Ссылки для упрощенного доступа

Как создавался Татарстан: от Татарской Национальной Армии до штата Идель-Урал


К 100-летию Татарстана. Как появилась республика
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:05:32 0:00

Обозреватель Idel.Реалии, историк Ильнар Гарифуллин рассказывает об истории возникновения Татарской республики. Часть I. Часть II читайте здесь.

27 мая 1920 года вышел Декрет об образовании Автономной Татарской Советской Социалистической республики (АТССР). Позднее АТССР была переименована в привычное советскому уху ТАССР. Эта дата и была принята в качестве официального дня основания советской Татарии. Хотя за дату "рождения" республики можно еще посчитать и 25 июня 1920-го, когда Казанская губерния самоликвидировалась, передав все полномочия Временному ревкому АТССР. На деле, Татарстан возник не одномоментно, а процесс этот длился почти три года — с 1917-го.

ОТ НАЦИОНАЛЬНО-КУЛЬТУРНОЙ АВТОНОМИИ К РЕСПУБЛИКЕ

Идея о необходимости учреждения территориальной автономии в форме штата возникла в 1917 году — вскоре после Февральской революции. Впервые она была озвучена на Первом мусульманском съезде, состоявшемся в мае 1917-го в Москве. В этот период в среде татарской национальной элиты наблюдалась острая конкуренция между сторонниками территориальной автономии (штат или республика) и провозглашения национально-культурной автономии. Сторонники первого пути называли себя "туфракчылар" ("туфрак" в переводе с татарского означает "почва"). Сторонники национально-культурной автономии именовали себя "төрекчеләр" ("тюркисты").

Национально-культурная автономия подразумевает, что национальные меньшинства, не имея отдельной территориальной единицы, реализуют самоуправление в сфере образования, культуры, религии и т.д. — при этом территориальные органы власти в эти сферы не вмешиваются. Кроме того, эти этнические меньшинства имеют право на доли общих налоговых сборов государства, на которые эти структуры содержатся, а также обладают собственной политической субъектностью во взаимоотношениях с центральными властями. По сути, национально-культурные автономии брали на себя часть властных полномочий в местах компактного проживания того или иного этноса. Следует отметить, что некие прообразы структур национально-культурной автономии уже были готовы — татары, находившиеся с конца XIX века в стадии преобразования в буржуазную политическую нацию, уже имели самостоятельную систему образования, национальное книгоиздательство и типографское дело, несколько национальных театров.

Наиболее видными представителями "тюркистов" были Садри Максуди, Гаяз Исхаки, Ахмед Цаликов и др. И принятый тогда термин "милләт", который мы воспринимаем сегодня как полный аналог термина "нация", всё же отличался от европейского понимания. "Милләт" базировался на идее исламского единства и означал скорее "мусульманскую нацию". Поэтому неудивительно, что одним из видных деятелей "төрекчеләр" был осетин-мусульманин Ахмед Цаликов, лидер организации "Милли Шуро".

"Тюркисты" планировали объединить в тюрко-татарский "милләт" (т.е. общемусульманскую политическую нацию) — через экстеррриториальную автономию — не только татар, но и близкие тюркоязычные мусульманские народы, которые не имели собственной национальной буржуазии, элиты, способной оформить народ в отдельную нацию, и находились в орбите влияния татарской нации. Политические предпосылки для этого были созданы еще в начале XX века, когда буржуазная элита поволжских и кавказских (азербайджанцы) татар организовала общемусульманскую партию "Иттифак", прошедшую в свое время в Государственную Думу (правда, потом деятельность этой партии была запрещена).

Поэтому неслучайно основной базой поддержки "төрекчеләр" была татарская национальная буржуазия. Для них установление отдельных границ между национальными автономиями привело бы к затруднению экономических связей между крупным капиталом мусульманского Кавказа, Поволжья и Средней Азии. Да и бюджет национально-культурной автономии первоначально наполнялся за счет их средств. А значит, и реальные рычаги управления в будущем оставались бы у национальной буржуазии. В том числе поэтому "тюркисты" в большинстве своем являлись членами или сторонниками либеральных партий (как правило партии "кадетов").

"Туфракчылар", напротив, хотели создания территориальной автономии. Первоначально лидером этой фракции был писатель, общественный деятель Галимджан Ибрагимов (в то время лидер партии татаро-башкирских левых эсеров). Ибрагимов предложил создать пять штатов: Казахстан, Кавказ, Туркестан, Идель-Урал, Крым. Эти идеи активно пропагандировались через газеты татаро-башкирских левых эсеров "Ирек" и "Безнең юл", печатавшиеся в Уфе. Социальной базой "туфракчылар" была молодая часть интеллигенции: студенты, учителя, молодые имамы, а также татарские офицеры и солдаты. Они являлись, как правило, сторонниками левых партий: левые эсеры, большевики, меньшевики-интернационалисты. "Туфракчылар" считали, что без обретения территориальной автономии в форме штата или республики реальной свободы, национального самоопределения нельзя было достичь в полной мере. К тому же, в условиях отсутствия территориальной автономии, т.е. реальной власти на местах, не было бы никаких гарантий, что интересы проживающих здесь народов, в том числе, и в земельном вопросе (что тогда было очень важно), будут учтены. Также в условиях национально-культурной автономии реальная власть оставалась бы в руках национальной буржуазии, которая формировала бюджет автономии, а значит, об идее всеобщего народовластия можно было бы тут же забыть.

