Ссылки для упрощенного доступа

День Эколога: "Дышится легко там, где нас сейчас нет!"


Дмитрий Левашев

5 июня человечество отмечает День окружающей среды, известный в России как "День эколога". В этот "зеленый" праздник принято сажать деревья, устраивать субботники в парках, совершать велосипедные прогулки вместо автомобильных. Но есть люди, которые защищают природу не только один день в году. Они посещают полигоны заводов переработки мусора, берут пробы в химических отстойниках, измеряют радиационный фон около атомных объектов, утраивают акции протеста и, порой, попадают в полицейские участки как экстремисты и "нарушители общественного порядка". Хотя их единственная цель — защитить общество от надвигающейся угрозы экологической катастрофы на планете Земля. В том, что такая катастрофа приближается, уверен эколог из Нижегородской области, эксперт "Союза за химическую безопасность" Дмитрий Левашев.

Хотите сообщить новость или связаться нами?

Пишите или посылайте нам голосовые сообщения в WhatsApp.

— Дмитрий, вы родились в Дзержинске — городе, который называют "столицей бытовой химии". По мнению некоторых исследователей, этот промышленный центр — одно из самых загрязненных мест на планете Земля. Место рождения повлияло на выбор профессиональных и общественных интересов?

— С детства помню, идешь в школу зимой, а снег под ногами не белый, а красный и черный от выбросов химзаводов и угольной ТЭЦ. Во времена СССР Дзержинск был центром не только "бытовой" химии, но и "боевой". Мой дед и прадед работали в цехе по производству иприта. Кроме того, выпускали люизит, фосген, синильную кислоту (боевые отравляющие вещества — прим. редакции). Все это сливалось в отстойники, а затем попадало в реку Волосянку, а из нее в Оку. В детстве, я, как и все советские школьники был в приказном порядке записан во Всероссийское общество охраны природы, ездил на посадки деревьев в лесничество, сдавал обязательные сборы на марки и так далее. А вплотную заниматься изучением экологических проблем Поволжья стал в 90-х годах. По данным центра экологического мониторинга в 1996 году в отстойниках одного их химических заводов Дзержинска концентрация фенолов превышала ПДК в 17 миллионов раз. Но сейчас ситуация не такая критическая как раньше. Последнее время Дзержинск уже не является крупнейшим центром отечественной химической отрасли. Крупные предприятия раздроблены или подверглись банкротству, соответственно, отходов они производят намного меньше. Но появилась другая проблема: деятельность мелких и средних заводов плохо контролируются природоохранными органами, поэтому руководство этих предприятий позволяет себе откровенно плевать на нормативы по выбросам.

— Вы нередко посещаете свалки, мусорные полигоны, химические отстойники, радиоактивные захоронения в разных регионах России. Что удалось обнаружить?

— Мне довелось обследовать не одну сотню крупных, средних и мелких свалок, но сложно выделить какое-то одно место. К примеру, очень колоритно выглядит промышленная зона Чапаевска в Самарской области. Есть что-то апокалиптическое в Южной промышленной зоне Волгограда и промзонах Дзержинска. Эти три города в буквальном смысле обожжены хлорной химией. На Вятской земле мне запомнились зона с радиоактивными отходами вокруг Кирово-Чепецкого химкомбината. Часто вспоминаю лунные пейзажи Мончегорска или Норильска. Промышленная зона Челябинска тоже по-своему уникальна, столько там всего напичкано. Например, мне удалось обнаружить мешки с серосодержащими отходами на городской свалке.

Свалка в Чапаевске Самарской области
Свалка в Чапаевске Самарской области

— По планам российского правительства, четыре бывших Объекта по уничтожению химоружия собираются передать госкорпорации "РосРАО" для организации экспериментального производства по переработке химических отходов 1 и 2 класса опасности. Как вы оцениваете безопасность будущего производства?

— Сейчас "РосРАО" предпочитает называть себя немного иначе — Федеральный экологический оператор, сокращенно ФЭО. Очевидно, так звучит менее пугающе для населения. Но от смены названий суть не меняется. О безопасности их многочисленных хранилищ радиоактивных отходов, размазанных ровным слоем по телу матушки-России можно только мечтать. Безопасность будущих Производственно-Технических Комплексов (ПТК) в Удмуртии, Кировской, Курганской, Саратовской областях тоже вызывает очень много вопросов. "Росатом" как был, так и остается одним из самых закрытых для своих соотечественников учреждений… К примеру, жители Камбарки в Удмуртии или поселка Мирный (объект Марадыковский) в Кировской области так и не дождались ответов на большинство своих вопросов о технологиях переработки и экологическом контроле. Например, какие отходы, с использованием каких технологий будут обезвреживаться? Насколько эффективно это будет происходить? Какие отходы будут сжигаться, какого рода фильтры будут применяться на инсинераторах? (Инсинератор —​ установка для термического уничтожения жидких, твердых и газообразных отходов —​ прим. редакции).

Будут ли открыты для общественности результаты производственного экологического контроля и экологического мониторинга? Больше всего мы опасаемся, что специалисты ФЭО могут наобещать населению во время общественных слушаний золотые горы и самое безопасное производство в мире, но потом тихо-мирно забыть о своих обещаниях, и работать как обычно в России, то есть, полагаясь на "авось".

Митинг в Кирове
Митинг в Кирове

— Еще одной проблемой в России стали мусоросжигательные заводы и полигоны. Планы российского правительства построить один из таких объектов в Архангельской области, вызвали настоящее противостояние местных жителей и властей. А в Германии, например, мусороперерабатывающие заводы строят в центре городов, и никто не возмущается…

—​ К сожалению, наша культура промышленного производства весьма отличается от западноевропейской. В Германии нет такого фактора как "дядя Ваня с кувалдой". К тому же ФРГ и Великобритания шли к раздельному сбору ТКО тридцать лет. Мы же, как обычно хотим мусорную пятилетку реализовать за три года. Российская "мусорная реформа", на мой взгляд, это игра в одни ворота. Основой государственной политики в этом вопросе становится мусоросжигание, а не глубокая переработка отходов. К примеру, крупные московские мусоросжигательные заводы заключают договоры с так называемыми "утилизаторами", а "утилизаторы" засыпают отходами с токсичными металлами водоохранные зоны двух рек в Люберецком районе Подмосковья. Очень часто в России все идет по принципу: "хотели как лучше, получилось как всегда". Все по Черномырдину, одним словом.

— Не секрет, что в некоторых городах России, например, в Кирове, чистую воду теперь продают в супермаркете также как молоко или лимонад, пить обычную воду из крана стало опасно для здоровья. Что нужно сделать, чтобы защитить Волгу, Вятку, Каму и другие реки от сброса отходов промышленных предприятий?

— Если говорить о Кировской области, то в первую очередь нужно ликвидировать существующие источники загрязнения. Например, те же самые химические и радиоактивные могильники "Росатома" в Кирово-Чепецке, находящиеся в пойме Вятки. У государственных органов не всегда есть оперативные возможности поймать нарушителя "с поличным". Государственный надзор у нас фрагментарный, а производственный контроль "призрачный", работает по принципу: сам себя контролирую, сам себе отчеты пишу. Без помощи общественности здесь не обойтись. А в глобальном плане самая важная проблема сейчас — это загрязнение мирового океана микропластиком, который никакие фильтры не могут поймать.

— В некоторых регионах России, особенно в Сибири, лес стал настоящей "валютой", вековые леса варварски вырубаются. Также происходит не только в России, но и в Южной Америке на Амазонке. Может быть, скоро и воздух начнут продавать в супермаркете?

— Как говорили североамериканские индейцы: "когда будет вырублено последнее дерево, отравлена последняя река, люди поймут, что деньги есть нельзя!". После пожаров 2010 года, в Москве, похоже, поняли, что "погорячились" с ликвидацией Государственной лесной охраны, созданной еще императором Павлом I. Но "Гослесоохраны" сейчас уже не существует. Вместо этого создана система учета "ЛесЕГАИС", которая призвана контролировать деятельность лесозаготовителей. Однако "черные лесорубы" продолжают рубить лес, где им вздумается, не обращая внимания на контролирующие органы. Много и других злоупотреблений в лесной сфере, коррупция здесь процветает.

— Около миллиона видов растений и животных на планете Земля находятся под угрозой вымирания. Человечество может остаться в одиночестве через сто лет?

— Недавно в России серьезно поменялось законодательство об охоте. В частности, разрешили вольерную охоту и нахождение на лесных дорогах с расчехленным оружием. Думаю, такие вольности для потенциальных ВИП-браконьеров могут привести к самым печальным последствиям. Причем не только для животных, но и для егерей, которые честно выполняют работу. Но я не думаю, что человечество останется в одиночестве. Природа имеет огромный потенциал для самовосстановления. Даже в очень загрязненных промышленных зонах все-таки теплится жизнь. Нам бы почаще думать о том, что мы не получили Землю в наследство, а взяли ее взаймы у своих детей…

Почему экология в России все больше становится политической проблемой, и забота о чистом воздухе нередко заканчивается социальными протестами?

—​ В период 1980-х и начала 1990-х экологические проблемы были очень значимы для россиян, потом проблема чистого воздуха и питьевой воды уступила место холодильнику. Далеко не все предприятия вкладывают достаточные финансовые средства в очистку сточных вод, в фильтры для очистки выбросов. Зачастую право утилизировать отходы получают люди, которые об экологии думают в последнюю очередь. Вместо утилизации по всем правилам, отходы сваливают в ближайший овраг или складируют на заброшенной колхозной ферме... Кроме того, "мусорная реформа" в России разработана односторонне, все "заточено" под захоронение или сжигание отходов (владельцы полигонов этим очень довольны). А вот отрасль переработчиков практически не развивается, механизм РОП практически не используется. (Концепция Расширенной ответственности производителя —​ прим. редакции). Раздельный сбор в ТСЖ региональным операторам тоже не выгоден. Им объем отходов нужен, да как можно больше, да тариф пожирнее. А там, глядишь, федеральный бюджет еще с десяток миллиардов подкинет на закупку мусорных контейнеров. Ну а оплачивать весь этот "мусорный банкет" приходится населению. Конечно, такая политика провоцирует недовольство и социальные протесты. Мусор последнее время стал не только экологической, но политической проблемой.

— Сейчас многие бояться "чипирования", вакцины против коронавируса, тотального контроля со стороны правительства… Некоторые уходят жить в леса в ожидании Конца света. Чего ожидаете вы?

— Я не сторонник теории всемирного заговора, но в цифровой концлагерь попасть не хочу.

— Какой регион России вы бы назвали самым загрязненным, а где дышится легко?

— Я бы отметил несколько более-менее "чистых" российских регионов: Крым (территория Украины, аннексированная Россией — прим. редакции), Сахалин, Байкал, Печора, дельта Волги… А вообще дышится легко там, где нас сейчас нет!

Бойтесь равнодушия — оно убивает. Хотите сообщить новость или связаться нами? Пишите нам в WhatsApp. А еще подписывайтесь на наш канал в Telegram.

  • 16x9 Image

    екатерина лушникова

    Корреспондент "Idel.Реалии" в Кирове. Сотрудничает с Радио Свободная Европа / Радио Свобода с 2004 года. 

    Родилась в Екатеринбурге. Закончила факультет религиоведения ВСЭИ в Кирове. Сотрудничала с "Радио России", общероссийской газетой "Версты" и другими российскими и зарубежными СМИ. Лауреат стипендии имени Петра Вайля за 2011 год.

XS
SM
MD
LG