Ссылки для упрощенного доступа

"Идеологически заряженные" фильмы о голоде в Поволжье


Галина Щерба и Олег Ракшин

В 1921-1922 годах в Поволжье случился страшный голод. Виной тому были не только засуха и неурожай, но и политика большевиков. В этом году в Самаре планируется выход фильма, посвященного столетию трагических событий. Над ним работает коллектив небольшой частной студии "Самарафильм". "Idel.Реалии" поговорили с продюсером и сценаристом фильма "Победить голод" Олегом Ракшиным о его работе, о просоветских политических взглядах и о том, почему люди не хотят говорить о трагической истории.

В 1927 году в советском городе Куйбышев появилась одна из старейших студий документального кино. Спустя почти век в городе, который вернул историческое имя — Самара — документальное кино почти не снимают.

"ЭТО ПОЛНОСТЬЮ ЗАДОКУМЕНТИРОВАННАЯ ТРАГЕДИЯ"

— Олег, расскажите о студии "Самарафильм". Кто работает над фильмом "Победить голод"?

— Наша киностудия — это два человека. Режиссер фильма — моя жена, моя "боевая подруга" Галина Щерба, я — руководитель, продюсер и сценарист. Студия как юридическое лицо появилась в 2014 году, но мы с супругой в кинопроизводстве — точнее, в телепроизводстве — давно. Я с 2009 года работал в одной из продакшн-студий, которая выполняла работы для канала "Губерния" (самарский телеканал, принадлежит региону, финансируется из бюджета — "Idel.Реалии"). Галина дольше, уже лет пятнадцать в кинопроизводстве. Много где работала. Мы познакомились в одном из проектов, который делали для "Губернии". А в 2014 году решили создать свою киностудия, которую назвали сначала "Краеведофф", а потом переименовали в "Самарафильм".

— Как появилась идея создания фильма про голод в Поволжье?

— в 2016 году историк Григорий Циденков предложил нам снять фильм о работе миссии шведского Красного креста в Самаре, во время голода в Поволжье 1920-х годов. Мы разработали концепцию, придумали название, но по объективным причинам, в первую очередь — финансового характера — фильм, слава богу, не сняли.

Дело в том, что мы как жители Самары, которые занимаются историей города и края, понимаем, с каким материалом придется работать. Если вам кто-то говорит: "Я мечтаю снять фильм о голоде в Поволжье", тут два варианта. Либо человек просто не представляет, о чем идет речь, не разбирается в кинопроизводстве, либо он просто немножко не в себе.

Мы понимаем, с чем мы работаем. Это информация о массовой гибели людей, о случаях каннибализма, которые сопровождают любой голод на протяжении многовековой истории нашей страны, в которой до революции тема голода не то, чтобы замалчивалась, но изымалась из информационного поля. Говорили про "недород", а не "голод", не было никаких отчетов о случаях каннибализма в том или ином селе.

В Поволжье 1920-х годов ситуация была в корне другая. Это была другая страна, к ней было приковано самое пристальное внимание со стороны мирового сообщества. Поэтому это абсолютно полностью задокументированная трагедия. Но мы работаем не только с документами — мы берем интервью у историков. Пропускаем все через себя. Если авторы фильма не переживают материал, то зритель сразу это поймет. Именно поэтому большинство режиссеров, продюсеров-документалистов не смотрят свои фильмы. Все производство усеяно эмоциональными якорями, которые чаще всего вызывают не совсем приятные эмоции. В случае с голодом нам, авторам, нужно погрузиться в вообще не веселую историю.

Так вот. В конце прошлого года мы узнали, что Александр Архангельский с "Эха Москвы" начитает сбор средств на фильм с рабочим названием "Голод". Мы почитали информацию и поняли, что нам нужно снять свой фильм. Господин Архангельский и вся его команда — профессионалы, но они идеологически заряжены определенным образом. Чтобы у российского зрителя была какая-то альтернатива, другая точка зрения, мы решили снять свой фильм.

"Я И МОЯ ЖЕНА — ЛЮДИ СОВЕТСКИЕ"

— Вы говорите, у Архангельского есть идеологическая заряженность. А вы от идеологической заряженности свободны?

— Ни в коем случае. Мы — тоже идеологически заряженные люди. Дело в том, что кино в принципе и документальное кино в частности — это один из инструментов пропаганды. Это выражение той идеологии, которая, я бы сказал — существует в нашем государстве, но в нашем государстве идеологии нет по Конституции, есть какие-то идеологические направления, которые владеют теми или иными массами. Мы — я и моя жена — все-таки люди советские, с советским образованием и советским воспитанием. У нас свой взгляд на эти вещи.

— Учитывая то, что документальное кино, как правило, стремится к объективности — насколько ваш "идеологический заряд" может помешать сделать объективную работу?

— Моя идеологическая направленность мне не мешает, разумеется. Мой педагог по истории все время повторял о том, что история — очень точная наука. Такая же точная, как математика. На самом деле это не так. Это наиболее субъективная и идеологизированная наука. Это не плохо или хорошо, это так оно и есть. Но это очень важная наука, потому что от того, как преподают историю и как историю своей страны знают наши дети, зависит и то, как наша страна в дальнейшем будет жить. Это очевидно, на эту тему неоднократно говорили всевозможные умные люди. Задача нашей съёмочной группы и моя задача, как главного сценариста, — показать всю совокупность фактов. И хорошее, и плохое. Попытаться понять, кто был виноват — хотя ответ на этот вопрос, в принципе, есть. Как из этой трагедии выкарабкались.

Олег Ракшин в Красногорском архиве
Олег Ракшин в Красногорском архиве

"ПРОДРАЗВЕРСТКА СЫГРАЛА НЕ РЕШАЮЩУЮ РОЛЬ"

— А кто, по-вашему, виноват?

— Это не конкретный человек, не конкретная власть. Это целый ряд, совокупность проблем, которые сконцентрировались в конкретный временной промежуток. Это, конечно, крайняя отсталость сельского хозяйства, крайняя необразованность населения, дикость населения.

Есть знаменитые фотографии, где крестьяне Самарской губернии стоят на коленях перед американцами. Что это? Это стандартное поведение русского крестьянина, когда к нему приезжает барин. Неважно, американец или не американец — они падают на колени. Собственно говоря, большевики в прямом и переносном смысле поднимали с колен население. Помните: "мы не рабы, рабы не мы"?

Повлияли и погодные условия, и полностью разваленная логистика. Первая Мировая война, гражданская война, потому что территория, которую охватил голод, — это территория, по которой несколько раз проходили фронты гражданской войны. Это и саботаж: в 1920 году председатель уездного исполкома Лиза Вальц проехала по Самарскому уезду и написала письмо губернскому руководству о том, что она увидела. А увидела она ужасные вещи: на практически всех важных постах Самарской губернии находятся бывшие священники, эсеры, бывшие белогвардейские офицеры, кулаки. Естественно, идем прямой саботаж. Хлеб гниет, крестьянам не дают его. (Олег Ракшин ссылается на сборник документов "Голод в Средневолжском крае в 20-30-е годы XX века", том 1" — "Idel.Реалии")

В общем, это гигантская совокупность причин, включая продразверстку, о которой говорят. Но продразверстка была и в царской России (в декабре 1916 года было подписано постановление "О развёрстке зерновых хлебов и фуража, приобретаемых для потребностей, связанных с обороной" — "Idel.Реалии"). И она, конечно, сыграла какую-то роль, но не решающую. Здесь совокупность проблем, которые приводили к голоду.

— Вы упомянули американцев. В период голода Американская администрация помощи (ARA) была одной из организаций, которые помогали голодающим. Какая оценка гуманитарной помощи со стороны других государств будет дана в вашем фильме?

— У нас все-таки фильм будет о том, как мы победили голод. Мы победили голод не "благодаря помощи", а "в том числе благодаря помощи". Это все равно, что рассуждать о том, победили бы мы в Великой отечественной войне, если бы не было Ленд-лиза (масштабная государственная программа помощи союзникам, осуществлявшаяся США — "Idel.Реалии")? Ну конечно, победили бы. Но это все произошло бы не за четыре года, и жертв было бы больше. Та же самая ситуация и с голодом в Поволжье. У нас, по разным оценкам, голодало 30 миллионов человек. Американцы и вообще все миссии, которые помогали нам — и слава богу, что помогали! — в разное время кормили от 7 до 10 миллионов человек. Вопрос: кто кормил оставшиеся 20 миллионов человек?

Американцы тоже работали не бесплатно. Они получали зарплаты. Были случаи, когда в некоторых уездах — и в Самаре тоже — им задерживали зарплату, и американцы отказывались работать. Тогда советские граждане продавали свои пайки за деньги и отдавали деньги американцам, чтобы те начинали работать. Я ни в коем случае не хочу бросать тень на тех людей, которые приехали сюда самоотверженно помогать, но вы же прекрасно понимаете, что это совершенно разный менталитет. (Олег Ракшин ссылается на работы историка Григория Циденкова — "Idel.Реалии")

— Но ведь история, как известно, не знает сослагательного наклонения. Поэтому — насколько, на ваш взгляд, была важна помощь гуманитарных организаций и миссий?

— Конечно, она была важна. Мы не справлялись однозначно. Насколько я помню, 1921 год Владимир Ленин называл временем "великого перелома" или "великого напряжения". Страна была без материальных, моральных ресурсов. Поэтому помощь была жизненно необходима. Благодаря людям доброй воли, благодаря тому же Максиму Горькому, который написал письмо людям доброй воли, большинство государств — Швеция, Чехия, США — откликнулись и помогли нам.

"ЗАБЫТЬ ПЛОХОЕ ПРОШЛОЕ"

— Как думаете, почему в школах, на уроках истории сейчас мало изучают голод в Поволжье? В советских школах, на ваш взгляд, этому событию уделяли больше внимания?

— Это комплексная проблема. В первую очередь она проистекает из общего состояния образования. Система образования у нас никудышная стала по сравнению с тем, что было в Советском Союзе. Из нашего поколения хотели сделать универсальных образованных людей. А мы это, естественно, не понимали, как любая молодежь, в которую пихают знания. Сейчас, насколько я понимаю, государство совершенно не заинтересовано в том, чтобы общество было в принципе образованным. Зачем это нужно? Нужно, чтобы каждый человек как отдельная личность развивался в чем-то конкретном. Допустим, умел лобзиком выпиливать, и все.

Галина Щерба (режиссер) с Дмитрием Пучковым (Гоблин). Он будет читать закадровый текст.
Галина Щерба (режиссер) с Дмитрием Пучковым (Гоблин). Он будет читать закадровый текст.

"КИНО — ЭТО ДОРОГО"

— Любой, даже очень малобюджетный проект требует финансирования. Я не могу не спросить — откуда вы берете средства на съемки? Есть ли государственное финансирование, инвесторы? Или вы на свои деньги снимаете кино?

— Кино — это дорого. Неважно, документальное или игровое кино. Дело в том, что у нас в Самарской области кинопроизводства как такового нет. Кинопроизводство — это совокупный процесс. Не только когда кто-то снял фильм. Его нужно прокатать, чтобы фильм принес прибыль. У нас этого близко нет. Мы находимся в хвосте российского производства. Татарстан, Башкортостан — они на порядок в этом плане более продвинутые. Особенно Башкортостан. Я там был, мои друзья работают в киностудии "Башкортостан". То, что они делают, — это великолепно, прекрасно! У них есть своя киностудия, есть свое производство и есть целая сеть кинотеатров, которые их же продукцию и прокатывают в республике. К этому относятся очень хорошо. Выделяют средства.

Ничего подобного у нас в принципе нет. Мы, я имею в виду — киностудия "Самарафильм" — до какого-то момента была единственной частной киностудией, которая делала попытки не только снять фильм, но и прокатить эти фильмы у нас в кинотеатрах. Делали премьеры какие-то. Нам помогало и помогает командование Второй общевойсковой армии, премьеры мы делали и делаем в Окружном доме офицеров. Область нас напрямую никогда не финансировала. Все деньги у нас или собственные, или собранные с помощью краудфандинга. Буквально ходишь с протянутой рукой, просишь: "Ребят, дайте, пожалуйста, денег на такой интересный документальный проект".

Что касается фильма "Победить голод", мы пошли по тому же пути, по которому мы шли и раньше. Поехали к Дмитрию Пучкову на разведопрос, рассказали о фильме. О том, что нужны деньги на начальный съемочный этап. Где-то порядка пятисот тысяч мы попросили. Это на самом деле ни о чем: работа съемочной группы из четырех человек на три-четыре месяца. А кинохроника в Красногорском архиве стоит 6 тысяч рублей за минуту. Можно легко провести расчеты: 60 минут фильма — это 360 тысяч рублей. В этом плане мы, конечно, обделены: купили кинохронику, записали несколько интервью — и все, находимся снова в поиске средств.

— А сколько всего составляет бюджет фильма "Победить голод"?

— Где-то 1,2 миллиона. А фильм по длительности — 60 минут. Сумма смешная, на самом деле.

— Вам как-то помогают политические организации или конкретные фонды?

— С политическими организациями история такая. По идее, с учетом моей идеологической направленности, мне должна бы помочь партия КПРФ. Я был довольно наивным человеком шесть лет назад. Я думал: есть КПРФ, они имеют средства и, казалось бы, почему бы им не снимать документальные фильмы, только не в том ракурсе, "как все плохо сейчас", а говорить о том, как раньше было хорошо. Насколько я помню, у них на сайте даже раздел "видео" появился сравнительно недавно. Они этим в принципе этим не занимались.

Мне некоторое время назад, года три-четыре, удалось пообщаться с человеком, который сильно приближен к Геннадию Зюганову. Я с ним переписывался, спрашивал: "Почему не снимаете фильмы?". Он напрямую мне ничего не ответил, но пообещал помочь. Тогда это была просьба, связанная с фильмом "Время собирать цветы" о солдатах русского экспедиционного корпуса, который в Первую мировую войну воевал во Франции. Конкретно второй особый полк, часть этого корпуса, формировался у нас в Самаре. Так вот, я сказал, что мне нужно 400 тысяч. Этот человек ответил: "Без проблем, пиши письмо на имя Зюганова, тебе нужно будет его лично отнести". Я его лично отнес — и тишина. Тогда я все про "компартию" понял, и больше я к ним не обращался и никогда не обращусь. Да что КПРФ — ни одно самарское СМИ не осветило фильм "Время собирать цветы". То же было и с фильмом "Волга в огне". Сначала было обидно, потом мы уже махнули рукой.

КИНОХРОНИКА — САМАРСКАЯ ТЕМА

— Сколько фильмов всего сняла студия "Самарафильм"? Что это за фильмы?

— Семь фильмов. Мы снимали для разных заказчиков. Для Фонда Ельцина мы снимали фильм про Николая Щорса. Снимали для дома-музея Пришвина в Дунине. Если это не будет рекламой, скажу: мы — единственная в Самарской области студия, которая снимала реальные батальные сцены на полигоне с участием каскадеров. Снимали под водой с приглашенными операторами из Москвы.

Честно говоря, я уже начал выдыхаться, потому что творчество — это здорово, но любое кино — это всегда про деньги. Мы на протяжении семи лет бьемся лбом о стену безразличия. Кино в Самарской области как продукты просто не нужно. Хотя в 1927 году именно в Самаре появилась одна из старейших студий документального кино, а с 1941 года находилась Центральная студия и студия Куйбышевской кинохроники. Студия Куйбышевской кинохроники — это одна из крупнейших студий в Советском союзе. Все, что снято в период Великой отечественной войны — это снято нашими куйбышевскими операторами и режиссерами. Мы кино не производили, но кинохроника — это наша, самарская тема.

— Помимо Вас, Галины Щерба и Григория Циденкова, кто еще участвует в создании фильма?

— Уже сделали интервью с историком из Санкт-Петербурга Ильей Ратьковским. Он один из ведущих историков отечественных спецслужб. Ратьковский рассказывал о роли, которую сыграл Феликс Дзержинский в победе над голодом. Еще будет ряд историков — московские, и, возможно, один историк из Казани. Посмотрим. Закадровый текст в нашем фильме будет читать Дмитрий Пучков, он же — Гоблин.

Справка

Студия "Самарафильм" появилась в 2014 году и за время существования успела снять семь документальных лент. Одна из них — "Время собирать цветы" — была представлена французскому зрителю в "Российском центре науки и культуре в Париже" в 2019 году. Все работы Олега Ракшина и Галины Щерба доступны для просмотра на YouTube-канале студии. "Самарафильм" не получает государственного финансирования, все фильмы снимаются на собственные средства авторов и пожертвования. Фильм "Победить голод" планируют выпустить до конца 2021 года. Премьера состоится в онлайн-формате, посмотреть работу смогут все желающие.

Если ваш провайдер заблокировал наш сайт, скачайте приложение RFE/RL на свой телефон или планшет (Android здесь,iOS здесь) и, выбрав в нём русский язык, выберите Idel.Реалии. Тогда мы всегда будем доступны!

❗️А еще подписывайтесь на наш канал в Telegram.

Комментарии (7)

Комментирование закрыто. Если вы хотите оставить комментарий к этой статье, напишите нам на idelreal@rferl.org
XS
SM
MD
LG