Ссылки для упрощенного доступа

"Лежать, мордой в снег". Три истории задержания в Казани


31 января в Казани

Ночью 2 февраля полиция в Москве и Санкт-Петербурге с использованием дубинок и электрошокеров разогнала выступающих против назначения уголовного срока оппозиционному политику Алексею Навальному. Митинги в его поддержку проходили по стране в последние две недели. До вчерашнего дня самыми жестокими стали разгоны протестующих 31 января. В Казани тогда задержали более 350 человек. "Idel.Реалии" поговорили с тремя девушками, которые оказались в гуще этих событий.

Двое из опрошенных "Idel.Реалии" попросили изменить их имена — боятся потерять работу. Обоснованный страх во времена, когда людей избивают дубинками за выражение собственного мнения. Жестокость силовиков поражает воображение. На последнем всероссийском протесте в минувшее воскресенье, 31 января, в руках полицейских оказались более пяти тысяч человек по всей стране. В Казани — более 350 человек. Самые жестокие задержания прошли на улицах Лево-Булочная и Баумана. Екатерина (имя изменено) была одной из тех, кого задержали у здания Академии наук Татарстана на Баумана. В сети после протестов распространилась видео, как люди на этом участке по приказу силовиков лежали лицом в снег.

— Нас буквально с трех сторон окружили силовики и повалили в снег. В этом месте никого не били, но всем сказали: "Руку за голову, мордой в пол, не двигаться". Это цитата. По моим ощущениям, как будто готовилась спецоперация на нас. Через минут 5-10 нам разрешили сесть на корточки, но при этом сказали не двигаться. Пока мы там сидели и лежали подходили провокаторы, которые нас унижали и оскорбляли матными словами, тыкали камерой в лицо, снимали нас на видео и говорили: "Смотрите, тут одни ******* [несовершеннолетние]". Учитывая, что мне 31 год, не знаю, можно ли меня назвать так. Силовики тоже унижали и оскорбляли. Они угрожали нам: "Не двигаться, иначе побьем", — вспоминает Екатерина.


Оттуда ее и остальных задержанных повели в городские пассажирские автобусы, которые на время акции превратились в автозаки для задержанных. По словам Екатерины, вместе с ней в одном автобусе было не менее 30 человек. У всех на входе изымали телефоны. Ей удалось сохранить смартфон при себе — из-за неразберихи сотрудники полиции решили, что уже его изъяли. Благодаря этому она успела сообщить близким, что с ней произошло.

Там всего две скамейки и рассчитаны они на 4 человек от силы. Нас же было 11

Екатерину с другими задержанными повезли в отдел полиции "Московский". Там они пробыли до глубокой ночи. Против всех составили однотипные протоколы о нарушении ч.6.1 ст.20.2 КоАП РФ — Участие в несанкционированных собрании, митинге, демонстрации, шествии или пикетировании, повлекших создание помех функционированию объектов жизнеобеспечения, транспортной или социальной инфраструктуры, связи, движению пешеходов и (или) транспортных средств либо доступу граждан к жилым помещениям или объектам транспортной или социальной инфраструктуры.

— Когда почти на всех оформили протоколы, нас начали отправлять в эти ячейки — камеры. Там, где находилась я, было 11 человек в одной камере. При том, что там всего две скамейки и рассчитаны они на 4 человек от силы. Нас же было 11. Мы там сидели где-то с семи вечера. Перед тем, как нас туда посадили, у меня забрали все вещи, включая рюкзак, в котором был телефон. Мы там находились где-то до часу ночи, — рассказывает Екатерина.

Ее и еще десять девушек глубокой ночью повезли на полицейском микроавтобусе в изолятор временного содержания. К моменту их прибытиях на входе в изолятор скопилась очередь из нескольких таких же микроавтобусов. В итоге, по словам Екатерины, она провела всю ночь в неотапливаемой и непроветриваемой полицейской машине.