Стремление к национальному самоопределению выражала не только передовая часть общества — интеллектуальная элита. К примеру, вот что пишет газета "Утро России" (номер за 9 августа 1917 года): "Некоторые татарские деревни в Уфимской губернии выносили в начале августа постановления об образовании национальных волостей". Т.е. идея обретения территориальной автономии проникла даже в души обычных сельских обывателей, которых, казалось бы, ничего кроме земельного вопроса интересовать не должно. Стремление к территориальной автономии в полной мере отражало вековые чаяния татарского народа о возвращении своей государственности.

Несмотря на политические разногласия, татарские политические лидеры смогли прийти к общему соглашению. В августе 1917 года комиссия по созыву Милли Меджлиса — Национального Парламента тюрко-татар — переехала в Уфу. После проведенных 20 ноября выборов этот Парламент начал свою работу. 29 ноября 1917 года им было принято исторически важное решение о провозглашении штата "Идель-Урал". Был объявлен конкурс на проекты нового образования, где победил проект Галимджана Шарафа — студента петербургского Политеха, депутата фракции "туфракчылар".

Он же стал председателем Коллегии по строительству этого штата. Согласно проекту в него должны были войти территории современного Татарстана, Башкортостана, Удмуртии, Оренбургской, Самарской, Ульяновской, Челябинской областей. По сути, это была федеративная республика, где предполагалась возможность для национального самоопределения сразу нескольких народов Поволжья и Урала. Татаро-башкирское население должно было составить при этом более 40% населения штата. Предполагалось, что проживающие здесь народы получат пропорциональное своей численности представительство в Парламенте штата, где при всеобщем обсуждении решались бы другие, более детальные вопросы. Проще говоря, штат Идель-Урал являлся федеративной, а не национальной республикой.

Законодательной опорой создания Штата стал Милли Меджлис (Национальный Парламент). Военной опорой служили части "Хәрби Шуро", прообраз "Татарской Национальной Армии".

Однако между "туфракчылар" и "тюркистами" произошел раскол — на почве отношения к Октябрьской революции. "Туфракчылар" не только не приветствовали революцию, но и провозгласили, что штат станет частью Российской Федеративной Советской Республики (т.е. опирались на советскую власть). Этому воспротивилась либеральная часть Национального Парламента, которая не приемлила большевиков. Драгоценное время было упущено: период между ноябрем 1917-го и январем 1918 года был самым подходящим временем для провозглашения штата Идель-Урал. У татар на тот момент имелся не только свой проект автономии, но и все необходимые атрибуты: Парламент и Национальное Правительство под лидерством Садри Максуди, структуры на местах, собственный бюджет ("Милли хәзинә"), который еще до провозглашения штата составлял 1 млн руб., вооруженные силы в виде частей Хәрби Шуро. На тот момент кроме Хәрби Шуро на всем географическом пространстве от Волги до Урала не было других боеспособных военных частей, которые могли бы хотя бы теоретически противостоять провозглашению штата.

Галимджан Шараф
Галимджан Шараф


Идеологический раскол усугубился недопониманием между различными политическими лидерами и в результате официально провозглашенный 1 марта 1918 года штат Идель-Урал (или Идель-Уральская республика) так и не заработала в полную силу. А через месяц его органы были разогнаны. Затем татарские большевики и левые эсеры разработали уже другой проект — "Татаро-Башкирской республики".

Тем не менее, штат Идель-Урал был первой попыткой не просто создания территориальной автономии, а возрождения татарской государственности, мечты о которой витали в умах передовой части татарского народа на протяжении 365 лет (после захвата Казани в 1552 году).

Продолжение следует...

Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в рубрике "Мнения", не совпадает с позицией редакции.

Бойтесь равнодушия — оно убивает. Хотите сообщить новость или связаться нами? Пишите нам в WhatsApp. А еще подписывайтесь на наш канал в Telegram.

  • 16x9 Image

    ильнар гарифуллин

    Политический обозреватель "Idel.Реалии". Историк, политолог, кандидат исторических наук. Специалист по вопросам государственной национальной политики и национальных движений. Анализирует события в республиках Башкортостан и Татарстан. Исследует исторические процессы, затрагивавшие в недавнем прошлом население России и Волго-Уральского региона.  

Комментарии (30)

Комментирование закрыто. Если вы хотите оставить комментарий к этой статье, напишите нам на idelreal@rferl.org

XS
SM
MD
LG