Ссылки для упрощенного доступа

Наблюдения о наблюдателях и наблюдении. Как более тридцати лет в Самаре присматривают за выборами


Иллюстративное фото

В августе движение "Голос" стало первым в списке иностранных агентов, "общественных объединений, функционирующих без приобретения прав юридического лица" Минюста. "Голос" занимается опасным для политического режима делом — наблюдает за ходом проведения выборных кампаний и фиксирует нарушения. На сегодняшний день ситуация с независимым наблюдением в регионах России плачевная. Общественный институт, который начал формироваться более тридцати лет назад, как будто доживает свои последние дни. С чего начиналась, как развивалось и к чему пришло наблюдение за выборами в Самарской области за три десятилетия, "Idel.Реалии" вспоминали вместе с известной правозащитницей, одним из ключевых координаторов ассоциации "Голос" и, как ее порой называют, "бабушкой самарской демократии" Людмилой Кузьминой. Открытым остался вопрос, будет ли эта кампания для независимого наблюдения последней.

ПЕРВЫЕ ПОЛУДЕМОКРАТИЧЕСКИЕ

Институт общественного наблюдения за выборами начал формироваться в 1989 году. Тогда, во времена Перестройки, прошли первые частично свободные или, как говорит Людмила Кузьмина, "полудемократические" выборы народных депутатов СССР, по результатам которых 87% мест (1957) заняли члены либо кандидаты в члены КПСС, а 13% (292) — беспартийные нардепы.

— Во время Перестройки формировалось новое мышление. Была демократическая платформа в КПСС, партия была расколота, шли дискуссии. Безусловно, когда объявили о выборах народных депутатов, люди с новым мышлением стали собираться вокруг беспартийных кандидатов. К кандидатам от КПСС мы, сторонники "новых" кандидатов, ходили на встречи с избирателями, спорили, задавали острые вопросы, пытались поставить в тупик. Чаще встречи происходили, конечно же, в помещениях ДК, в музее Ленина (в настоящее время — Краеведческий музей) где были залы, трибуны— рассказывает правозащитница.

Когда пришел день выборов, по воспоминаниям Людмилы Кузьминой, никакого представления о наблюдении не было — как и мыслей, что избирательные комиссии могут быть на чьей-то стороне. Но и сами члены комиссий просто вели честный подсчет. Не из-за демократических взглядов — тогда просто не существовало понимания, что выборы вообще можно фальсифицировать, ведь долгое время в бюллетенях советские граждане видели по одному кандидату. Не было конкуренции — не было необходимости считать голоса нечестным образом.

ПОЛИТИКА НАЧИНАЕТСЯ С НАБЛЮДЕНИЯ

У истоков самарского наблюдения за выборами стояли люди, с чьими именами была связана политическая история региона следующих двадцати-тридцати лет. В конце 1980-х все они входили в так называемое "демократическое движение". Возвращение Самаре исторического имени и одна из первых в России "декоммунизаций" — хотя тогда этого слова еще не было в обиходе — связана в том числе с ними.

Из актива первых дискуссионных площадок, которые проводились на базе "Политкнижки" — так называли Куйбышевскую городскую библиотеку политической книги — вышли многие сегодняшние политики и крупные бизнесмены. Известный в России оппозиционный политик, кандидат юридических наук Марк Фейгин, совладелец холдинга "Техоборонпром" Алексей Леушкин, первый полномочный представитель президента Бориса Ельцина Юрий Бородулин, правозащитник, президент фонда "Самара XXI век" Юрий Никишин и многие другие, в их числе — первые депутаты городского совета, где было 200 человек .И сама Людмила Кузьмина, которая в тот момент была директором "Политкнижки".

Людмила Кузьмина (слева)
Людмила Кузьмина (слева)

И когда в 1989 году в стране решили устроить более-менее конкурентные выборы нардепов, лидерами наблюдательского движения стали эти же люди. В первые годы у них не было каких-либо инструкций и регламентов, но и закон не был суров: любой человек мог зайти на избирательный участок и находиться там в течение всего дня, а также наблюдать за подсчетом. Правда, при этом даже копии протоколов тогда не выдавали.

В 1991 году Самаре вернули историческое имя. Общественная кампания длилась три года. После того, как соответствующий указ был подписан, Людмилу Кузьмину начали вызывать в еще существовавшую КПСС. Правозащитница вспоминает, что на нее писали жалобы, будто она "устроила в библиотеке притон неформалов". В свою очередь, Кузьмина продолжала стоять на своем: библиотека — это общественное пространство, которое должно быть доступно всем людям.

В конце концов, в "Политкнижку" пришли сотрудники Отдела борьбы с хищениями социалистической собственности (ОБХСС). Они провели проверку и заявили, что Людмила Кузьмина похищала томики Ленина, после чего ее уволили. В конце концов, после долгих разбирательств она восстановилась в должности, но на условии, что де-факто обратно она работать не вернется.

Первые политтехнологии в Россию и в Самару в частности привезли Демократическая и Республиканская партии США к 1993 году: мобилизация активистов, работа с кандидатами, организация штабов и так далее. До этого момента активисты работали от двери к двери, устраивали дискуссии прямо на лестничных клетках. "Это была реальная жизнь, на которую мало похож сегодняшний день," — с ностальгией вспоминает Людмила Кузьмина.

ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКИЙ ЦЕНТР

В 1991 году указом президента России Олег Сысуев был назначен главой администрации города Самары. Одним из постановлений новой администрации, подписанном Сысуевым, было постановление об открытии Обществено-политического цетра в помощь развитию "гражданского общества". Общественно-политический центр (ОПЦ) — пространство, в котором создавалось и работало немало некоммерческих организаций. До этого момента у НКО, тогда их называли общественники, не было офисов, и правозащитники обратились с соответствующим предложением к главе администрации Самары Олегу Сысуеву — прогрессивному по тем временам политику.

— Два раза в неделю Сысуев собирал нас, общественников, и выслушивал наши инициативы. Нашим первым требованием стало создание дома для развития общественных организаций. И он издал указ о создании ОПЦ на Венцека, 38. Комнаты там делили по две-три организации. И я, уволенная из "Политкнижки", пришла туда консультировать их по оформлению документов, регистрации, созданию уставов — это же все было в новинку.

Людмила Кузьмина
Людмила Кузьмина

ОПЦ имел огромное значение для гражданской и политической жизни Самары. На его базе регулярно проводились дискуссии, семинары и пресс-конференции. Самые разные общественные организации — от Общества защиты прав потребителей до Национал-Большевицкой партии (в настоящее время признана экстремистской на территории РФ и ликвидирована) — получали не только помещение и возможность вести прием граждан, но и поддержку со стороны коллег-общественников.

Позже, уже в 2000-х, в ОПЦ находился и офис ассоциации "Голос-Поволжье". До момента признания иноагентом и ликвидации организация не меняла помещение.

На сегодняшний день Общественно-политический центр переименован в Дом ветеранских организаций. Здание — Доходный дом С.П. Молчанова 1900-го года постройки — много лет находится в плачевном состоянии. Независимых от власти общественных организаций в ОПЦ не осталось. Ветеранские организации, получившие там юридические адреса, мало кому известны и пользуются репутацией сугубо провластных и соглашательских структур. "Вот так и вышло, что легендарный для Самары Общественно-политический центр ушел на общественно-политическую периферию" — горько иронизирует Людмила Кузьмина.

ЧЕРНЫЙ ПИАР БЕЗ ФАЛЬСИФИКАЦИЙ

По воспоминаниям Людмилы Кузьминой, первое слабое понимание того, что за выборами необходимо наблюдать, пришло в 1991 году, когда выбирали президента РСФСР. В 1996 году уже было острое противостояние, и стало ясно, что необходимо не только наблюдение, но и понимание роли исполнительной власти и избиркомов в определении результатов голосования.

Я сама помню, как стояла на Ленинградской и раздавала листовки против Геннадия Зюганова

Тогда по всей стране прошли две мощные информационные кампании. Первая — в поддержку кандидата и действующего президента Бориса Ельцина "Голосуй, или проиграешь". В ней приняло участие огромное количество рок-звезд, звезд эстрады, кино и телевидения. Вторая — против коммуниста Геннадия Зюганова. Она проходила под слоганом "Купи еды в последний раз" и стала по сути первым примером масштабного черного пиара в России.

После крупнейшей на тот момент агитационной кампании Борис Ельцин, имевший в начале 1996 года рейтинг в 3-4%, вышел во второй тур, в котором победил с результатом в 53,82%.

Тем не менее, Людмила Кузьмина полагает, что назвать президентские выборы 1996 года сфальсифицированными нельзя.

— Я была членом участковой избирательной комиссии в тот год. Я не считаю, что итоги были сфальсифицированы, и в Самаре, и в России в целом. Скорее всего, на исход голосования оказала влияние мощная пиар-кампания. Я сама помню, как стояла на Ленинградской и раздавала листовки против Геннадия Зюганова. Потому что была искренне убеждена, что коммунисты и их председатель не должны победить.

ГОЛОС. НАЧАЛО

В 1999 году, на выборах в Госдуму, и в 2000-м, на президентских, в Самарской области уже можно было говорить о массовом наблюдении. Количество волонтеров как от независимых организаций, так и от кандидатов и партий, исчислялось тысячами. При этом наблюдать шли и молодежь, и пожилые люди, и молодые мамы — состав наблюдателей был очень разнообразным.

Не последнюю роль в активности наблюдателей в нулевых сыграло и то, что одним из кандидатов в президентской гонке был губернатор Самарской области Константин Титов, которого когда-то считали возможным преемником Бориса Ельцина наравне с губернатором Нижегородской области Борисом Немцовым. По результатам голосования Титов набрал 1,47% (1 107 269 голосов).

В том же 2000 году создается ассоциация НКО в защиту прав избирателей "Голос". Руководителем региональной общественной организации "В защиту прав избирателей Голос" становится Людмила Кузьмина. А в в 2006 году регистрируется общественный межрегиональный фонд в защиту демократических прав и свобод "Голос-Поволжье", который в 2014 году признают иностранным агентом и вносят в Реестр Минюста. Людмила Кузьмина до сегодняшнего дня представляет это движение в регионе.

В 2002 году вступает в силу федеральный закон №67 "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации", который унифицировал процедуру организации выборов, голосования, подсчета голосов и подведения итогов выборов.

В 2004 году мы в Самаре выпустили листок для наблюдателей "Выборы Путина"

"Мы работали относительно спокойно до 2004 года" — говорит Людмила Кузьмина. Тогда заканчивался первый срок президентства Владимира Путина. К этому времени партия "Единая Россия", сформировавшаяся в период работы Госдумы III созыва из нескольких политических объединений, впервые появилась в парламенте и сразу же получила 37,56% голосов. А демократические партии "Союз правых сил" и "Яблоко", поддерживавшие арестованного в 2003 году бизнесмена Михаила Ходорковского, не смогли преодолеть проходной барьер в 5%. В следующие 18 лет ни одна из этих партий больше не попадала в федеральный парламент.

— В 2004 году мы в Самаре выпустили листок для наблюдателей "Выборы Путина". Мы его так назвали, потому что уже было понятно, что это его выборы, а не выборы президента. Региональные и федеральные СМИ писали о том, зачем нам нужен Путин, известные ораторы его поддерживали. Доходило до бреда: в "Комсомольской правде" и других массовых изданиях выходили статьи астрологов, утверждавшие, что с переизбрания Путина начинается эра водолея и возрождение России как сверхдержавы.

Людмила Кузьмина
Людмила Кузьмина

Закон "Об основных гарантиях избирательных прав", на который, по словам Кузьминой, сначала "уповали наблюдатели", также получает первые поправки в 2004-м. В дальнейшем этот нормативно-правовой акт получит более полусотни поправок к 2021 году, многие из них направлены на ограничение и усложнение наблюдения. Ни одну из них Людмила Кузьмина не считает позитивной.

В 2008 году "Ассоциацию Голос", Фонд "ГОЛОС-Поволжье" еще до появления закона об иностранных агентах пытается закрыть контролирующий орган.

— Год мы вели судебные тяжбы, потому что оснований для закрытия местные суды не усматривали, но контролирующий орган этого добивался, пока ему не отказал Верховный суд России. Теперь подобного и представить невозможно, чтобы суд отказал контролирующему государственному органу, встав на защиту общественной организации. Но это произошло. Защищала в судах нас ныне всем известная правозащитная группа "Агора". Но эта история показала, что со свободой общественных объединений, в том числе и партий, будет не просто сложно. За ними началась охота. Ужесточали отчетность, усложняли регистрацию новых объединений. И теперь мы пришли к тому, что видим сегодня — по сути запрет на самоорганизацию граждан через НКО и партии, — рассказывает Кузьмина

ПЕРВАЯ САМАРСКАЯ БУРЖУАЗНАЯ РЕВОЛЮЦИЯ

Летом 2004 года в Самаре состоялись выборы городской думы, на которых впервые была сформирована городская парламентская оппозиция. Журналисты прозвали ее "Антантой". В нее входили представители финансово-промышленных групп "Волгапромгаз", "Волгабурмаш" и "СОК". Их целью было смещение с поста мэра Самары Георгия Лиманского. Чтобы это стало возможным, они провели масштабную политтехнологическую работу, сформировав подконтрольную городскую избирательную комиссию под председательством Сергея Семченко. Также они ввели в участковые комиссии своих членов с правом решающего голоса как от различных партий, так и от собраний избирателей по месту работы и месту жительства.

Это был праздник для деятельности "Голоса", за нами еще сохранялось право направлять в члены избиркомов своих сторонников, и мы активно это делали

В городе была развернута масштабная пиар-кампания, работающая на повышение явки под слоганом "Приди и выиграй". По сути, это была стимулирующая явку лотерея с розыгрышем призов, которые предоставляли вышеупомянутые группы. Позже такие лотереи запретили на федеральном уровне.

— Наблюдатели тогда были в каждой участковой комиссии, — вспоминает Людмила Кузьмина. — "Антанта" была заинтересована в высокой явке и блокировании различных "каруселей", которые были привычны команде действующего на тот момент градоначальника. И это был праздник для деятельности "Голоса", за нами еще сохранялось право направлять в члены избиркомов своих сторонников, и мы активно это делали. Мы, как и сегодня, звали людей на выборы.

Социологи тогда (в частности, центра "Социальная механика") отмечали случайный характер голосования. Тогда пришло много впервые голосующих, а также тех избирателей, которые не имели сформированной политической позиции, но хотели поучаствовать в розыгрыше автомобилей и бытовой техники. "Антанте" тогда удалось получить большинство в Самарской гордуме, но до квалифицированного большинства, которое позволило бы им изменить порядок выборов главы города в Уставе, не добрали буквально двух-трех мандатов. Идейным вдохновителем и политическим куратором "Антанты" называли совладельца группы "Волгапромгаз", вице-спикера Самарской губернской думы Олега Дьяченко.

После "Антанта" проявит себя и в выборной кампании губернатора Самарской области 2005 года, которая так и не состоится из-за отмены выборов глав субъектов федерации в России, и на выборах мэра Самары в 2006 году, успешно проведя в кресло главы города своего кандидата Виктора Тархова. Те выборные кампании уже не были безупречными с точки зрения выборного законодательства, и наблюдатели разных кандидатов фиксировали нарушения в массовом порядке.

