если не отыграть ситуацию, то хотя бы выйти из неё с минимальными потерями.

Вспомним, что прошлой осенью полномочный представитель Путина (или проще говоря президенсткий куратор) в Приволжском федеральном округе Михаил Бабич публично обещал, что на этом всё остановится, так как все спорные моменты уже решены. Теперь же ясно, что эти обещания были обыкновенной уловкой и просто способом потянуть время, успокоить национальные республики, тем более сам факт того, как быстро подготовили критикуемый ныне законопроект, отметает все сомнения в этом отношении.

Чтобы понять, почему уступчивая татарстанская элита, под огнем внутренней критики сдававшая все атрибуты былого суверенитета, вдруг взбунтовалась, необходимо уяснить внутренний механизм взаимоотношений между красным Кремлем и элитами наиболее сильных национальных республик, выработанный в первоначальные годы президентства Владимира Путина.

Основа этого негласного договора вот в чем: "мы (сильные национальные республики) вам (федеральному центру) — политическую лояльность в виде высоких результатов на выборах и политическую стабильность на вверенной нам территории. Соответственно федеральный центр за это оставляет национальным республикам некоторую экономическую самостоятельность и некое пространство для политического маневра, особенно в том, что касается проведения национальной политики". "Пространство для маневра" с каждым годом сжималось всё сильнее и сильнее — аккурат как шагреневая кожа, на что Татарстан, даже будучи лидирующей национальной республикой в РФ, предпочитал не отвечать, всё больше замыкаясь в себе. Но события прошлого года с непродлением Договора о разграничении полномочий между Татарстаном и Россией, а затем и "языковым противостоянием" показали, что данный негласный уговор фактически аннулирован. И вот вчера мы, наконец, смогли наблюдать первые, уже явные ростки недовольства, так как теперь даже совершенно инфантильному зрителю всего этого политического действа понятно, что Татарстану и другим национальным республикам (которые еще хоть на что-то претендуют) отступать уже некуда. Окончательное решение языкового вопроса — это последний рубеж, потеряв который можно напрямую приступить уже к тотальной губернизации страны с отменой национальных автономий, с полной ликвидацией всякого намёка на субъектность народов РФ. (И уж какие тут родные языки!)

СМОТРИТЕ И ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Айрат Файзрахманов — об отчаянии, Всемирном конгрессе татар и Минтимере Шаймиеве

​Теперь пас на стороне федерального центра. Какова будет его реакция — это пока под вопросом. Хотя, учитывая накал страстей, теперь есть реальный шанс того, что данный законопроект, по которому родные языки перестают быть обязательным предметом, будет отозван. Но тенденция-то всё равно остаётся, и на чем будет базироваться новый негласный договор между регионами и Москвой — этот вопрос пока остается открытым.

Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в рубрике "Мнения", может не совпадать с позицией редакции.

Споры вокруг обязательного преподавания татарского языка в школах РТ разгорелись с новой силой после высказывания Владимира Путина о недопустимости принудительного обучения неродным языкам. Активисты, выступающие против обязательных уроков татарского, жаловались на то, что их дети не получают полный объём уроков русского языка. Активисты, выступающие за обязательные уроки татарского, утверждают, что государственными языками Татарстана являются татарский и русский языки, а значит оба этих языка —​ как государственные —​ должны преподаваться в равных объёмах. 29 ноября 2017 года Госсовет РТ принял решение об отмене обязательности уроков татарского. Теперь, чтобы в Татарстане изучать татарский, родители учеников должны писать заявления.​

Подписывайтесь на наш канал в Telegram. Говорим о том, о чем другие вынуждены молчать.

Ваше мнение

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG