Ссылки для упрощенного доступа

"Власть очень агрессивно вела себя против мирного народа"


23 января 2021 года в Казани

По подсчетам правозащитников, на субботней акции протеста в Казани больше сотни человек оказались в полицейских камерах и в изоляторе временного содержания. В воскресенье, 24 января, Вахитовский райсуд начал рассмотрение административных дел. Силовики вменили задержанным организацию несогласованного шествия, но суд переквалифицировал обвинение на более мягкое — участие в несогласованном шествии. Практически всем, чьи дела успели рассмотреть, назначены штрафы в 10 тысяч рублей. В понедельник, 25 января, суды продолжаются. "Idel.Реалии" поговорили с теми, кто в минувшие выходные оказался в автозаке, а также с их родственниками.

Диляраее сына Тимура задержали в начале акции; к утру понедельника, 25 января, он остается под стражей.

— У меня информации немного. Его задерживали довольно жестко, повредили плечо, хотя он не оказывал сопротивления. Вначале его увезли в отдел полиции "Гвардейский", потом туда вызывали скорую, потому что у него болело плечо. Его под конвоем увезли в больницу, потом привезли обратно. Я вообще не могла понять, где он. Мне сказали, что его повезли в ИВС на Карла Маркса. Я звонила туда. Там сказали, что его нет. Опять звонила в "Гвардейский", но там сообщили, что его уже отправили в Дербышки.

Довольно долго я не могла его найти, пока он сам мне не позвонил. Мы разговаривали одну-две минуты. Он сказал, что он на Карла Маркса в ИВС.

Я знаю, что многие столкнулись с такой проблемой, что не могли найти своих родственников, друзей, знакомых. Им давали совершенно ложную информацию. Люди ночью ездили по разным отделам полиции и искали своих родственников, хотя вроде бы не так сложно сказать, здесь человек или нет. Даже когда людям говорили, что человек здесь, они уже не верили, потому что было столько вранья.

Диляполицейские задержали ее молодого человека; к понедельнику, 25 января, он остается под стражей.

— Он мой самый близкий человек. Его зовут Валерий. Задержали его на Баумана, около часов в 14:00-14:15. Я была рядом с ним. Мы перешли через пешеходный переход от "Кольца" и направлялись в сторону Баумана. Там было перекрыто. Мы спросили у полицейских, когда можно будет пройти на Баумана. Нам сказали: "Подождите, через полчаса".

Меня не впустили к нему в автозак, хотя я стучалась и спрашивала, куда его увезут, где мне его искать

Буквально через 10 минут к нам подошли люди в зеленой форме. Они спросили, что мы тут делаем. Мы сказали, что ждем, когда откроют Баумана. Они сказали: "Сегодня не откроют, идите в обход". Мы начали спрашивать, до какого места идти и как пройти к Баумана сейчас. На это один из сотрудников проявил агрессию, сказал: "Все, мы вас забираем". Двое его коллег сказали: "Подожди, тут нет мотива, они не кричат". Они между собой немного поспорили, но верх взял самый жестокий. Те двое, что были с ним не согласны, просто отошли в сторону.

У нас в планах не было пойти на митинг, идти в толпе с плакатами, кричать. Нет. Мы оказались там случайно. Мы хотели прогуляться. Его задержали, а я бежала за ним до самого автозака. Меня не забрали почему-то, а его забрали. Меня не впустили к нему в автозак, хотя я стучалась и спрашивала, куда его увезут, где мне его искать, за что вообще его забрали. Все это было просто проигнорировано.

Я искала его несколько часов. Съездила в 16-ый отдел полиции, в 12-ый. Звонила по всем справочным. Мне говорили: "У нас его нет". В этих справочных, когда я говорила, что его забрали в центре около Баумана, либо аккуратно клали трубку, либо мягко отправляли на три буквы. На связь он вышел, когда я ехала уже в третий отдел полиции — "Вишневский". Он оказался именно там. Я позвонила по номеру в отдел. Мне сказали, что с ним все в порядке. Я попросила передать ему, что я здесь, жду, мне нужно его увидеть.

В итоге меня три раза выгоняли из отдела. Я говорила, что не уйду. Я знаю очень много историй, когда парней избивали в отделах. Я бы не хотела, чтобы он оказался в такой ситуации. Около девяти вечера меня хотели вывести. Я сказала, что напишу заявление. Пока это заявление оформляли, я задержалась еще минут на 40. Перед моим уходом его и еще троих человек вывели, посадили в машину и увезли якобы в суд. Я поехала в этот суд, но там было закрыто.

После обеда в понедельник я его заберу, потому что задерживать дольше чем на 48 часов не имеют прав

В отделе мне теперь говорили, что не знают где он, суд был закрыт. После этого я позвонила юристу. Он сказал, что, скорее всего, их повезли на Карла Макса, 21. Я звонила и туда. Мне говорили, что его и там нет. Около полуночи он сам мне позвонил. Сказал, что его привезли на Карла Маркса, что с утра должен быть суд и его отпустят со штрафом. Этого не произошло.

Он позвонил еще раз вечером в воскресенье. Про суд ему сказали, что в понедельник заседания, скорее всего, не будет, до него не дойдет очередь. Я сказала, что мне все равно на их очередь. После обеда в понедельник я его заберу, потому что задерживать дольше чем на 48 часов не имеют права, тем более он ничего не нарушал, я была свидетелем. Оставлять его на третьи сутки в местах, где лежали какие-то заключенные, я не хочу.

Я и так не имею уважения к органам полиции, но после этой ситуации — когда человека задержали просто так, не представились, не сказали, в чем причины, куда везут, ты не знаешь где он и как — у меня пропало желание вообще с ними общаться и обращаться к ним в случае надобности. Я не вижу в этом даже смысла. Они не борются за права человека, они не поступают по закону, они выполняют "приказ сверху".

Романбыл задержан на площади Свободы во время шествия; сообщил об избиении в отделе полиции.

— Меня и других в автозаке привезли в отдел полиции "Гвардейский". Там нас встретил очень добрый с виду дядя-полицейский — довольно толстый, со вторым подбородком. Он мило со всеми общался и говорил, что скоро всех отпустят, долго не просидим.

Он вышел из комнаты, а тот добрый полицейский резко стал злым

Сначала наши вещи вытащили полицейские, описали все. Обстановка была спокойной и доброжелательной. Потом нас завели всех в клетку и по очереди вызывали на допрос в комнату. Там расспрашивали, при каких обстоятельствах задержали.

Когда я зашел в комнату, мои руки были в карманах джинс. Сами карманы были пустыми — при осмотре вещей мы все из них достали. Полицейский-дознаватель был не в форме, а в обычной гражданской одежде. Очень худой полицейский обратил внимание на мои руки в карманах, спросил, что в карманах. Я сказал, что ничего нет. Он уточнил еще раз, а я в ответ предложил ему проверить. Тогда он вышел из комнаты, а тот добрый полицейский резко стал злым.

Теперь уже он подошел ко мне и сказал: "****** [оскорбительное наименование людей с нетрадиционной сексуальной ориентацией], с вами тут по хорошему хотят, а вы ************ [выпендриваетесь]". Он замахнулся и ударил меня по щеке. Я отшатнулся, испугался и промолчал. Дальше он сказал: "Встал нормально, сука, и не ********** [выпендривайся] тут".

Тогда вернулся дознаватель. Он посмотрел на мою куртку и сказал, что ему не нравятся торчащие веревки. Это горнолыжная куртка, там шнурки тянущиеся, которые не снимаются. Дознаватель достал нож и разрезал эти шнурки. Испортил мне куртку. Дальше он слабо ударил меня в живот кулаком и спросил, есть ли при мне что-то запрещенное. Сказал, что нет. Позже он еще раз ударил меня в живот. Потом я отказался от показаний.


Дмитрийзадержанный; в воскресенье, 24 января, получил штраф за участие в шествии.

— Я решил выйти в поддержку Алексея Навального, против произвола полиции и ОМОНа. Меня задержали в 15:30 на перекрестке, где парк Черное озеро и улица Кремлевская. Ко мне подбежали сзади, поставили на колени на снег. Так же задержали пять человек. Нас продержали на снегу 5-10 минут и после этого повели в автозак. Там нас было человек 12-16. В автозаке были даже бабушки. Одной из них стало плохо. Ее все-таки вывели и, видимо, отпустили.

Нам не предоставили ни еды, ни питьевой воды. Мы пили из под крана в туалете

Нас отвезли в отдел полиции "Вишневский". Нам участковый посоветовал говорить, что мы не причастны к митингу и просто гуляли, но это не играло уже никакой роли, нас бы все равно не выпустили. Где-то около шести часов у нас отобрали вещи и завели в камеры. Лично у меня в камере было четыре человека, в некоторых было вообще по семь человек. Все камеры были переполнены. Только спустя четыре часа к нам зашел прокурор и начали составлять протоколы по статье 20.2. Нас продержали до утра.

Утром нам сказали подписывать заявления о том, что мы готовы провести суд по видео-конференции. Если бы мы не подписали, нас бы еще день там продержали. Я так понял, что всем нарисовали одну статью и штраф. Уже сил не было там находиться. Нам не предоставили ни еды, ни питьевой воды. Мы пили из под крана в туалете.

Суд шел по ноутбуку. Там была свободная камера, я стоял просто перед ноутбуком. Я представился перед судьей, он сказал, в чем меня обвинили. Дальше судья попросил предоставить объяснения. Я сказал, что все подробно написано в протоколе. Потом судья ушел выносить решение. Ему на это понадобилось буквально 30 секунд. Он выключил камеру, снова ее включил и сказал о назначении штрафа в размере 10 тысяч рублей. Дальше нам выдали вещи и мы остались дожидаться, когда приедут наши паспорта обратно в отдел полиции. Где-то в три часа я вышел и поехал домой.

Все, что я увидел своими глазами — а я первый раз был на митинге — что власти не собирается прислушиваться к народу

С решением суда я, конечно, не согласен. Буду его обжаловать. Десять тысяч для меня как для студента большая сумма. У меня нет этих денег, чтобы оплатить штраф. В целом, все, что я увидел своими глазами — а я первый раз был на митинге — что власти не собирается прислушиваться к народу. Власть очень агрессивно вела себя против мирного народа. Это недовольство особенно к сотрудникам Росгвардии и ОМОНа. Им было неважно, кого задерживать — бабушек, молодых, детей.


Борисзадержанный; в воскресенье, 24 января, получил штраф за участие в шествии.

— Когда стало известно, что будут митинги после задержания Навального, у меня не стояло выбора идти или не идти. Я посмотрел на это беззаконие, которое происходит с Навальным; как проходил выездной суд, который был сильно похож на НКВДшные тройки 1937 года. Конечно же, на меня повлияло и расследование Навального про этот огромный дворец, который просто поражает своей излишней роскошью. Я понял, что обязан выйти.

Так получилось, что меня задержали практически в самом начале. Это происходило у часов на Баумана, рядом с подземным переходом. Рядом со мной стоял парень. Он достал и начал разворачивать довольно большой баннер в цветах российского флага. Этот баннер частично попал в руки мне и еще одного человека. Когда баннер развернули полностью, почти сразу же полицейские в зеленой форме и черных шлемах задержали нас. Меня положили лицом в землю, заломили руки, но я не сопротивлялся.

Нам не говорили, почему и за что именно нас задержали. Лично я увидел объяснение только в протокол

Меня повели не то, чтобы в автозак. Это был полицейский автобус. Там всех попросили сдать телефоны и назвать свои данные — фамилию, имя и отчество. Все телефоны сложили в файлы и подписали. Я тогда оказался без связи, как и остальные задержанные. Рядом со мной сидел парень, который говорил полицейским, что при изъятии телефонов должны присутствовать понятые. Полицейские ответили ему, что на это сейчас нет времени.

После того, как у нас забрали телефоны, мы поехали. Потом полицейские начали спрашивать и записывать, кто мы и откуда. Позже нам вернули телефоны, сказали разблокировать их и набрать *#06#. Это комбинация для получения номера IMEI. У них в протоколе помимо марки, цвета телефона был записан еще IMEI. Они говорили, что это нужно для того, чтобы вернуть телефон. Понятное дело, вернуть телефоны можно и без записи IMEI. Там было довольно четко расписано, у кого какой телефон. Нас всего в автобусе было восемь человек, которые впоследствии и оказались в отделе полиции. Мне кажется, с помощью IMEI легче отследить телефон. Это лично мое мнение.

