Ссылки для упрощенного доступа

Ирек Муртазин: "Надежды на честные выборы в Татарстане очень мало"


Специальный корреспондент "Новой Газеты", а в прошлом пресс-секретарь первого президента Татарстана Ирек Муртазин, которого Верховный суд республики снял сегодня с выборов депутатов Госдумы, в беседе с корреспондентом "Idel.Реалии" рассказал о том, что "четкое указание Кремля" провести честные выборы приведет к тому, что в Татарстане "традиционно натянут проценты, но постараются это сделать максимально тихо и корректно".

Муртазин объяснил, почему большинство оппозиционных политиков в республике давно "на крючке" и ответил на вопрос, по какой причине "Единой России" не позволят набрать меньше процентов голосов, чем на прошлых думских выборах.

– Вы достаточно давно не участвовали в выборах на территории Татарстана, да и в целом, но наверняка следили за избирательным процессом на территории республики. Какими вам казались выборы в Татарстане, когда вы жили в Москве и со стороны за ними наблюдали?

– Я не участвовал в выборах как раз потому, что у меня была неснятая судимость. Я следил за тем, что происходит в Татарстане, встречаясь с людьми, читая республиканскую прессу и посещая Казань, и могу сказать, что возможности для оценки ситуации и отслеживания этих процессов у меня было куда больше, чем у Владимира Ильича Ленина, который следил за событиями в России, находясь за пределами страны.

Могу сказать, что мне обидно за Татарстан. Он окончательно превратился в республику-попрошайку. Скорее, все-таки не так. Не Татарстан, а Казань превратилась в город-попрошайку, который полностью зависит от подачек федерального и регионального бюджетов. Хотя Казань – город с абсолютно самодостаточным потенциалом, но политика городских властей привела к тому, что город живет совершенно не по доходам.

Казань превратилась в город-наркоман, которому постоянно нужна денежная доза

Все, что понастроили к тысячелетию, Универсиаде, Чемпионату мира по водным видам спорта – все это необходимо еще содержать, что стоит огромных денег. Я не знаю, как Казань будет выкручиваться из этой ситуации, потому что она фактически превратилась в город-наркоман, которому постоянно нужна денежная доза. Как только возникает проблема с бюджетными траншами, начинается ломка.

Самое грустное, что все происходит потому, что в Татарстане вытоптано политическое поле и нет политической конкуренции. Грустно и печально, что в республике все это привело к тому, что денег нет, а политика задавила экономику.

– Татарстан все-таки один из лидеров по многим показателям среди других российских субъектов. Однако республика практически на всех выборах становится известна либо благодаря фальсификациям, либо благодаря огромному проценту действующей власти или конкретных политиков. Для чего тогда Татарстан так себя подставляет на федеральном уровне, попадая в сводки о массовых нарушениях на выборах?

– Если не будет фальсификаций, реальный процент "Единой России" в Татарстане – от 35 до 45%. Это реальные цифры. Но с таким процентом республика станет будничным российским регионом, поэтому трудно будет объяснить, почему Татарстан надо кормить куда большими финансовыми потоками из федерального бюджета.

– А разве приятно руководству Татарстана быть на одном уровне в плане чистоты избирательного процесса с Чечней и Дагестаном?

– Проблема в том, что однажды была задана планка, опускаться ниже которой – значит говорить о том, что стало меньше стабильности. Если на выборах в Госдуму в 2011 году у "Единой России" было больше 70%, а на этих выборах будет 40%, то получается, что авторитет власти упал больше, чем на 30%. Это же так будет выглядеть.

– Власти же могут сделать ход конем – провести честные выборы и показать всей России, что Татарстан стал одним из первых российских регионов по этому показателю…

– Если рассуждать рационально, то да, все правильно. Но с точки зрения бюрократической логики эта точка зрения не имеет право на существование, потому что критерий тут один – в 2011 году более 70% населения поддержали "Единую Россию", значит, и сегодня эта планка не может быть ниже. Потому что ее снижение будет означать снижение поддержки власти.

Они сами загнали себя в такую ловушку, не понимая, что бешеные проценты по итогам голосования ровно ни о чем не говорят. Тот же Саддам Хусейн за полгода до вторжения войск США на выборах получил 98%, но в начале боевых действий армия его предала, а народ не стал его защищать.

– Вы сказали, что в Татарстане вытоптано политическое поле. Помимо того, что его, собственно, вытаптывали, есть и другой фактор – другие партии и региональные политики сами из себя практически ничего не представляют.

