Ссылки для упрощенного доступа

"Меня зовут Ильгиз — и я не террорист". Последние слова "Уфимской двадцатки"


21 сентября в Верховном суде РФ с последним словом выступит Ринат Нурлыгаянов, осуждённый на 24 года лишения свободы с отбыванием в колонии строгого режима. Ожидается, что после этого суд вынесет решение по апелляционной жалобе на приговор по делу "Уфимской двадцатки". Остальные фигуранты дела "Уфимской двадцатки", которых обвиняют в причастности к запрещенной в России организации "Хизб ут-Тахрир", выступили на прошлой неделе.

У многих подсудимых дома остались жены с детьми, с которыми они не виделись уже около шести лет. Многие из них многодетные отцы, как, например, Ахметов Радик, осужденный на 21 год лишения свободы с отбыванием в колонии строгого режима.

— Я приучаю старшего ребенка к тому, что ему первому придется работать в семье, я подвожу его к тому, чтобы он начал об этом думать. Может он что-то налаживать начнет, потому что дома постоянно что-то ломается. Кого им звать на помощь, когда их отец в тюрьме. И нет свиданий, нет телефонных разговоров. Все, что есть, это письма, которые не знаю, доходят или не доходят. Приходится писать письма, чтобы чуть-чуть дать какие-то наставления детям. Об этом думают все обвиняемые, у кого есть дети. При живых родителях дети — сироты. Мой младший сын даже не знает, как с папой разговаривать, кто такой папа. Главное, что надо детям — их надо любить, надо с ними играть, вот, что запоминается. Я каждый раз с ними на санках катался, мы в догонялки играли, в прятки играли. Учил их всему, что надо старшего брата уважать, младшему помогать, слушать маму, здороваться с соседями, помогать соседям. Они это видели, поэтому у меня такая хорошая характеристика. 17 соседей подписали, включая заслуженную артистку Башкортостана Галию Султанову, которая меня знает с детства, —​ сказал Ахметов, выступая с последним словом.

Галямов Рустям, приговорённый к 22 годам лишения свободы с отбыванием в колонии строгого режима:

Приговор будет утвержден судом, нас отправят в другие регионы, кто-то поедет за 1000 км, кто-то за 2000 км от своих семей

— Главное, что я хотел сказать, что я не являюсь террористом, я не являюсь преступником. И то, что мне инкриминируется как участие в террористических организациях — к этому отношения я не имею. У меня тоже есть дети, у меня есть семья. За шесть лет я не смог обнять своих детей, свою жену, своих родителей. Сейчас такая ситуация, когда приговор будет утвержден судом, нас отправят в другие регионы, кто-то поедет за 1000 км, кто-то за 2000 км от своих семей. И в этой ситуации у них не будет возможности увидеть нас, потому что ехать за 2000 км — это требует больших денег, огромных сил. И нам не дают разрешения на свидания. Я получал, но это было через бронированное стекло, через телефон, это нельзя назвать свиданием. Но мои неоднократные просьбы о предоставлении длительного свидания, чтобы хотя бы обнять своих родственников, не были удовлетворены. Я бы хотел обратиться с просьбой, чтобы мне предоставили длительное свидание, пока я нахожусь в Башкортостане.

Максутов Ратмир, осужденный на 10 лет лишения свободы с отбыванием в колонии строгого режима:

Этой исторической несправедливости будет дана должная оценка

— Благодарю адвокатов, правозащитников, журналистов, родственников, всех, кто пристально следил за делом так называемой "Уфимской двадцатки", посещал суды, сопереживал, оказывал посильную помощь. Надеюсь, в ваших сердцах мы уже оправданы, надеюсь, что суд примет адекватное решение. Моя честь, честь других осужденных, религиозные права будут восстановлены. Этой исторической несправедливости будет дана должная оценка. Да, именно историческая несправедливость. Ведь сегодня по подобным делам в мрачных серых стенах, без состава преступления томятся более 300 молодых парней. 1000 людей остались без своих близких, которые были для них опорой и надеждой, сотни детей растут без отцов, а семьи оставлены без средств к существованию. Поймут ли это дети? Данное уголовное дело, я надеюсь найдет отклик у людей, неравнодушных к будущему своей страны, найдет отклик у суда. Ведь у половины осужденных, находящихся перед вами на скамье подсудимых, сроки заключения приближены к пожизненному лишению свободы.

Гималетдинов Ильгиз, приговоренный к 14 годам лишения свободы с отбыванием в колонии строгого режима:

— Я всегда был противником любых террористических проявлений, всегда осуждал подобные действия. И это не голословно. В деле есть сообщение муфтия центрального духовного управления мусульман России Талгата Таджуддина о том, что я принимал активное участие в мероприятиях по борьбе с экстремизмом. Меня зовут Ильгиз — и я не террорист.

Салимов Артур, осужденный на 22 года лишения свободы с отбыванием в колонии строгого режима

— С 2011 года я начал посещать мечеть. В уголовном деле есть характеристика имама данной мечети, где говорится, что я посещал мечеть ежедневно, никакими радикальными взглядами не отличался, никого ни к чему не призывал. Также в деле есть положительные характеристики с места учеба, службы и работы. Я никогда, ни в отношении кого насильственных действий не совершал, не планировал совершать, никаких проблем с законом не было. Я был осужден судом первой инстанции по политически мотивированному уголовному делу и приговорен к такому огромному сроку лишения свободы.

Якупов Урал, приговоренный к 13 годам лишения свободы с отбыванием в колонии строгого режима:

— На самом деле сказать и даже прокричать хочется многое, и многое просто не выразить словами. За это время мы многое пережили. Полтора года назад у меня скоропостижно скончался отец. Когда меня задержали, многие отвернулись от "врага народа", заживо похоронили меня, забыли. Только мать, отец и жена были рядом — в эти тяжелые для меня минуты. И вот один из немногих, которому я был дорог, который мне был дорог, покинул этот мир, не попрощавшись со мной. Было больно и обидно, что я не смог быть на похоронах своего отца, хотя закон позволяет это, но кто же отпустит хотя бы на минуту проститься с отцом такого "врага народа". Но я приобрел дорогую и любимую женщину, которая стала моей супругой. И вновь было обидно, что нам, как молодоженам, не предоставили свидания. От всего сердца хочу поблагодарить неравнодушных людей, которые не остались в стороне от этой беды. Как говорил один из мудрецов, иллюзия имеет своих сторонников, имеет своих сторонников и правда. Если в обществе начнет преобладать иллюзия, правде нелегко будет снова занять господствующее положение. Я глубоко надеюсь, что правда и справедливость восторжествуют.

Тагиров Ирек, приговоренный к 14 годам лишения свободы с отбыванием в колонии строгого режима:

— В Европейском суде по правам человека вынесено решение в отношении меня о нарушении статьи 5 конвенции, принята жалоба по статье 3, которая называется о пресечении пыток по обстоятельствам, произошедшим во время судебного процесса в приволжском окружном военном суде. Хочу также отметить, что правозащитными организациями я и другие осужденные признаны политзаключенными. При уполномоченном по правам человека в России Москальковой Татьяны создана рабочая группа по решению проблемы о привлечении к уголовной ответственности и осуждению на огромные сроки заключения по делам запрещенной в России группы "Хизб ут-Тахрир".

Фигуранты дела обвиняются в участии в запрещенной в России организации и приговорены к большим срокам лишения свободы — от 10 до 24 лет.

На прошлой неделе на прямой видеоконференцсвязи с залом суда была также адвокат Каринна Москаленко из Страсбурга, которая представляет интересы осуждённых по делу "Уфимской двадцатки" в Европейском суде по правам человека. В перерыве она обратилась к своим подзащитным со словами поддержки.

— Очень хочется надеяться, что этот суд не останется глух ко всему, что мы сегодня говорим. Друзья мои, вам сейчас очень тяжело. Настольно, насколько может быть тяжело людям, потерявшим из своего дома своих близких, своих детей. Ребятам в камерах в СИЗО очень тяжело, тяжелее, чем всем нам. Вы убеждены в своей невиновности. Наша задача — простыми словами, человеческими чувствами убедить суд. Потому что даже то пресловутое решение Верховного Суда от 14 февраля 2014 года — это судебная практика, она может меняться. Сегодня она такая, а завтра она может быть другая. Как можно заставлять страдать так много людей — двадцатку, десятку, еще одну десятку, шестерку, восьмёрку, как можно заставлять страдать людей, близких, детей, родителей, пока мы проводим наши баталии на юридическом фронте. Для меня это просто несовместимо с человечностью.

Правозащитный центр "Мемориал" признал всех осуждённых за участие в запрещенной в России организации "Хизб ут-Тахрир" политическими заключёнными.

Общественный защитник Миляуша Нурлыгаянова, мать осужденного Рината Нурлыгаянова, сказала "Idel.Реалии", что следствие и судебные процессы первой инстанции проходят со множеством нарушений.

Бойтесь равнодушия — оно убивает. Хотите сообщить новость или связаться нами? Пишите нам в WhatsApp. А еще подписывайтесь на наш канал в Telegram.

Комментарии (30)

Комментирование закрыто. Если вы хотите оставить комментарий к этой статье, напишите нам на idelreal@rferl.org
XS
SM
MD
LG