— Мы спрашивали про обогрев, но нам сказали, что у них мало бензина, и они не доедут, если они включат отопление. Мы говорили, что нам нечем дышать, просили что-то сделать, но нас не выпускали. Запретили выходить даже под присмотром. Нам просто пару раз открыли дверь, чтобы воздух зашел. У нас была возможность пользоваться телефонами, потому что нам вернули наши вещи, когда мы уезжали из отдела полиции. Мы пытались получить юридические консультации, звонили в "ОВД-Инфо", кажется. Водители-полицейские все слышали. После того, как мы закончили разговор, они начали над нами издеваться, говорили: "Что, Навальному своему звонили? Он будет вас сейчас освобождать? За вами сейчас придет?" Начали над нами всячески глумиться. Потом они начали нас обвинять, что мы сами виноваты, что мы дуры, чего вообще мы вышли, чего хотели, угрожали испортить нам всю жизнь, — вспоминает Екатерина.

Туалет внутри камеры, который никогда в жизни не мылся. Текущий кран, который не закрывается. Все, чтобы ты почувствовал себя никем и ничем

Она вошла в ИВС около 8 утра. По словам задержанной, там у нее взяли отпечатки пальцев. Как поясняли в "Апологии протеста", силовики вправе требовать снятия отпечатков пальцев, только если не могут установить личность человека иным способом. Если у задержанного есть при себе документ, удостоверяющий личность, он может отказаться от дактилоскопии. По словам Екатерины, когда она озвучила это сотрудникам ИВС, они ответили: "Ты что, самая умная? У нас тут все сдают отпечатки. Если ты не сдашь, мы тебя посадим в карцер".

— Это буквально были первые слова, с которыми меня встретили в этом изоляторе. Они психически заставили меня сдать отпечатки. Вытряхнули всю мою сумку, описали вещи и так далее. Поместили в камеру, как они называют это, "ячейку". Там находилось еще два человека. Это натурально тюремная камера с маленьким окошком, которое защищено решеткой и замутнено, чтобы ты ничего не видел. Туалет внутри камеры, который никогда в жизни не мылся. Текущий кран, который не закрывается. Все, чтобы ты почувствовал себя никем и ничем, — говорит задержанная.

Она провела в камере около 12 часов. После этого состоялся суд по видеоконференцсвязи. Екатерина вспоминает, что пыталась отказаться от "удаленного" заседания и требовала доставить ее в здание суда, но сотрудники изолятора ответили, что в этом случае ей придется провести в камере еще сутки. Впоследствии она согласилась на онлайн-заседание. Суд, по словам задержанной, прошел быстро. Решение было таким же, как и у большинства других — штраф в 10 тысяч рублей. После этого, около 21:00 Екатерину отпустили домой, но не вернули паспорт. Сотрудники изолятора, по ее словам, сказали забрать документ в суде.

— Я много лет слежу за разными протестными движениями; за тем, как людей задерживают. Я не первый день всю эту информацию воспринимаю, но когда я увидела, как относятся к людям внутри этих отделов полиции и изоляторов, я поняла, что у тебя нет ни малейшего права сказать о том, что твоя позиция отличается от государственной. Если какой-то протест происходит, тебе лучше из дома просто не выходить, иначе ты попадешься без причины. Были такие случаи, я была свидетелем, когда люди буквально мимо метро шли или из автобусов выходили, и их тоже вязали, потому что они оказались там, где находился ОМОН. Отношение к тебе такое, что ты хуже всех, хуже всех преступников. Даже если ты знаешь закон, у тебя есть какие-то минимальные права, ты даже их не можешь предъявить. В противном случае тебя просто называют умной и пригрозят более строгими мерами наказания, — говорит Екатерина.

Ты говоришь самому главному мужику в полиции: "Представьтесь, пожалуйста". Он отвечает: "Марат" и улыбается

Одной из таких случайных прохожих стала Полина. Ее задержали там же, у здания Академии наук Татарстана. Перед этим она была на приеме у врача. Когда вышла, узнала, что задержали молодого человека ее подруги. Полина договорилась с ней встретиться у метро. Они говорили около десяти минут. Полина уже собиралась уходить, когда со всех сторон заметила бегущих сотрудников ОМОН.

