Ссылки для упрощенного доступа

Президент РФ распорядился призвать в 2018 году россиян, находящихся в запасе, для прохождения военных сборов.​ В этой связи "Idel.Реалии" решили изучить то, как протекает жизнь в российской армии и не только там. В замкнутых пространствах жизнь течет по-иному, а в замкнутых пространствах России — по-особенному. СМИ часто пишут о дедовщине кавказцев в армии, недавно начали сообщать и о том, что в местах лишения свободы мусульмане сегрегируются и становятся альтернативой для блатной братии. "Idel.Реалии" решили узнать, что происходит в тюрьмах и рядах Вооруженных сил России, опросив осужденного и военослужащего. По просьбе наших героев мы изменили их имена.

КОНКУРЕНЦИЯ НА ЗОНЕ

Руслан отбывает наказание в одной из тюрем России, по собственному признанию, он является практикующим мусульманином. Руслан родом из Поволжья. Мусульманином он стал, уже будучи за решеткой. Он признается, что это довольно распространенная практика.

— Многие люди по прибытию в места не столь отдаленные часто меняют религию. Мусульмане, которые на воле забивали на все столпы, тут становятся имамами. Просто джамаат (мусульманское сообщество — прим. "Idel.Реалии") — это тут как отдельное течение. Члены джамаата не придерживаются воровских понятий, как это должно быть на зоне. Правда, мне кажется, некоторые прикрываются показной религиозностью, чтобы не жить по воровским понятиям. Но только одному Всевышнему известно, исходят ли их молитвы от сердца или совершаются просто для прикрытия, — отмечает Руслан Б.

По словам собеседника "Idel.Реалии", в лагере, в котором он отбывает наказание, костяк джамаата составляют кавказцы, однако там представлены и другие.

— Здесь мы как семья. Бывает, что представители разных национальностей конфликтуют, — отмечает он.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Когда 8 марта — траурный день

На вопрос о том, как урегулируются подобные конфликты, Руслан отвечает, что улаживают "положенец" и имам.

— Есть положенец и есть имам в лагере, которые отвечают за каждого своего заключенного. И если что-то происходит с представителем джамаата, это решает имам, но с согласия положенца, — констатирует член джамаата, намекая на своего рода "баланс сил" в тюрьме.

Руслан подчеркивает, что в их лагере "положенец" и имам — кавказцы, региональная солидарность является важным основанием для сохранения мирного сосуществования двух социальных групп в зоне.

— У нас положенец — грузин, кавказец, поэтому входит в понимание, — отмечает он.

Корреспондент "Idel.Реалии" просит Руслана раскрыть понятие "положенец". — Положенец держит лагерь. От него зависит положение. Он может решить судьбу человека — но тут же добавляет — если не будет положенца, то и джамаата не будет.

По словам Руслана, если в лагере нет положенца, значит нет и положения. Как признается заключенный, лагерь без положенца — это режимный лагерь, где происходят бесчинства правоохранителей.

Руслан считает, что люди принимают ислам, чтобы жить по другим законам, не подчиняться воровским понятиям. Между тем джамаат пока еще не всесилен, поэтому существует компромис между религиозной и воровской братиями.

Ислам принимают не только по указанным причинам, добавляет Руслан.

— Принимающие говорят, что они увидели правду, истину, — говорит он.

При этом, по словам заключенного, жить по правилам джамаата проще — совершать намаз и посещать мечеть, чем придерживаться понятий и соблюдать правила поставленные воровскими.

Корреспондент "Idel.Реалии" также обратился к татарскому общественному деятелю Рафису Кашапову, который недавно вышел из тюрьмы. Сам он себя называет политзаключенным. Он подтверждает практически каждый пункт из интервью с Русланом, отмечая усиление мусульман в местах заключения.

— На протяжении 20-25 лет у мусульман в тюрьмах России не было такого положения как сейчас. Уммы не было в тюрьмах, либо они были слабыми. Сейчас заключенные, относящие себя к воровскому миру, довольно тесно взаимодействуют с мусульманами. Хотя между двумя сообществами есть разногласия в идеях, при этом не бывает открытой вражды. Законы шариата запрещают азартные игры, спиртные напитки, свинину, и мусульмане на зонах не поддерживают это. Ко мне обратились по поводу одного случая с мусульманами, люди в масках, сотрудники ФСИН зашли в помещение заключенных и начали кидать Коран и мусульманские книги, коврики для намаза на пол и начали топтать. Мусульмане начали возмущаться, и их избили омоновцы, в этот же момент в тюрьме начался бунт, который начался со стороны воровского сообщества. Это доказывает, что среди заключенных нет межнационального и межрелигиозного противостояния, — делится Кашапов.

Общественник проливает свет на отношение сотрудников ФСИН к такого рода феномену.

— Даже сотрудники ФСИН признавались при мне, что воровское сообщество более порядочное, чем их сотрудники. У меня был разговор с тюремными надзирателями, которые рассказывали, что они занимаются воспитанием воров, мужиков, мусульман, "шерстянных", "красных", "обиженных". А я им ответил, что тюрьмы России это не воспитательное учреждение, это концлагерь нового типа с карательной системой, где человек уничтожается морально и физически. Я им сказал, что нужно уничтожать систему ФСИН России и организовать её заново гуманными и человеческими принципами, потому что сейчас 70% освободившихся заключенных возвращаются за стенки обратно, такого нет в развитых странах, — констатирует экс-заключенный.

Вышедший на свободу в декабре 2017 года Рафис Кашапов также подтверждает этот тренд распространения ислама в тюрьмах.

— Я уже много лет занимаюсь общественной деятельностью, и ко мне приходили письма и обращения с тюрем. Я встречался с заключенными. Действительно лет 20 назад ислам принимали не так часто, это было намного реже. А сейчас, когда я находился не только в Татарстане, а так же в республике Коми замечал, что русские и другие национальности принимают ислам, — говорит он.

Кашапов вторит Руслану, говоря, что кавказцев много в джамаате, и они возглавляют мусульманские сообщества в тюрьмах. При этом общественник добавляет, что среди воровского сообщества кавказцев также много.

— Большое количество грузин с советских лагерей и до нынешних мест заключений являются ворами в законе, — считает он.

Кашапов отмечает, что в режимных лагерях, действительно, очень тяжело, так как там происходят избиения заключенных, насильственные действия даже сексуального характера. Поэтому, по его словам, там очень тяжело как для воровского сообщества, так и для мусульман.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Рафис Кашапов: из малой тюрьмы в большую

Общественник указывает на то, что в тюрьмах происходит примерно то же самое, что и в обычной жизни.

— Тюремная жизнь — это отражение общества вольной жизни. Можно заметить, как хозяин тюрьмы обращается со своими заключенными. Также наше правительство обращается со своим народом, постоянно угнетая, унижая, лишая прав, свобод, волеизъявления. Организацию ФСИН нужно реструктуризировать и поменять их цели и стиль работы. Государство нуждается в таких же изменениях. Все национальные и религиозные меньшинства, в том числе и русские, их регионы, субъекты, республики должны получить больше свобод, а иначе как большинство заключенных России, граждане РФ будут попадать в одну и ту же яму как заключенные России, — резюмирует он.

СВОИ И ЧУЖИЕ В АРМИИ

Армия — это менее замкнутое пространство, чем тюрьма. Но там тоже происходят такие же процессы. "Idel.Реалии" поговорили с молодым человеком по имени Мурад М., который в настоящее время отдает долг родине. Мурад признается, что в армии молодые люди часто группируются по региональному принципу. Особенно это характерно для кавказцев, причем независимо от этнического происхождения и вероисповедания.

— В армии кавказцы как родные братья, даже армяне и азербайджанцы вместе, — говорит он.

Между тем, по словам молодого человека, в настоящее время наметилась тенденция к усилению солидарности на религиозной основе. Мусульмане, по признанию, Мурада стараются держаться вместе.

— В моей части кавказцы хорошо относятся к таджикам, так как они ведут себя примерно также. С татарами тоже нормально. Правда, если проявят себя. Это получается примерно у 30% из них, — отмечает он.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Кем на Руси можно будет быть​

Собеседник "Idel.Реалии" делает акцент на том, что с русскими практически никто не солидаризируется.

— У них другие повадки, другие привычки, они на нас не похожи. Они друг друга-то поддержать не могут, — говорит Мурад. Интервьюируемый обращает внимание, что к соблюдающим мусульманам особое отношение.

— Если мусульманин соблюдающий, то ни кавказцы, ни таджики его не трогают. Если не соблюдает, то он ни чем не отличается от других, — говорит он.

Мурад особо выделяет среди татар тех, кто родом из Татарстана. Он говорит, что среди них чаще встречаются порядочные и справедливые.

Собеседник признается, что среди соблюдающих мусульман большинство составляют выходцы из Дагестана и Таджикистана. По его словам, им дают возможность совершать намаз, никто не противодействует. Однако мечети в части, где служит Мурад, нет.

— Но мы все равно совершаем коллективно пятничную молитву, — делится он.

По словам Мурада, массовых случаев принятия ислама в части не наблюдалось.

— Один русский принял ислам. Его мусульмане привели в религию Аллаха. Учу татарина и казаха совершать намаз. Другой татарин тоже призадумался, — отмечает солдат-срочник с Кавказа.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram. Говорим о том, о чем другие вынуждены молчать.

Ваше мнение

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG