Ссылки для упрощенного доступа

Политэмигрант из Казахстана: обрусевшие татары усиливают русский сепаратизм


Ермек Нарымбаев

Эмигрировавший в Украину казахстанский гражданский активист Ермек Нарымбаев рассказал "Idel.Реалии" о недостаточном внимании официальной Астаны к Поволжью и геополитических угрозах со стороны Москвы и Пекина в отношении его исторической родины. В конце 2015 года, накануне регистрации оппозиционной партии "Фейсбук-Казахстан", перед парламентскими выборами в Казахстане Нарымбаев был осужден за репост на своей странице в фейсбуке отрывка из книги Мурата Телибекова "Ветер с улицы" (с резкими высказываниями в адрес Назарбаева). Реальный срок впоследствии был заменен на ограничение свободы. Но Ермек Нарымбаев нарушил условия освобождения — уехал из Казахстана без разрешения властей. В данный момент он находится в Киеве, там он получил политическое убежище. По его словам, на родине были нарушены его гражданские права, гарантированные Конституцией.

— Народы Поволжья представляют какой-нибудь интерес для Казахстана? Под Казахстаном я подразумеваю как власть, так и народ.

— Ну, конечно, это ведь братские народы. И здесь речь не только о тюркских, но и о других народах, и не только Поволжья, но и Кавказа, Сибири, к которым мы относимся с сочувствием. В каком плане? Мы ведь до 1991 года находились все вместе в одной "тюрьме". И мы, и казахи, и татары с башкирами, и кавказцы были заключенными в одной тюрьме, в разных камерах, в разных отсеках и т.д. Но просто нам повезло. Мы вышли из этой тюрьмы, а эти народы остались там. Поэтому у нас отношение сочувствия и желание помочь. Если опять же приводить аналогию с тюрьмой, то это значит — носить передачки, писать письма, поддерживать боевой дух, чтобы выжили в этой тюремной системе и т.д. При Путине ситуация усугубилась в плане колонизации и русификации, с закрытием национальных школ, практически отменой обязательности изучения коренного языка, поэтому это находит живой отклик и в Казахстане, и в Прибалтике, я слышу его и в Украине. Ведь мы все вместе когда-то были в одной зоне, тюрьме. И память не оставляет.

— В Поволжье проживает значительное число казахов. Это второй по численности этнос в Саратовской области. Казахстан как-то поддерживает своих соотечественников в этом регионе?

В силу многих обстоятельств татары за пределами Татарстана во многом сильно обрусели. И это тем более происходит за пределами России

— В должной мере, конечно, нет, не поддерживает. Можно сказать, что это второй Казахстан. И когда говорят Центральная Азия, под ней даже российские востоковеды подразумевают Синьцзян (Восточный Туркестан), но под Центральной Азией надо подразумевать и все казахские этно-исторические территории, которые находятся в Российской Федерации. От Астрахани до Алтая. И в этом плане должно быть нормальное отношение Казахстана. Но, к сожалению, даже высокий статус отношений между Россией и Казахстаном как союзников не гарантирует этого — Москва занимает по отношению к казахам достаточно имперскую позицию. Напомню, что в России проживает 1,5 млн казахов и нет ни одной казахской школы. В то время как в Казахстане проживает порядка 2,5 млн русских, всего лишь в два раза больше, чем казахов в России, при этом русских школ в Казахстане — 4000. То есть, по той же логике, в России должно быть около 2000 казахских школ, а нет ни одной. И то же самое с украинскими школами, я знаю, что их практически нет в Российской Федерации, хотя там проживает 5 млн украинцев. Вот эти моменты выпадают из поля зрения Назарбаева, казахстанской власти, и много критических замечаний со стороны казахстанской оппозиции в адрес властей страны из-за отказа последних учитывать интересы не просто диаспоры, а коренного народа Российской Федерации. Там нет казахской автономии. Есть Кош-Агачский регион в Республике Алтай. Есть много казахов в Омской, Оренбургской, Челябинской, Саратовской, Астраханской, Волгоградской областях. В этом отношении 12 областей России наполнены казахским компонентом, но властями Казахстана эти вопросы не учитываются и не выставляются на переговорах с Москвой. Есть много проблем.

— Казахстан не входит в топ-5 крупнейших внешнеторговых партнеров Татарстана, а скажем, США входят? Почему так?

— В силу того, что Татарстан находится в сложном внутрироссийском геополитическом ракурсе, он в тяжелом положении. Ну начиная с того, что после смерти Ленина в 1924 году, после 4 лет нахождения в составе Казахской автономии, Оренбургскую область (как известно, Оренбург был столицей Казахстана) забирает Сталин. И образуется "стенка" между республиками Поволжья и Казахстаном, которую дополняет аналогичная челябинская "стенка". Все это делалось, чтобы не было связей между республиками Поволжья и Казахстаном. Это один аспект. Другой аспект — Татарстан как и другие республики стал объектом русской миграции под предлогом строительства промышленных предприятий, военных заводов и т.д. Тот же самый ТУ-160, знаменитый стратегический бомбардировщик, или допустим, как в Удмуртии завод автоматов Калашникова, то есть "насытили" множеством военных и других заводов и под этим предлогом рабочих и инженеров туда ставили только русских, а не представителей коренных народов. Из-за этого доля коренного населения во многих регионах стала ничтожно мала. В частности, это произошло в Марий Эл, Мордовии, Удмуртии и т.д. В этом плане оказывалось большое давление. Русская община стала частью элиты, а где-то даже превалирующей элитой в этих республиках. Конечно же, это тоже влияет на ослабление национального самосознания татар и других народов. И потом, атака Москвы идет по всем фронтам. Отмена прямых выборов президентов во многих регионах России, переименование президентов, фактическая отмена преподавания коренного языка, закрытие национальных школ, то есть в этом плане ломали через колено элиты во всех этих республиках, включая Поволжье, Кавказ и Сибирь.

Нурсултан Назарбаев и Рустам Минниханов
Нурсултан Назарбаев и Рустам Минниханов

— Почему Москве невыгодно развитие отношений Татарстана с Казахстаном? Почему Москва поощряет связи региона с США и препятствует развитию отношений с Казахстаном?

— Для Москвы тесные связи республик Поволжья с Казахстаном опасны. Это даже более опасно, чем их связи с США. США находятся далеко, а Казахстан — близко. И это может усилить сепаратизм народов Поволжья и других народов. И усиление этих связей ослабляет имперскую структуру России, поэтому, с точки зрения Москвы, этому нужно всячески противостоять. С другой стороны, казахстанские власти в силу своей недальновидности не создают целостные программы поддержки и укрепления экономических, культурных, языковых и иных связей с родственными народами Поволжья.

При этом в России в элите находятся шовинисты. В Госдуме, правительстве, администрации президента. Тот же Жириновский. В свое время вице-президент Александр Руцкой. И когда мы видим ситуацию с Украиной (в Крыму и на Донбассе), где Россия провела гибридную войну через свой спецназ ГРУ, Казахстан оказывается в такой же ситуации — под угрозой аннексии Северного Казахстана. Поэтому связи с Поволжьем на самом деле могли бы укрепить нашу безопасность, потому что Россия понимала бы, что у Казахстана есть ответный механизм воздействия на непомерные имперские амбиции Кремля. Вот я, например, часто говорю о том, что, допустим, у татар, башкир или чувашей нет национальной армии, нет национальных воинских подразделений. Их нет вообще нигде. И если бы Казахстан как тюркская, близкая держава имела Иностранный военный легион РК по типу испанского или французского, и он состоял бы из народов РФ, допустим, татарский и башкирский батальоны-полки, чувашская рота и т.д., и они были бы одеты в красивые национальные формы одежды, ребята даже отслужив в российской армии, с удовольствием приезжали бы в Казахстан, чтобы пройти службу там в качестве контрактника, либо даже как срочника. Вот эта традиция, которая развивалась бы десятилетиями, а уже прошло 27 лет после распада СССР, 27 лет существовал бы вот такой Иностранный легион тюркских и других народов РФ. Конечно же, он очень сильно привязывал бы симпатиями, связями народы Поволжья и Казахстана. Даже на эмоциональном уровне. Здесь недоработка и Казахстана, и властей республик Поволжья.

— Как вы считаете, в Казахстане татары в достаточной степени обеспечены этнокультурными правами?

Открытых проявлений сепаратизма мало. Они с годами ослабевают значительно. В какой-то степени оно проявлялось через представителей казачьих общественных организаций, которые почему-то не запрещены

— Конечно же, нет. Многое недоделывается. Вы же понимаете, в силу многих обстоятельств татары за пределами Татарстана во многом сильно обрусели. И это тем более происходит за пределами России. Допустим, в Казахстане, Украине, Прибалтике они сильно обрусевают и сливаются с русскими, что усиливает проблему с русским сепаратизмом. Ведь многие татары становятся большей частью элитой русской диаспоры в Казахстане. В этом плане открытие татарских школ, курсов татарского языка, создание татарского батальона-полка в Иностранном легионе многое решило бы. Можно было бы много чего сделать. Можно было бы принять решение по обязательности изучения родного языка каждым казахстанцем. Это обязывало бы властей группировать татар в отдельные классы по изучению родного языка. В них они общались бы между собой, внутри своей общины. Во-вторых, обязательно изучали бы татарский язык с последующим обязательным экзаменом. И тогда Казахстан был бы вынужден приглашать многих специалистов из Татарстана, чтобы проводить углубленное изучение татарского языка, татарской литературы, татарской истории. То есть так еще больше усилилась бы связь Казахстана с республиками Поволжья. Но этого нет. Естественно, Москва в этом никак не заинтересована. И ее подобное положение устраивает.

— Вы упомянули сегодня о том, что есть проблема сепаратизма в Казахстане. Насколько эта проблема глубока и актуальна? Речь о пограничных районах, где были настроения присоединиться к России.

— Открытых проявлений сепаратизма мало. Они с годами ослабевают значительно. В какой-то степени оно проявлялось через представителей казачьих общественных организаций, которые почему-то не запрещены. Хотя у нас по Конституции прямой запрет на создание военизированных организаций, в отношении ношения военной формы одежды представителями общественных организаций. Но наши власти пока что достаточно "либерально" к этому относятся. Стоит смотреть и по потенциалу. Потенциал русского сепаратизма очень сильно ослаб. Перенос столицы из Алматы в Целиноград, который позднее был переименован в Астану, конечно же, имел целью искоренение этой проблемы. Произошел значительный отток русскоязычного населения из Казахстана в РФ. Если во многих областях, городах или районах доля русских составляла 97% в результате целины, ГУЛАГа, промышленных переселений, то за последние годы их доля с 97% упала до 50%, до 60% максимум. В демографическом разрезе по возрастам ситуация для русского сепаратизма еще сильнее ухудшилась. Во многих городах и районах доля русских среди молодежи уменьшилась до 30-40%. То есть в этом ключе они перестали представлять серьезную опасность. В этом плане Назарбаев, надо отдать ему должное, принял в свое время правильное решение по переносу столицы в Астану. Тем самым он нейтрализовал потенциал русского сепаратизма как минимум наполовину. А дальше его завершал процесс переселения, который был связан с переносом столицы. Из сел в русские в демографическом отношении города переселялись казахи. Плюс еще была произведена казахизация силовых структур. Это тоже сильно ослабило ситуацию. Доля русских чиновников резко уменьшилась в госаппарате, в том числе в Северном Казахстане. В этом ключе не хватает только сильной военной составляющей. Хотя в Усть-Каменогорске и Семипалатинске традиционно еще с советских времен находились крупные воинские части. Вот по всему Северному Казахстану — в Павлодаре, Петропавловске, Кокшетау, Кустанае, Актюбинске, Уральске в этом отношении крупных воинских частей нет, и это позволяет сохранять высокий потенциал для гибридной войны со стороны спецназа ГРУ РФ.

— Вот эти меры и их последствия, о которых вы говорите —не являются ли они формой дискриминации русского населения Казахстана?

— Перенос столицы как может дискриминировать русских?

— Вы же говорите, что русское население постепенно убывает?

Китай еще проводит коммунистическую борьбу с религией, но под этим предлогом на самом деле, борясь с исламом в Синьцзяне, китайская власть ведет борьбу с национально-освободительным движением казахов и уйгур

— Этому есть объяснение. Вот русский человек живет в Петропаловске и здесь нет и не было никаких казахских вывесок, названий и т.д. И когда появляются казахские вывески, и когда он видит переименование населенных пунктов, возвращение к родовым географическим названиям, то у него возникает чувство неприязни к этому, переходящее в отношение к казахам, как некоторые выражаются, к "чуркам". И до 1991 года возникала база для развития русского шовинизма. Поэтому изменение этой ситуации без всякой дискриминации привело к тому, что было резкое неприятие Казахстана как независимого государства, возрождения казахского языка, возвращения к казахским этнонимам, переноса столицы, появления множества казахов на улицах. Все это сильно раздражало. И это способствовало оттоку русскоязычного населения даже без каких-либо хулиганских, межнациональных стычек. То есть шовинистически настроенные граждане предпочитали уезжать в Россию, где они чувствовали бы себя комфортнее.

— Мы слышим об историях, которые приходят из Китая. Там мусульман задерживают и помещают в лагеря по перевоспитанию. Среди них есть и казахи. Как известно, казахская диаспора в Китае значительная. В этой связи, и с учетом того, что мы обсуждали выше, кого больше стоит опасаться Казахстану — России или Китая?

— В долгосрочной перспективе Казахстану нужно опасаться Китая. В среднесрочной перспективе нужно опасаться России.

Теперь по поводу казахов в Китае. Казахи как в России, так и в Китае не являются диаспорами, а представляют собой ирреденту, коренной народ. В частности, в Западном Китае существует Синьцзян-Уйгурский автономный округ. Он делится хребтом Тянь-Шаня на две части — север и юг. Север — это 30%, это Джунгарская долина, и она включает в себя прежде всего казахскую этно-историческую территорию, которая по площади равна примерно 600 тыс. кв. км, это соизмеримо с территорией Украины или Франции. 70% — это юг. Это Кашгария. Это старая уйгурская этно-историческая территория. Так что в этом ключе обе мусульманские, обе тюркские общины попадают под китаизацию точно также как в России — под русификацию. Вот в этом отношении колонизация со стороны Москвы или Пекина, что в Татарстане, что у казахов Оренбуржья, что у уйгуров и казахов в Китае идентична. И можно проводить даже научные исследования по параллелям-аналогиям в этом отношении. Китай еще проводит коммунистическую борьбу с религией, но под этим предлогом на самом деле, борясь с исламом в Синьцзяне, китайская власть ведет борьбу с национально-освободительным движением казахов и уйгур. Вот в этом ключе задача у Китая обеспечить массовую миграцию ханьцев из восточных, исконно китайских земель, на завоеванные в свое время, оккупированные территории Западного Китая, с тем, чтобы обеспечить увеличение доли китайцев до 60-70% населения в каждом регионе, районе. И тем самым численно задавить какие-либо зачатки национально-освободительной борьбы. Ну точно также Москва пыталась во многих республиках РФ численно задавить коренные народы и создать невозможным национально-освободительную борьбу.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram. Говорим о том, о чем другие вынуждены молчать.

  • 16x9 Image

    рамазан алпаут

    Журналист "Idel.Реалии". Пишет о Поволжье сквозь призму федеральной и международной повестки, освещает межрегиональные связи субъектов ПФО с другими регионами России. Один из ведущих видеопроекта "Реальные люди 2.0".

Комментарии (166)

Комментирование закрыто. Если вы хотите оставить комментарий к этой статье, напишите нам на idelreal@rferl.org

XS
SM
MD
LG