– Вы посмотрите, кого допускают заниматься политикой? Все те, кто есть на данный момент, на крючке. Любой политик, который может себе позволить хоть кого-то критиковать, на крючке у власти.

– Вы тоже?

– Я – нет. Я не в Татарстане занимаюсь политикой.

– Вы же идете на выборы в Татарстане.

– Все события, которые последовали после моего выдвижения, говорят о том, что власть этого испугалась. Появление политической конкуренции в виде моего выдвижениясильно встревожило власть имущих, и я подозреваю, что инициатором сегодняшнего судебного заседания стала не Рушания Бильгильдеева, поскольку она не самостоятельный игрок. Ей доверили замочить меня и подать в суд. Это говорит о серьезной панике во властных коридорах.

Я уверен, что если бы у меня было столько же грехов, сколько у некоторых кандидатов, меня бы давно закрыли лет на 10-12. Я также заметил, что у всех наших так называемых оппозиционеров абсолютно безадресная критика. Вы сидите в Госсовете, у вас целая фракция, так называйте конкретные имена чиновников. Скажите, что директор такого-то предприятия Иван Иванович Иванов на 20% завышает тарифы. Назначьте депутатскую комиссию, проверьте. Чего вы там сидите, геморрой насиживаете? У них такая абстрактная критика – она в Татарстане разрешена, а вот переход на персоналии карается уголовными сроками, как и случилось со мной.

– Но с другой стороны вас освободили условно-досрочно.

– Досрочно выпустили только потому, что вмешалась Москва. Меня признали политическим заключенным, постоянно шло полоскание Татарстана в том же Европарламенте. В Лондоне, Париже и Праге постоянно говорили о том, что в Татарстане отбывает наказание политический заключенный Ирек Муртазин.

– После прихода на пост председателя ЦИК России Эллы Памфиловой стало заметно, что российская власть на этих выборах не хочет повторения событий зимы 2011-2012 годов и попытается сделать так, чтобы выборы прошли без крупных скандалов. Как вы считаете, Татарстан может на это клюнуть и провести выборы относительно честно?

– Я не скажу за весь Татарстан, но в Приволжском одномандатном округе у Экзама Губайдуллина нет ни единого мотива провести честные выборы хотя бы потому, что он был свидетелем обвинения по моему уголовному делу. Это исторический факт, никуда от него не деться. Плюс есть все признаки того, что Татарстан активно готовится к противодействию честным выборам. Даже хотя бы тот факт, что инструктируют членов избирательных комиссий, говоря о том, что по закону нельзя выгонять наблюдателей, для этого должно быть решение суда. Но если они нарушают общественный порядок, члены комиссии могут пригласить полицию, которая их выгонит. То есть они фактически дают подсказку, как выгонять наблюдателей.

Надежды на честные выборы в Татарстане очень мало. Но все прекрасно понимают, что в случае тотальных нарушений в Приволжском округе, будет большой шум.

– Но он ограничится интернетом.

– Нет, это еще будет "Новая Газета", вся либеральная тусовка. В "Новой Газете" будет серьезный отчет о том, как проходили выборы в Татарстане…

– Вы думаете, их еще что-то останавливает?

– Да, но проблема в том, что сейчас есть четкое указание Кремля – не должно быть шума. Я думаю, что Татарстан традиционно натянет проценты, но постарается это сделать максимально тихо и корректно.

– Вы не встречались с Губайдуллиным в этой кампании?

– Зачем? Не вижу никакого смысла. Мне с ним не о чем было говорить даже тогда, когда мы оба работали в Кремле. Для меня Губайдуллин – это человек из прошлого. Это вчерашний день Татарстана. Я не хочу оглядываться назад, это пройденный этап моей жизни. Я даже с Шаймиевым не хочу встречаться. Я его понял и простил.

Я также думаю, что Рустам Минниханов вообще дистанцировался от этих выборов, от их организации. Он отдал выборы на откуп Сафарова, Метшина, глав районов и так далее. Об этом же говорит информация с закрытого совещания "Единой России", где Минниханов, как писало одно из республиканских изданий, поставил задачу провести максимально честные выборы, отметив, что в одномандатных округах, по всей видимости, партия власти может недосчитаться одного депутата. Все в тот момент, как мне стало известно, посмотрели на Фатиха Сибагатуллина…

Ваше мнение

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG