Ссылки для упрощенного доступа

Гипотеза, что женщина — тоже человек, опровергнута в Казани


Иллюстративное фото

История с юными дагестанками, бежавшими от семейного абьюза на родине в Казань, а вскоре пропавшими и из казанского убежища, вызвала у колумниста "Idel.Реалии" Марины Юдкевич не только понятную тревогу, но и перспективную государственническую идею.

Попытка бегства этих кавказских женщин к свободе зафиксирована почти что по часам, ведь она продлилась всего пару дней. 16 октября 20-летняя Патимат Сайгитова и 21-летняя Айшат Сайгидгусейнова потихоньку ушли из дома, направив в полицию письменные обращения и видео, в которых заявляют, что уход их добровольный, и просят не объявлять их в розыск. Пунктом назначения сами выбрали Казань: здесь — добросердечные единоверцы.

Утром 18 октября Патимат и Айшат с маленькой дочкой прибыли в казанский шелтер "Мамин дом", а вечером на телефон дагестанской правозащитницы Светланы Анохиной от них пришло сообщение: "Нас нашли. Менты нас забрали".

Впрочем, "менты", а точнее — пресс-служба МВД по Татарстану — на это известие отреагировала пожатием плечами: "Впервые слышим".

А скоро отец Патимат сообщил СМИ, что беглянки уже возвращены на родину и осознали, что были охмурены правозащитниками ("Поймаю — глаза выколю", — обрисовал папа перспективу для Анохиной.)

А отец Айшат, будучи главой отдела просвещения при муфтияте Дагестана, продемонстрировал чувства добрые.

Разъяснил: когда "дочка возрастала до зрелости", он стал бояться, что её украдут ("у нас на Кавказе ведь такие обычаи"). И "поэтому я первому, кто пришел, дал её как жена и думал, что хорошо будет… Я не люблю разводов, поэтому сказал дочке: ты терпи, терпи… Но при терпении тоже крайности бывают… Поэтому так вышло. Я ей сказал, когда она вышла со мной на связь: "Я тебя ни в чём не виню. Если бы я знал". Она сказала: "Отец, прости меня!". "Прости меня", так сказала". (Умилённо всхлипывает.)

Благородный отец! Внезапно узнав, что изнасилование продолжительностью четыре года дочке почему-то давалось тяжело, он даже не стал её винить! Он даже принял её извинения!

И гармония вернулась в мир. Изнасиловали и помиловали.

Что будет с возвращенками далее? Примут их в семьях как ни в чём ни бывало?

Ну, мужья-то вряд ли, по этой линии может намечаться развод — то есть как раз то, чего беглянки хотели и не могли добиться до этого своего рывка к свободе…

Внезапно узнав, что изнасилование продолжительностью четыре года дочке почему-то давалось тяжело, он даже не стал её винить

Но и родительские семьи от возвращения дочерей едва ли будут в восторге. Ибо в той цивилизации, где едва достигших созревания дочерей отдают первому же покупателю, развод есть не только ведь преступление против традиционных ценностей — если он происходит по вине жены, то извольте вернуть мужу предсвадебный махр! А уж такой материальный ущерб из-за непокорной дочери родителям вытерпеть будет трудновато… Да и куда её потом девать-то, кто её, порченую глотком свободы, теперь купит!

Разве что запереть окончательно, если родители большие гуманисты. Если гуманисты поменьше — тогда, говорят, возможно и окончательное решение вопроса.

Вот интересно: станет тогда полиция разыскивать пропавшую так же усердно, как это было в случае неудачного побега к свободе?

Хотя при чём тут полиция вообще?! Когда совершеннолетние, юридически дееспособные гражданки сделали официальные заявления, что убывают к новому месту жительства по собственной воле, и не надо их искать и возвращать — какая тут может быть полиция, правда же?! Впервые слышим!

Почему это у нас до сих пор уголовные дела за похищение и лишение свободы ещё не возбуждаются против этих самых правозащитников?

Что-что?.. Говорите, это сами беглянки написали правозащитнице, что за ними в Казани пришли "менты"?.. Ну, во-первых, у нас "менты" в штатном расписании не значатся. Во-вторых, там же не написано, что они пришли при исполнении своих уставных обязанностей, а не просто в порядке возмездной услуги братьям с гор. А в-третьих, какое может быть доверие женщинам, презревшим традиционные ценности, и главное — правозащитникам!

И вообще — почему это у нас до сих пор уголовные дела за похищение и лишение свободы ещё не возбуждаются против этих самых правозащитников, которые помогают жертвам бежать от законных насильников?!

А впрочем, татарстанская полиция напрасно отклоняет от себя честь участия в той казанской спецоперации по восстановлению традиционных ценностей. Ведь тут такие перспективы намечаются…

Ведь география побегов кавказских женщин очевидно расширяется. Вот летом жертва домашнего насилия всего-то и добежала что из Чечни до Дагестана (и уж там-то силовики проявить себя никак не стеснялись). А нынче, глядишь, добегают до Волги — на этот раз живое имущество сдал на руки законным собственникам уже Татарстан.

Почему бы по этому случаю не объявить, опередив остальные регионы, новый проект — Разводный туризм

Кстати, почему бы по этому случаю не объявить, опередив остальные регионы, новый проект — Разводный туризм. Прогрессивный, с использованием государственно-частного партнерства. Вот так: спасение и эвакуация терпящих бедствие гражданок есть дело волонтёров, собирающих на это с миру по нитке — государственные же чины осуществляют возвращение беглых их хозяевам, зато практически с гарантией развода. Можно обещать и бонус: в месте поимки бить не будем! Ну, а в месте приёмки — как пойдёт… Да и в любом случае свобода требует жертв.

Сами-то мы, конечно, не такие, у нас тут женщина — тоже человек. Но мы же за истинный федерализм, верно? Ну, а что поделаешь, если единственным признаком федералистского многообразия в современной России остаётся разве что наличие или отсутствие в конкретном регионе крепостного права на женщин…

Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в рубрике "Мнения", не отражает позицию редакции.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram.

Комментарии (10)

Комментирование закрыто. Если вы хотите оставить комментарий к этой статье, напишите нам на idelreal@rferl.org

XS
SM
MD
LG