Полицейские не представлялись от момента задержания до суда. Никто не показывал своих удостоверений и не называл имен. Нас привезли около 16:00 в отдел полиции "Московский". Из полицейского автобуса всех выводили по одному и сажали в актовый зал. Нам не говорили, почему и за что именно нас задержали. Лично я увидел объяснение только в протоколе. Там было написано, что я выкрикивал лозунги за Алексея Навального, имел агитационные материалы за Алексея Навального, призывал остальных выходить на улицы, зная, что это несанкционированный митинг. Там было написано, что я использовал средства видео-, фото- и звукозаписи, чтобы потом распространять это в интернете. В общем, такой типичный противоправный набор.

Один из сотрудников полиции сказал, что у них есть "приказ сверху" всех сажать и неважно, сколько будет мест

Я написал в протоколе, что полностью не согласен с изложенным. Протоколы были одинаковые у всех, менялись только личные данные. Я обсудил это с другими задержанными. Копию этого протокола я не попросил, потому что не знал, не понимал, что это можно сделать. У меня не было адвоката.

После нас отправили в камеры. Всего в отделе, как я понял, было три камеры — каждая на три человека. Кровати были очень жесткими, со сглаженными углами. На них было трудно спать. Окно в камере было матовым. Из него даже солнца не было видно. Нам повезло, у нас камеры не были переполнены. С утра нам дали еду — гречку с сосиской. Только тогда мы смогли поесть. 23-го числа вообще ничего есть не давали, мы могли только воду из крана пить.

Позже, когда мы вышли из камеры, один из сотрудников полиции сказал, что у них есть "приказ сверху" всех сажать и неважно, сколько будет мест. Он сказал, если бы мы буянили, он мог бы нас избить и сказать, что нас такими привезли. Он был в отделе полиции ночью, а с утра стоял уже не в форме, собирался уходить, видимо. Спасибо, что напоследок он сказал нам об этом. Еще он дал совет говорить, что мы люди совершенно случайные и не собирались участвовать в митинге.

Суд проходил в отдельной комнате. Там стоял ноутбук. Нас выводили по очереди. Судья зачитывала, что нам вменяется, говорила о правах. Нам всем вменили статью 20.2 часть 5 за участие. Адвоката у нас не было. Я получил штраф в 10 тысяч рублей. После суда я забрал свои вещи и пошел домой.

По итогу всех событий могу сказать, что произошла невероятная несправедливость. Я в воскресенье должен был работать, а не находиться в камере. Четверых человек из тех восьми, что были в отделе, задержали случайно. Кто-то шел на работу, кто-то на учебу. Они довольно сильно возмутились ситуацией и сказали, что в следующий раз выйдут на митинг намеренно.

  • 23 января в десятках городов России были задержаны более 3,5 тысяч участников не согласованных с властями акций протеста в поддержку находящегося под стражей оппозиционера Алексея Навального. Власти не приводят официальных цифр задержанных.
  • Всего протесты состоялись более чем в 100 городах России. Общее число принявших в них участие, по оценкам, более 100 тысяч человек. Самые масштабные протесты прошли в Петербурге и Москве, где на улицы вышли десятки тысяч человек. В Москве, по различным оценкам, от 20 до 40 тысяч.
  • Митинги также прошли в городах Поволжья — Чебоксарах, Казани, Набережных Челнах, Альметьевске, Ижевске, Нижнем Новгороде, Ульяновске, Самаре, Саратове, Пензе, Кирове, Перми, Оренбурге.
  • Протестующие требовали освобождения Алексея Навального, а также в резкой форме выражали несогласие с правлением Владимира Путина и его политикой. Подробности читайте и смотрите здесь.

Хотите сообщить новость или связаться нами? Пишите нам в WhatsApp. А еще подписывайтесь на наш канал в Telegram.

Комментарии (10)

Комментирование закрыто. Если вы хотите оставить комментарий к этой статье, напишите нам на idelreal@rferl.org
XS
SM
MD
LG