Ссылки для упрощенного доступа

Выдернутый из контекста. Почему о Заки Валиди теперь "забыли"


Памятник Заки Валиди в Стамбуле. Фото 2012 года

Ильнар Гарифуллин рассуждает о том, почему Ахмет-Заки Валиди оказался "не у дел".

Заки Валиди в постсоветский период истории Башкортостана стал одной из двух культовых фигур официальной идеологии

22 декабря исполнился 131 год со дня рождения основателя Башкирской Республики Ахмет-Заки Валиди. Нынешняя общественно-политическая ситуация в РБ сложилась таким образом, что незамеченный юбилей Валиди, который пришелся на 2020-й, сам по себе стал событием обсуждаемым. Подчеркну, не сам юбилей, а именно игнорирование этого юбилея. Год назад башкирские активисты требовали от Хабирова установить ему памятник в Уфе, а он, в свою очередь, через своего пресс-секретаря дал однозначный ответ: "Я вам не обещал, и ничего выполнять я не буду".

Но дело здесь не только в самом Радие Хабирове. Это событие проигнорировала вся системная башкирская интеллигенция, сплотившаяся вокруг Курултая башкир. И это весьма удивительно. В этой связи важна не сама фигура Заки Валиди (хотя и это немаловажно), а скорее восприятие её различными группами в обществе, государством, а также важно осмысление его роли в историческом процессе с точки зрения сегодняшнего дня.

Заки Валиди в постсоветский период истории Башкортостана стал одной из двух культовых фигур официальной идеологии. Культовой фигурой №1 является Салават Юлаев, именем которого в республике названы город, район, хоккейный клуб, фестивали, парки, скверы, улицы, премии, ордена и т.д. В республике должен быть свой герой, свой символ поклонения и им стал Салават Юлаев. Но всё это началось в советский период, в постсоветский лишь укрепилось. А культ Заки Валиди — это целиком и полностью продукт постсоветского периода.

Это событие проигнорировала вся системная башкирская интеллигенция, сплотившаяся вокруг Курултая башкир

Были открыты музеи, Национальная библиотека была переименована в его честь, также появились общественные премии и именные стипендии для студентов-историков. Наиболее болезненным в общественном дискурсе оказалось переименование улицы Фрунзе в Уфе в 2008 году в улицу Заки Валиди. Сделано это было мгновенно, без всякого общественного обсуждения. Переименование не приняли коммунисты, которые принципиально оставили на вывеске офиса регионального отделения КПРФ старое название улицы.

Некоторые коммунисты и русские националисты, объясняя свое негативное отношение к личности Заки Валиди, как правило, апеллируют к его возможному сотрудничеству с Третьим рейхом. В какой-то мере формально такое утверждение имеет право на жизнь, если учесть, что до 1939 года он работал в Германии (а нацисты, я напомню, пришли к власти в 1933-м). Сведения о возможных последующих появлениях этого политического деятеля в Германии иногда основываются на свидетельствах членов легиона Идель-Урал из числа ишимбайцев — земляков Заки Валиди. Даже если это и правда, не стоит придавать этому большого значения, потому как роль Заки Валиди в истории легиона Идель-Урал минимальна. Основную роль здесь сыграли абсолютно иные люди. Это члены группы Гайнана Курмашева, Муса Джалиль, некоторые представители татарской политической эмиграции. И как мы теперь знаем, они работали на перехват инициативы и подрыв изнутри легиона, в результате чего татарские военнопленные не сделали ни одного выстрела в сторону Красной Армии (в отличие от РОА генерала Власова или казачьих частей).

Назаров отправлял официальный запрос в ФСБ с просьбой ответить на вопрос о возможном сотрудничестве Валиди с немецкими властями

В конце 2009 года нынешний премьер-министр Башкортостана Андрей Назаров (тогда еще депутат Госдумы) — в период борьбы Радия Хабирова с Муртазой Рахимовым — отправлял официальный запрос в ФСБ с просьбой ответить на вопрос о возможном сотрудничестве Заки Валиди с немецкими властями. И данная служба ответила на него отрицательно, что тоже является веским основанием для нынешних защитников Ахмет-Заки Валиди. Поэтому в любом случае окончательную точку здесь должны поставить историки, когда полностью откроются архивы, связанные со Второй мировой войной. Пока же обсуждать этот вопрос довольно бессмысленно.

Татарский взгляд

Заки Валиди отмечал большую роль тюрко-татарского этнического компонента в формировании башкирского народа, а это, понятно, никак не вписывается в проповедуемый сегодня концепт максимального размежевания башкир от татар

У татарской общественности отношение к личности Заки Валиди было, в целом, нейтральным — с некоторой долей осторожной критики в адрес его политической деятельности. Ведь благодаря, в том числе, и деятельности Заки Валиди проект штата Идель-Урал, а затем и Татаро-Башкирской республики так и не был реализован. Хотя стоит отметить, что среди остальной части башкирской элиты того времени не было какого-либо единства по этому вопросу.

Настороженное отношение к личности Заки Валиди также было обусловлено тем, что в татарской политической эмиграции не без оснований считали, что Заки Валиди работал на ОГПУ (Объединённое государственное политическое управление при Совете народных комиссаров СССР). Это и политические разногласия в 1917-1918 гг. привели к тому, что писатель и политический идеолог татарского национального движения Гаяз Исхаки избегал общения с Заки Валиди, хотя оба долгие годы проживали в Турции. Но, как вспоминают родные и близкие Гаяза Исхаки, под конец жизни последнего Валиди всё-таки нашел в себе мужество пойти на примирение. Оба обнялись во дворе дома, а Гаяз Исхаки простил его. Не правда ли весьма символический сюжет? Отмечу, что в последние годы отношение к Заки Валиди, в целом, стало благоприятным, но об этом позже.

Заки Валиди как ученый и историк

Оба обнялись во дворе дома, а Гаяз Исхаки простил его

Говоря об исторической роли Заки Валиди, нельзя не упомянуть, что он был весьма способным историком. Его научная деятельность началась с выпуска первой книги "История тюрков и татар", напечатанной в типографии "Милләт", здание которой и поныне находится на улице Нариманова в Казани. Книга эта была написана на татарском языке и по сегодняшний день не теряет своей научной актуальности. Отдельных трудов по истории башкир Ахмет-Заки Валиди в тот период вообще не писал, да и вообще ею не особо интересовался.

Стоит отметить, что несмотря на всеобщее почитание башкирской интеллигенцией и, в целом, высокий профессионализм Заки Валиди и его научные концепции и взгляды — по политическим причинам — сегодня игнорируются большинством современных историков, формирующих официальный взгляд на историю башкирского народа. В частности, Заки Валиди отмечал большую роль тюрко-татарского этнического компонента в формировании башкирского народа, а это, понятно, никак не вписывается в проповедуемый сегодня концепт максимального размежевания башкир от татар.

Памятник Заки Валиди?

Что касается вопроса об установке памятника Заки Валиди в Уфе, то если подходить к этому вопросу с нейтральной точки зрения, следует признать, что требование башкирских активистов могут иметь под собой справедливые основания. Даже несмотря на то, что при нем Уфа вообще не входила в состав Башкортостана.

Его нельзя было критиковать с политических позиций — иначе это приравнивалось к клевете на всю республику и башкирский народ

Другой вопрос, кто его должен ставить — государство или частные лица. Если уж государство не в состоянии профинансировать установку памятников или, точнее сказать, обычно отмазывается (мол, денег нет), тогда пусть оно даст четкий алгоритм того, как памятник можно установить за счет частных пожертвований. Такой алгоритм в будущем коснётся не только памятника Валиди, но и памятников другим важным историческим деятелям. В конце концов, памятник Габдулле Тукаю в Уфе был поставлен не на бюджетные средства, а на частные пожертвования (в отличие, кстати говоря, от многих других подобных монументов в республике).

Но если у нас памятники ставятся на государственные средства, тогда, будьте добры, делайте это на паритетной основе, учитывая национальный состав местного населения. Здесь уже должны быть соблюдены интересы всех народов. Поэтому в Уфе можно и нужно ставить памятники как Заки Валиди, так и, к примеру, татарским политикам, отцам-основателям современного Татарстана: Мирсаиду Султан-Галиеву, Галимджану Ибрагимову и Сахибу Саид-Галиеву, чья судьба и политическая деятельность была тесно связана с Уфой. Аналогично этот вопрос касается и памятника воеводе Михаилу Нагому, если его появления действительно желает русская часть населения города. У каждой аудитории, у каждого народа здесь должна быть своя площадка — интересы каждого священны. Поэтому и башкиры, и русские, и татары имеют здесь равные права. Тот, кто отрицает этот очевидный факт, тот намеренно или по своей глупости может считать себя сторонником демократии.

Почему забыли?

Если уж сегодня мы представляем Заки Валиди не просто как лидера башкирского национального движения и ученого-историка, а именно как основателя Башкирской Республики, то пришло время осмысления именно такого его образа. Ведь понятно, что те, кто до этого "рвали на себе рубаху", воспевая его имя, сегодня вдруг исчезли из публичного поля зрения: их не слышно и не видно. Одно дело, когда молчат официальные лица республики, которые по понятным причинам пытаются меньше говорить о российском федерализме и историческом прошлом, связанном с этим. Но совсем другое, когда об этом молчит национальная интеллигенция. Вместо этого эти спрятавшиеся деятели оставили башкирской аудитории лишь совершенно метафоричные образы Валиди как чуть ли не основателя и первого идеолога российского федерализма (что, безусловно, далеко не так). Между тем, нет никакого осмысления его политических воззрений, его взгляда на будущее Башкирской Республики. И здесь самое интересное.

Валиди выступал за присоединение Уфимской губернии в 1920 году к образовавшемуся тогда Татарстану, подчеркивая, что основное население этой территории — татары

Причина банальна: его взгляд на историю происхождения башкирского народа, будущее Башкирии абсолютно не вписывается в нынешнюю официальную идеологию — не только российскую, но и башкирскую. Ведь Заки Валиди, как и его соратники, представлял себе абсолютно иную Башкирию, иную по своей форме, иную по своим границам и национальному составу, нежели ту, которую она представляет собой сегодня. Поэтому, когда современные молодые башкирские националисты год назад в одном из своих Telegram-каналов возмущались молчанием почитаемого ими Салавата Хамидуллина по поводу юбилея Валиди, не стоит забывать, что молчание это обусловлено не только тем, что их кумира "купили" правительственными грантами. Причина здесь лежит также в плоскости того, что проповедуемый этими деятелями взгляд на историческое прошлое башкирского народа и будущее Башкирской Республики диаметрально противоположен взглядам самого Валиди.

Заки Валиди вообще, можно сказать, изначально, с момента его постсоветской "реабилитации"стал фигурой, выдернутой из контекста. Его не только нельзя было критиковать с политических позиций — иначе это приравнивалось к клевете на всю республику и башкирский народ — хуже другое: из него лепили образ, во всех отношениях выгодный национальной политике и идеологии современного башкирского национального движения, а всё неудобное в его действиях и отстаиваемой им позиции сбрасывалось. Всё это стараются не замечать до сих пор.

Выборочной "фильтрации" подвергалась даже своебразная священная книга для почитателей Заки Валиди — его мемуары

К примеру, основатель Башкирской Республики прочно связывал историческое прошлое татар и башкир и выступал за присоединение Уфимской губернии в 1920 году к образовавшемуся тогда Татарстану, подчеркивая, что основное население этой территории — татары. Как могло быть так, что основатель Башкирской Республики видел половину ее нынешней территории в составе Татарстана, а население западной части современного Башкортостана объективно указывал как преимущественно татарское, отмечая, что башкир здесь очень мало? Ведь хабировские грантоеды в лице Салавата Хамидуллина, Юлдаша Юсупова убеждают нас в абсолютно ином? Выходит, Заки Валиди был самым ярым "татаристом", не признававшим "северо-западных" башкир? Такую же позицию занимают и оппозиционно настроенные к нынешним властям РБ башкирские националисты.

Официальные идеологи РБ всегда избегали таких "неудобных" взглядов основателя Башкурдистана, изучая что угодно, но только не эти ключевые моменты. Ведь сделать удобное для себя объяснение в данном случае попросту невозможно. Однако теперь ситуация изменилась. Внимание к истории уфимских татар, которое и подогрели хабировские грантоеды, как раз и привело к тому, что эти давно известные историкам вещи всплыли на поверхность. Теперь все без труда могут понять, что будь Заки Валиди и дальше у власти в Башкирии, то ее нынешних национальных проблем попросту не было бы, т.к. республика была бы абсолютно иной.

Это еще не всё: такой вот выборочной "фильтрации" подвергалась даже своебразная священная книга для почитателей Заки Валиди — его мемуары. Первый вариант перевода, не пользующийся популярностью у башкирской интеллигенции, создал историк Института Российской истории РАН Салават Исхаков. А второй вышел под авторством советника Муртазы Рахимова Амира Юлдашбаева в 1994 году — вышел огромным тиражом. И как метко выразился сам Салават Исхаков, этот вариант изобилует "башкиризацией". Здесь имеется в виду то, что его переводчики часто избегают употреблять слово "татар". Казалось бы, ученый-переводчик должен придерживаться оригинала, не додумывать за самого автора, но на деле вышло наоборот.

Так, в предложении "Radloffun shamanizm’e ait yazilarinii da tatarcaya tercume ettim" ("Воспоминания", 88-я стр.) ("Я перевел на татарский язык статьи Радлова, касающиеся шаманизма") переводчиком опущено слово "татарча". В оригинале текст гласит "татарча", а переводчик почему-то слово "татарча" заменяет словом "төркичәгә". И такого здесь много. Например, в другом месте в оригинале написано: "...bahisleri tatarcaya... tercume eder ve Bektemir’e okurdum" (Заки Валиди, "Хатирәләр, 47-я стр.). В башкирском же переводе слово "татарча" заменено на "төркичәгә".

По сути, Заки Валиди после постсоветских десятилетий его абсолютного культа стал своеобразной иконкой, на которую молились, а когда его фигура стала "неудобной", от нее отказались. Вот на это и надо обратить внимание. Вот здесь и стоит искать ответ на вопрос, почему забыли имя Заки Валиди и почему оно стало табуированным даже для тех, кто еще несколько лет назад буквально возвеличивал его.

Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в рубрике "Мнения", не отражает позицию редакции.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram.

  • 16x9 Image

    ильнар гарифуллин

    Политический обозреватель "Idel.Реалии". Историк, политолог, кандидат исторических наук. Специалист по вопросам государственной национальной политики и национальных движений. Анализирует события в республиках Башкортостан и Татарстан. Исследует исторические процессы, затрагивавшие в недавнем прошлом население России и Волго-Уральского региона.  

Комментарии (62)

Комментирование закрыто. Если вы хотите оставить комментарий к этой статье, напишите нам на idelreal@rferl.org

XS
SM
MD
LG