ТРАДИЦИИ ЗЛОУПОТРЕБЛЕНИЯ ПРАВОМ

Следующая крупная избирательная кампания в Самарской области состоялась в 2010 году. Тогда "Волгапромгаз" добился выдвижения в качестве кандидата на пост мэра от "Единой России" не спикера Самарской губернской думы Виктора Сазонова, которая региональная конференция партии власти успела утвердить, а Дмитрия Азарова.

Это было злоупотребление правом, которое с тех пор стало недоброй традицией избирательных комиссий по всей стране

Параллельно с этим проходили выборы в Самарскую городскую думу и выборы органов местного самоуправления в подавляющем большинстве муниципалитетов региона. Модераторы выборной кампании от областной власти в лице вице-губернатора Самарской области Сергея Бендусова, руководителя пресс-службы губернатора Владимира Артякова Ивана Скрыльника и политтехнолога еще не попавшей в опалу группы "Никколо-М" Георгия Гамбашидзе создали условия, при которых до выборов не были допущены сотни кандидатов по всему региону. В том числе до выборов мэра Самары не были допущены действующий на тот момент спикер горумы Виталий Ильин, депутат городской думы Алексей Офицеров, депутат Самарской губернской думы Михаил Матвеев и даже будущий кандидат в президенты РФ, руководитель запрещенной в России партии "Воля" Светлана Пеунова.

— Одним из оснований для снятия десятков и сотен кандидатов с выборов было наличие в их паспортах отметок о регистрации от УФМС. Избиркомы признавали эти паспорта недействительными и на основании неполного комплекта документов отказывали в регистрации. Другим парадоксальным основанием была форма указания адреса прописки избирателей в подписных листах. Также кандидатов без судимостей снимали за отсутствие в подписных листах информации о наличии судимости. Это было злоупотребление правом, которое с тех пор стало недоброй традицией избирательных комиссий по всей стране, — констатирует Кузьмина.

НАБЛЮДАТЕЛЯМ БУКВАЛЬНО ВЫЛАМЫВАЛИ РУКИ

После длительного кризиса всплеск интереса граждан к наблюдению произошел в 2012 году. Тогда вместо Дмитрия Медведева пост президента должен был вновь занять Владимир Путин. В качестве альтернативы, которая должна была подогреть интерес избирателей к кампании, партия "Правое дело" выдвинула кандидатуру миллиардера из списка Forbes Михаила Прохорова. Поэтому среди самарских наблюдателей были в основном молодые люди, чьи профессии связана с IT-отраслью, руководством, бизнесом. Волонтерам-наблюдателям помогали все партии, за исключением "Единой России".

Те выборы, отмечает Людмила Кузьмина, отличились вопиющими случаями удаления наблюдателей и независимых членов комиссий с участков.

— Людей просто брали полицейские и выталкивали, выносили за руки-за ноги с участков. Я тогда ночью спасла двух членов комиссий с правом решающего голоса, в том числе Наталью Баранову, известную в Самаре гражданскую активистку. Женщине, бывшей членом УИК сломали руку, у нее случился нервный срыв, я возила ее в больницу. Тогда больше ста наблюдателей "Голоса" удалили с участков, у всех наблюдателей и в офисе была отключена связь, нас блокировали непрерывными сообщениями в Скайпе со всего мира.

Сохранилась видеозапись сдачи протоколов в Железнодорожной ТИК, где видно, как членов ТИК не пускают в здание, а представители УИК несут протоколы не в ТИК, а главе района. Когда представители территориальной комиссии стучались в стекла здания райадминистрации (ТИК располагается в нем), глава района требовал "перестать буйствовать" и заявлял, что "они у него в гостях". Чиновника охраняли неизвестные люди в черном камуфляже, тогда говорили, что это были охранники ЧОП известного бизнесмена О.Борисова.

"СУЛТАНАТ" МЕРКУШКИНА

Весной 2012 года главой региона назначили Николая Меркушкина. Традиции "электоральных султанатов" переместились в относительно демократическую Самарскую область. Одновременно с этим в федеральном законодательстве произошли изменения, в соответствии с которыми участковые комиссии стали формироваться не под конкретное голосование, а на постоянной основе, на пятилетний срок.

В 2013 году прошли выборы Тольяттинской городской думы, в 2014-м — выборы губернатора, на которых Николай Меркушкин набрал беспрецедентные 91,35%, выборы губернской и государственной думы.

— Политический менеджмент команды Меркушкина был незатейлив: максимальное давление на бюджетников, которые использовались как бесплатные агитаторы "Единой России" и ее кандидатов, преследование гражданских активистов и любой оппозиции. Все это позволяло показывать чудеса математики на каждой участковой избирательной комиссии. Про Меркушкина ходили анекдоты, он казался вечным, пока внезапно не кончился, — рассказывает Людмила Кузьмина.

В 2017 году Николай Меркушкин был отправлен на "повышение" — спецпредставителем президента РФ в Конгрессе финно-угорских народов. Больше его в публичной плоскости никто не видел.

ПОСЛЕДНЕЕ НЕЗАВИСИМОЕ НАБЛЮДЕНИЕ?

На сегодняшний день наблюдение в Самарской области, как и во всей России, переживает сложные времена. Как и в других регионах, независимое наблюдение пытаются подменять псевдонезависимым наблюдением от региональной Общественной палаты. "В качестве волонтеров по разнарядке привлекают бюджетников, студентов, и прочих подневольных. Наблюдать они, как правило, не умеют, да и не хотят. Их цель в другом — создать видимость общественного контроля" — поясняет Кузьмина. Это такая классическая подмена реальных объединений граждан государственными симулякрами. Технология, которая используется в авторитарных странах и называется ГОНГО, государственные номинально неправительственные объединения.

Наиболее тяжелые для наблюдателей изменения в выборном законодательстве произошли перед голосованием по поправкам к Конституции. Появилось многодневное голосование, оправданное пандемией коронавируса, голосование с использованием дополнительных форм (известное в народе как "голосование на пеньках") и другие процедуры, которые невозможно проконтролировать полностью.

Очередным ударом для движения независимых наблюдателей стало повторное признание в августе этого года движения "Голос", не имеющее юрлица, иностранным агентом.

По состоянию на 17 сентября 2021 года Самарская область, по данным проекта "Карта нарушений" "Голоса", является одним из "лидеров" по числу зафиксированных случаев в текущей кампании. Впрочем, по мнению социолога Дмитрия Лобойко, это свидетельствует не столько о картине нарушений, сколько о качестве наблюдения, которое в Самарской области остается высоким.

— Сейчас избирательные комиссии уже настолько деградировали, что документация ТИКов в Самаре сгружается прямо вместе с агитацией "Единой России" — это то, что мы видели в Промышленном районе Самары. Уже исчерпан лимит бюджетников для агитации, поэтому, видимо, приходится участвовать и комиссиям. А смешение избирательной комиссии и исполнительной власти — это однозначно уже не просто нарушение. Это преступление, — приводит пример Людмила Кузьмина.

Несмотря на то, что наблюдать и фиксировать нарушения становится сложнее, а местами даже опаснее, правозащитница утверждает, что пока такая возможность есть, смысл в общественном наблюдении остается.

— Выборы превратились в такую мутную процедуру из-за неучастия граждан, потому что гарантом легитимности и ее автором являются голосующие избиратели. И единственный способ изменить ситуацию — идти голосовать, наблюдать и показывать всю вот эту картинку. Чтобы этим занимались не горстка активистов, которую объявляют иностранными агентами уже второй раз, а широкие слои населения. В таком случае, возможно, что-то изменится, — считает она.

Если ваш провайдер заблокировал наш сайт, скачайте приложение RFE/RL на свой телефон или планшет (Android здесь, iOS здесь) и, выбрав в нём русский язык, выберите Idel.Реалии. Тогда мы всегда будем доступны!

❗️А еще подписывайтесь на наш канал в Telegram.

Комментарии (1)

Комментирование закрыто. Если вы хотите оставить комментарий к этой статье, напишите нам на idelreal@rferl.org
XS
SM
MD
LG