Ссылки для упрощенного доступа

"Idel.Реалии" продолжают видеопроект "Реальные люди", в рамках которого мы беседуем с гостями о главных событиях, которые повлияли на жизнь нашего героя, жизнь республики и других регионов Поволжья. Гостем программы сегодня стал помощник руководителя "Комитета по предотвращению пыток" Олег Хабибрахманов. В интервью нашему изданию он рассказал о методике доказательств пыток, что движет полицейскими на насилие и как обстоит ситуация в этой сфере в регионах Поволжья.

ПРО ДОКАЗЫВАНИЕ ФАКТОВ ПЫТОК

— Простому человеку, у которого нет юридического образования, навыков общения в правоохранительной среде, доказать факт пыток очень сложно и без помощи юриста практически невозможно. Но и юрист в данном случае подходит не каждый. Здесь нужен именно опытный адвокат, правозащитник, который специализируется на поиске, сборе и фиксации доказательств.

Важнейшую роль играет своевременная фиксация телесных повреждений

Прежде всего, нужно своевременно собирать эти доказательства. Важнейшую роль играет своевременная фиксация телесных повреждений. Люди очень часто не обращаются в медицинские учреждения или обращаются слишком поздно, когда доказать время причинения этих телесных повреждений уже невозможно.

Немаловажную роль играют свидетельские показания. Человек зачастую после задержания может оказаться в камере, и те же самые сокамерники могут оказаться свидетелями насилия над ним. Обычно, конечно же, человек не думает о том, что нужно познакомиться с людьми, узнать какие-то их установочные данные, контакты, по которым впоследствии можно будет их найти. Чем раньше подключится профессиональный защитник, тем больше шансов выиграть дело. ​

Палочная система — основной фактор, который влияет на применение насилия. Конечно, руководство, МВД, надзорные органы будут отрицать существование такой системы.

ПРО НАСИЛИЕ

— Проблема применения пыток в полиции комплексная. Нельзя сказать, что какой-то конкретный полицейский применяет пытки, потому что ему хочется. Конечно же, это не так. Палочная система — основной фактор, который влияет на применение насилия. Конечно, руководство, МВД, надзорные органы будут отрицать существование такой системы.

Сотрудник полиции, к примеру, оперуполномоченный уголовного розыска просто вынужден как можно более интенсифицировать свою деятельность по раскрытию преступлений. Я сам профессиональный сотрудник полиции — у меня специальное образования — и я могу вам сказать, что методики раскрытия преступлений интересные, но непростые и долгие по времени.

Оперуполномоченный, который будет действовать строго по закону, не будет давать требуемых результатов. Поэтому система сама зачастую провоцирует применение насилия.

Например, для того, чтобы раскрыть кражу или убийство, зачастую может понадобиться до года работы. В существующей системе координат сотрудник полиции просто не может себе позволить расследовать кражу несколько месяцев. Раскрыть ее нужно быстро. А самый быстрый способ, к сожалению, незаконный — способ применения пыток, получение признательных показаний путем физического воздействия на подозреваемого. Оперуполномоченный, который будет действовать строго по закону, не будет давать требуемых результатов. Поэтому система сама зачастую провоцирует применение насилия.

Также есть проблема преемственности. Если молодой оперуполномоченный, закончивший специальное учебное заведение, пытается работать правильно и по закону, то старшие товарищи быстро учат работать его "правильно". ​

ПРО НАКАЗАНИЯ ЗА ПЫТКИ

— Обычно это реальный срок лишения свободы. Закон предусматривает от трех до десяти лет. Но проблема в том, что далеко не каждый случай попадает в суд. К юристам и адвокатам обращается небольшой процент пострадавших. Из них далеко не по всем делам можно собрать достаточно доказательств для суда. Поэтому уровень наказуемости за совершенные должностные преступления у нас в стране остается низким.

Мы цепляемся и не оставляем эти дела, ведем их либо до приговора российского суда, либо — до Европейского

Да, если это дело попало в руки правозащитников, тогда полицейским, как правило, бывает плохо. Мы цепляемся и не оставляем эти дела, ведем их либо до приговора российского суда, либо — до Европейского.

Если говорить о статистике, то у "Комитета по предотвращению пыток" 132 должностных лица были привлечены к уголовной ответственности и отправились отбывать наказание. Мы получили компенсации для наших потерпевших в размере порядка 64 млн рублей за незаконные действия представителей государства. ​

О ПРОТИВОСТОЯНИИ СИЛОВИКОВ

— Элемент внутреннего противостояния силовиков существует, но большой вопрос, с чем он связан. У меня есть такое ощущение, что здесь некая политическая игра. Ничто не бывает просто так. Сотрудники полиции очень часто совершают преступления. Вы помните дело отдела полиции "Дальний" в Казани, когда преступление было очень резонансным, с гибелью задержанного, применением сексуального насилия. Казалось бы, после этого работа по пресечению пыток в полиции должна была обостриться, но я не увидел этого обострения до последних полутора лет.

Еще к работе в отношении правоохранительных органов очень сильно подключилась Федеральная служба безопасности (ФСБ), чего раньше не было. Работало Управление собственной безопасности, Следственный комитет, прокуратура, но чтобы подключалось Управление ФСБ — такого не было. Мне кажется, здесь все-таки именно политическая игра. Я не замечаю такой активности сотрудников ФСБ в других регионах — в отличие от Татарстана.

Здесь определенно существует политическая игра и она именно в Татарстане

Говоря о корпоративности, мне кажется, здесь она существует между МВД и судейским сообществом. Недавнее громкое дело (которое еще не завершено) по обвинению замначальника полиции Казани Руслана Халимдарова. Он уже четвертый год находится в следственном изоляторе, и его дело будет рассматривать московский суд. На этом настоял Александр Бастрыкин лично, потому что, с его слов, он не доверяет татарстанскому правосудию. Здесь определенно существует политическая игра и она именно в Татарстане.

ПРО ПРАВОЗАЩИТУ В ПОВОЛЖЬЕ

— Я бы не сказал, что есть существенные отличия в плане применения пыток в регионах Поволжья. К примеру, в Башкирии пытки применяются очень активно. Наше недавнее дело по начальнику районного уголовного розыска. Он находится в СИЗО уже девятый месяц. Что было интересно, пытки применялись сотрудниками уголовного розыска в отношении подозреваемого. Его поместили в следственный изолятор, но когда за дело взялся Следственный комитет, начальник уголовного розыска и подозреваемый поменялись местами.

В Чувашии и Марий Эл, может быть, ввиду небольшого населения количество жалоб на пытки достаточно небольшое. Поэтому работать в этих регионах правозащитникам, на мой взгляд, просто нецелесообразно. Местные юристы и адвокаты спокойно справятся с таким объемом без открытия офиса специализированной организации.

Что касается наказания полицейских, в Татарстане, на мой взгляд, оно немного ниже.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram. Говорим о том, о чем другие вынуждены молчать.

Ваше мнение

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG