Ссылки для упрощенного доступа

Реальные люди 2.0: Рушана Камалова — о деле "Адмирала", защитниках по назначению и экстремистских делах


В рамках проекта Реальные люди 2.0 мы беседуем с гостями об их жизни, о том, что они умеют делать лучше всех и почему они это делают. И — традиционно — о том, как это влияет на нашу с вами жизнь. Гостем программы сегодня стала адвокат Рушана Камалова, которая рассказала о деле "Адмирала", адвокатах по назначению и экстремистских делах.

О ДЕЛЕ "АДМИРАЛА"

— Процесс очень объемный и сложный, и на самом деле это не такая однозначная история, какой она может представляться в глазах обывателей. На мой взгляд, следствие немного спутало понятия "собственник здания" и "собственник бизнеса". Иногда эти понятия могут совпадать, но не в данном случае — они абсолютно разведены друг от друга. Собственник здания сдал помещение в аренду, честно оговорив возможные недостатки; передал его арендатору и прописал в договоре, что необходимо провести работы по пожарной безопасности и так далее.

Обязательства выполнить эти работы взял на себя арендатор — ООО "Заря". Исходя из этого, мы и обосновываем позицию невиновности моего доверителя — генерального директора "АС Менеджент" Роберта Хайруллина. Он последовательно с начала следствия не признавал свою вину и не признает сейчас. Мы более полно раскроем свою позицию в суде, потому что на данный момент установлен следующий порядок исследования доказательств: сначала допросят потерпевших, позже — свидетелей, потом будет исследование письменных материалов дела и лишь после этого допросят подсудимых, где каждый будет иметь возможность донести до суда свою точку зрения и представить доказательства. Поэтому сейчас, наверное, будет преждевременно разговаривать в подробностях о нашей позиции. ​

— Роберта Хайруллина обвиняют в том, что он якобы предоставил в управление Росреестра по Татарстану недостоверные данные об объекте, впоследствии получив техпаспорт и кадастровый паспорт здания, что позволило ему зарегистрировать право собственности на объект в качестве торгового комплекса. Что вы об этом думаете?

— Я могу сказать, что это была обычная финансово-хозяйственная деятельность предприятия. Генеральный директор, во-первых, непосредственно документы не предоставляет — у них огромное предприятия, где существует разделение на отделы. Это был обычный порядок оформления здания в собственность — все документы были оформлены надлежащим образом в рабочем порядке. Лично Роберт Хайруллин ничего никуда не предоставлял, ложные сведения представлены не были — все соответствовало действительности, поэтому специалистами Росреестра и было зарегистрировано право собственности на это здание. Необходимо также отметить, что специалисты Росреестра и БТИ к уголовной ответственности не привлечены, соответственно процедуры получения техпаспорта в БТИ и регистрации права собственности в Росреестре — законны. Можно сделать только такой вывод.

***

В данном деле очень неоднозначно соединены воедино множество аспектов. Тут и линия представителя собственника здания, и линия представителя собственника бизнеса, привлечены сотрудники государственных органов, та же самая служба судебных приставов. Кроме того, в деле нельзя обойти вниманием тот аспект, что торговый центр проверяли органы прокуратуры и государственного пожарного надзора — они не привлекаются в качестве фигурантов уголовного дела, но в любом случае выступят свидетелями. Я думаю, у участников процесса и к ним будет множество вопросов, потому что они со своей стороны могут пролить свет на причины случившейся трагедии. Безусловно, сведение воедино всех этих аспектов требует очень детального разбирательства в судебном заседании. Они должны быть тщательно рассмотрены, судом проанализированы, дабы разложить по полочкам, по какой причине произошла эта трагедия, какова роль каждого из привлеченных к уголовной ответственности, и чьи действия привели к пожару.

Прогнозы строить очень сложно, но к моменту окончания предварительного следствия из 12 фигурантов дела только двое рабочих, которые проводили огневые работы на крыше, частично признали свою вину. Остальные ее не признают — и это тоже дополнительная сложность этого дела.

— Почему потерпевшие так неохотно приходят на судебные заседания?

— В СМИ писали, что процесс затягивается, но я думаю, это не совсем верно, потому что надо учитывать масштаб и сложность этого процесса. На самом деле по всем аналогичного масштаба делам происходит именно так. Это жизнь, она вносит свои коррективы. Во-первых, с момента пожара прошло более двух лет — за это время люди продолжили жить, они где-то работают и, наверное, стараются забыть о произошедшей трагедии. Во-вторых, жизнь продолжается: кто-то заболел, женился, работает — надо отпрашиваться. Конечно, есть объективные трудности с явкой потерпевших в суд, но сейчас, наверное, их явку будут оформлять приводом, и процесс будет постепенно двигаться, но примерно такими же темпами — это объективная реальность.