— Мы стояли, ничего не понимали, бежать смысла не было. Они нам кричали: "Лежать, мордой в снег". Ну и все, нас собрали, посадили в 74 автобус и повезли в Авиастроительный район, опорный пункт полиции №1. У меня дома остался малолетний ребенок и кошка, у которой я забыла сменить лоток. Больше суток мне не давали позвонить. Я тогда еще не знала, что муж отвез ребенка к свекрови, — рассказывает Полина.

По ее словам, в полиции задержанных фотографировали и снимали отпечатки пальцев. Она не возражала, потому что не брала с собой паспорт. Полина говорит, всем в отеделе вменили "выкрикивание лозунгов и игнорирование требований разойтись". Когда она пыталась объяснить, что не участвовала в протесте, ей отвечали: "Да-да, вы все там мимо шли".

— Никто ничего не говорит, никто не представляется. Ты говоришь самому главному мужику в полиции: "Представьтесь, пожалуйста". Он отвечает: "Марат" и улыбается. Или заходит какой-то "Эшник" в камеру и такой: "Девочки, на выход, я тут хороший полицейский". Я говорю: "Представьтесь". Он отвечает: "Я — Альберт", Я говорю: "По форме представьтесь". Он там что-то пробурчал, я даже не поняла, кто он, — вспоминает Полина.

"Я вас как отец прекрасно понимаю, но и вы войдите в мое положение". Сказал мужик, который стоял от меня за железной дверью

Полину вместе с другими задержанными отправили в изолятор временного содержания около семи вечера. По словам девушки, полицейский микроавтобус простоял в очереди примерно до часа ночи. В ИВС она также сдавала отпечатки пальцев, подтверждая тем самым свою личность. Связаться с ребенком и мужем ей все еще не позволяли.

— Я тысячу раз просила ребенку позвонить, а они очень ловко переводили тему: "А что вы нам говорите? Вот кто вас задерживал, тому и говорите". Они не виноваты, они вообще не при делах никогда, ничего не знают и всегда самые нормальные. Потом уже, когда людей начали выпускать 1 февраля, я сказала сотруднику ИВС, что у меня ребенок маленький, мне нужно позвонить, чтобы узнать он один или нет, я волнуюсь. Он ответил: "Я вас как отец прекрасно понимаю, но и вы войдите в мое положение". Сказал мужик, который стоял от меня за железной дверью и в окошко разговаривал. Не знаю как, но впоследствии он сжалился и просто провел меня к моим вещам, где был телефон. Возможно, это было запрещено, я не знаю. Я достала телефон, чтобы написать родным и ребенку, — говорит Полина.

Она отмечает, что силовики оказывали моральное давление на задержанных. По словам Полины, приходилось торговаться с сотрудниками ИВС за туалетную бумагу и часами ждать, когда ее принесут. Также ей не позволяли выпить таблетки, назначенные врачом. Она вышла из изолятора около девяти вечера со штрафом в 10 тысяч рублей по ч.5 ст.20.2 КоАП РФ (Нарушение участником публичного мероприятия установленного порядка проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования).

— Из всего этого я снова пришла к решению, которое приняла уже давно. Мне как и прежде, не до революций, не до Навального лично, хотя я очень сопереживаю ему. Я сделала вывод, что нужно уезжать. Как только у меня будет какая-то возможность хоть куда-то, в любую Грузию, в любую Черногорию, куда угодно уехать — я уеду, — говорит Полина.

Жёсткие задержания в Казани 31 января
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:06:09 0:00
Двое или трое сотрудников ОМОН, которые пытались снять меня с забора, били меня дубинками по ногам, рукам и корпусу

История Анастасии (имя изменено по просьбе спикера) несколько отличается от произошедшего с Екатериной и Полиной. Встреча с силовиками закончилась для нее множественными ушибами и переломом ребра.

— 31 января примерно в 13:00 я шла по улице Лево-Булачная. Навстречу мне побежала толпа. Под ее давлением я забежала в ближайший двор, в панике залезла на забор и замерла. Я не знала, что делать дальше. Тогда во двор зашли сотрудники ОМОН. Они пытались снять меня с забора, но я была в состоянии аффекта, не могла предпринять никаких действий. Со слов подруги, двое или трое сотрудников ОМОН, которые пытались снять меня с забора, били меня дубинками по ногам, рукам и корпусу. Я находилась в состоянии аффекта и не замечала их. В какой-то момент я отпустила руки, упала в сугроб, закрыла лицо руками, чтобы не били по лицу, — вспоминает Анастасия.

По словам девушки, когда она сама встала со снега, силовики поволокли ее в автозак. Она почувствовала и заметила гематомы на теле, когда была уже в камере отдела полиции. Впоследствии ночью ее доставили в ИВС, а на следующий день отпустили домой после суда и назначения штрафа. Когда Анастасия обратилась в больницу, врач диагностировал закрытый перелом ребра и ушибы плечевого сустава, правого бедра, поясничной области.

— Я мало, что понимаю в юридических вопросах, но я знаю, что подобные действия со стороны силовиков незаконны. У меня есть адвокаты, которые помогут подать необходимые заявления и жалобы, — говорит Анастасия.

За два дня Вахитовский райсуд Казани рассмотрел 359 административных дел по статье 20.2, говорится на портале ГАС "Правосудие". Ранее в пресс-службе суда отмечали, что самым частым наказанием для задержанных на протестах 31 января стало назначение штрафа в среднем в 10 тысяч рублей. В минувшее воскресенье жители десятков городов выходили на улицы за освобождение оппозиционного политика Алексея Навального и против действующей власти.

После протестов, во вторник, 2 февраля, Симоновский суд Москвы изменил приговор Алексею Навальному по делу "Ив Роше". В 2014 году суд назначил ему 3,5 года условного заключения с испытательным сроком на пять лет (затем его продлили еще на год) по обвинению в мошенничестве. С тех пор из Уголовного кодекса исключили статью, вмененную Навальному, а Европейский суд по правам человека признал, что этот процесс нарушил право политика на справедливое разбирательство.

Тем не менее, 29 декабря 2020 года ФСИН обратилась в суд с требованием заменить Навальному условный срок на реальный из-за пропуска дней регистрации. Часть этого срока Навальный провел на лечении и реабилитации в немецкой клинике Шарите после предполагаемого отравления боевым химическим оружием "Новичок". ФСИН потребовала отменить условный срок политика.

Навальный выступил в суде с речью, обвинив президента России Владимира Путина как в своем отравлении, так и в уголовном преследовании. Суд, в свою очередь, поддержал требования ведомства и назначил оппозиционному политику 3,5 года колонии. С учетом срока, который Навальный провел под домашним арестом во время следствия по делу "Ив Роше", ему предстоит пробыть в колонии 2 года 8 месяцев. Адвокаты политика сообщили о намерении обжаловать решение суда.

После этого на улицы российских городов вышли протестующие. Самые массовые акции прошли в Москве и Санкт-Петербурге. Там же силовики с особой жестокостью разгоняли людей, используя дубинки и электрошокеры. Еще во время процесса у здания суда задержали сотни человек. По информации "ОВД-Инфо" на утро 3 февраля, в полицейских участках оказались 1408 человек.

Хотите сообщить новость или связаться нами? Пишите нам в WhatsApp. А еще подписывайтесь на наш канал в Telegram.

  • 16x9 Image

    регина альбертова

    Журналист "Idel.Реалии". Пишет о событиях в Поволжье. Специализируется на социальных и судебных темах, освещает гражданские протесты. 

Комментарии (23)

Комментирование закрыто. Если вы хотите оставить комментарий к этой статье, напишите нам на idelreal@rferl.org
XS
SM
MD
LG