Ссылки для упрощенного доступа

"Подошел к пограничнику и сказал "Азюль". Сторонник Навального из Балаково попросил политическое убежище в Польше


Данила Бузанов

Экс-координатор признанного экстремистским и запрещённого штаба Навального в Балаково (Саратовская область) Данила Бузанов, покинувший Россию в октябре этого года, попросил политическое убежище в Польше. После вынужденного отъезда из страны он около месяца находился в Грузии. В интервью "Idel.Реалии" активист рассказал об обстоятельствах, которые вынудили его стать политэмигрантом.

Данила Бузанов трижды арестовывали за участие в акциях в поддержку Алексея Навального. В спецприемнике оппозиционер объявлял голодовку.

В 2019 году домой к Бузанову приходили с обыском. Тогда же у активиста арестовали банковский счёт. В октябре 2021 года к нему на работу приходили оперативники МВД, а его друга Владимира Нечаева задержали в Санкт-Петербурге и увезли в Балаково, сделав обвиняемым по "санитарному делу". После этого Бузанов уехал в Грузию и находился там около месяца.

— Как давно вы находитесь в Польше?

— С 12 ноября.

— Почему именно Польша?

— Я не считаю Грузию безопасной страной из-за политической обстановки там: сидит в тюрьме главный оппозиционер (Михаил Саакашвили — "Idel.Реалии"), туда не пустили [соратницу Алексея Навального] Любовь Соболь, туда не пустили [украинского журналиста] Дмитрия Гордона, сторонника Саакашвили, там преследовали Наримана Османова (бывший заключённый колонии в Покрове, который отбывал наказание вместе с Алексеем Навальным; он рассказал журналистам об издевательствах над политиком — "Idel.Реалии"). Там сейчас просто не та власть, которая может хотя бы ситуацию в своей стране контролировать. Поэтому я не считаю нахождение там безопасным и уехал в более безопасную страну. Польшу я просто люблю, и у меня нет сомнения в том, что Польша максимально ответственно подходит к вопросу охраны своих граждан и своих границ.

— Как вы запросили убежище?

— Я просто подошел к пограничнику и сказал: "Азюль" (слово, обозначающее политическое убежище — "Idel.Реалии"). Это слово, мне кажется, понимают абсолютно все пограничники. Меня попросили подождать, потом пришёл переводчик и компетентный сотрудник. Мы заполнили заявление, затем у меня был карантин 10 дней — он был в детском лагере. Там бесплатно кормили. Когда карантин закончился, меня из него выпустили, я самостоятельно поехал в лагерь для беженцев, который находится под Варшавой, и остался там примерно на неделю, а затем я уехал… ну, во что-то типа хостела.

— А что могло быть, если бы вы остались в России?

— Ну, как минимум, я был бы подозреваемым по фейковому делу. Я был бы заперт в городе, где нечем заниматься, особенно мне. Надо понимать, что Балаково — город небольшой, меня там все знают, и вряд ли какой-то работодатель захочет какие-то проблемы [связанные] со мной иметь. Поэтому мне вдвойне проблематично. Ну, и просто город маленький, депрессивный — вся молодёжь из него уезжает. И, конечно же, находясь под этим уголовным делом, я бы мог получить реальный срок, либо мог быть под угрозой того, что привлекут по ещё какому-нибудь уголовному делу — экстремизм и так далее. Вот у меня, например, было три административных дела, могли четвертое завести — и тут же "дадинская" статья (ст. 212.1 УК РФ — "неоднократное нарушение установленного порядка организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования" — "Idel.Реалии"). Всегда можно за что-то привлечь — за посты, где, я не знаю, Путина обозвал, или что-то подобное. Если захотеть, можно придумать даже не одну ещё статью.


— А как вы узнали, что вам угрожают уголовным преследованием?

— У меня есть ответы прокуратуры, я туда писал жалобы на то, что меня хотели похитить с работы. Они ответили, мол, ничего подобного, всё в рамках закона, вас хотели доставить по такому-то делу. Из-за того, что доставили моего друга (Владимира Нечаева — "Idel.Реалии") в полицию, у нас есть адвокат, у него есть материалы уголовного дела. Ну и, конечно, информация о том, что мы находимся в розыске, — абсолютно открытая. Можно на сайте МВД найти карточку — и мою, и друга.

— Чем вы сейчас занимаетесь в Польше?

— Сейчас учу язык, работать, к сожалению, не могу. Жду решение по политическому убежищу. Его нужно ждать до шести месяцев.

— Есть какие-то политические планы? Хотите продолжить политическую деятельность?

— Планирую жить, работать, помочь себе. Выучу язык, найду работу. И, конечно же, дальше буду что-то продолжать. Не знаю — может быть, какой-то проект создам, может, вольюсь в какой-то проект. Очевидно, что мне интересно… Из-за того, что я переехал, моя заинтересованность тем, что происходит в стране, ни капли не уменьшилась. Я не нахожу ни одной причины, почему я должен всё это бросать. Я знаю, что меня в городе и области знают. И я бы дальше хотел заниматься своей деятельностью — хотя бы вот так, удалённо.

64% россиян, эмигрировавших из России, назвали причиной отъезда поиски безопасной среды. 54% упомянули политическую ситуацию, 51% — заботу о будущем своих детей. Таковы данные исследования, проведённого изданием "Такие дела" вместе с командой независимых исследователей.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram.

Комментарии (3)

XS
SM
MD
LG