ОБ АДВОКАТАХ ПО НАЗНАЧЕНИЮ

— В российской адвокатуре нет понятия чисто адвокатов по назначению и адвокатов по соглашению. На самом деле, я думаю, многие маститые адвокаты, особенно в начале своей карьеры, работали адвокатами по назначению, поскольку это параллельный процесс. Когда ты состоишь в адвокатском образовании, там определяются определенные учреждения, где адвокаты по дежурству обязаны работать по назначению. У тебя есть договоры, но есть и дежурства.

Что касается мнения о "подментованных" адвокатах, я бы провела аналогию с врачами. Очень трудно найти хорошего врача, и если ты пойдешь в платную клинику, не факт, что ты там найдешь хорошего врача, который будет душой болеть за твоего ребенка. И также не факт, что ты придешь в районную поликлинику, и там однозначно будут очень плохие врачи. Нет — это зависит от человека. Если возвращаться к термину "подментованные", у вас и адвокат по договору может быть "подментованный" на самом деле — случается и такое. Человек должен относиться к своей работе профессионально, болеть душой за своего доверителя и не позволять себе вещей, за которые потом будет стыдно. Репутация адвоката — это его рабочий инструмент, и к ней надо относиться трепетнее.

Я не могу не упомянуть, что, безусловно, лучше все-таки заключать соглашение с адвокатом. Здесь даже дело не в том, что ты даешь деньги. Даже хороший адвокат по назначению, который хочет вас защитить, постарался максимально это сделать, но завтра будет уже другой дежурный адвокат. То есть в комплексе он не видит ваше дело, не продумывает долгосрочную стратегию и поэтому это будет недостаточно эффективная защита.

ОБ ЭКСТРЕМИСТСКИХ ДЕЛАХ

— Работа по экстремистским делам — специфическая. По сути дела в этих делах происходит борьба экспертиз. Следствие находит некий факт (чаще всего, это публикация в интернете, либо выступление на публичных мероприятиях), а после этого направляет текст или аудиозапись на экспертизу — филологам, психологам, которые уже делают свои выводы, есть в этом что-то крамольное или нет. К сожалению, чаще всего, именно те эксперты, к которым обращается следствие, всегда что-то находят. Что мы, защитники, можем этому противопоставить?

Поскольку мы юристы, наше мнение в отношении заключения специалиста не учитывается. Хотя иногда меня не как юриста, а как обывателя изумляет то, как эти специалисты в какой-то совершенно невинной фразе усматривают какие-то ужасные вещи. Поэтому нам приходится обращаться к другим экспертам — мы всегда ищем маститых специалистов, чтобы противопоставить их экспертам, которых привлекло следствие. К сожалению, к экспертизам, изготовленным по просьбе защиты, суд относится с предубеждением. Очень жаль, поскольку это очень качественные экспертизы, которые подготовили действительно независимые эксперты.

В РОССИИ СВЫШЕ 99% ПРИГОВОРОВ — ОБВИНИТЕЛЬНЫЕ. НЕ ОПУСКАЮТСЯ ЛИ РУКИ ПРОДОЛЖАТЬ РАБОТУ

— Иногда после какого-то процесса на какое-то время опускаются руки. Где-то внутри адвокат должен быть бойцом. Бывает, пусть один процент, когда удается отвоевать своего доверителя — и это такой чистый кайф. Это спасает от негативных моментов. Скажу крамольную вещь — гонорары не являются определяющим фактором. У меня бывали случаи, когда в отношении моего доверителя прекращали уголовное преследование на стадии следствия — и я так радовалась: "Вот, ради чего ты пришла в эту профессию".

Когда ты общаешься со своим доверителем, ты уже знаешь все — его семью, детей, как за него беспокоятся. И когда тебе удается его отвоевать, это так здорово. Когда на этапе следствия прекратили уголовное дело моего доверителя, один следователь мне сказал: "Чего вы так радуетесь, все, работа закончилась, денег вам не заплатят больше". Я ответила, что "вам не понять". Есть вещи, которые дороже денег — это удовлетворение от собственной работы.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram и узнавайте, кто будет следующим гостем проекта Реальные люди 2.0, и многое другое.

Ваше мнение

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG