Ссылки для упрощенного доступа

"Я не хочу жить в Татарстане!"


"Реальные люди 2.0": Зайтуна Короткова
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:31:05 0:00

Зеленодольский городской суд постановил выселить 68-летнюю пенсионерку Зайтуну Короткову из единственного жилья в историческом квартале "Полукамушки". Взамен пенсионерке предлагают около 400 тысяч рублей за ее квартиру в 35 квадратных метров и жилье в новостройке площадью в 18 квадратных метров — в соципотеку. Кроме того, в Вахитовском суде Казани женщину привлекают к административной отвественности за нарушение порядка проведения митинга​. На первомайской акции "Коммунистов России" Короткова раскритиковала власть, рассказывая о программе переселения из аварийного жилья в Татарстане. Видео ее выступления собрало в различных соцсетях миллионы просмотров.

Как живет аварийщица сегодня, что она думает о политике властей и почему больше не хочет жить в Татарстане — в ее интервью "Idel.Реалии".

О ВЫСЕЛЕНИИ И ЭКСПЕРТИЗЕ ДОМА

— Наш суд проходил ровно три часа. Решение суда вступит в силу через пять дней и в течение месяца меня снимут с регистрационного учета, то есть я здесь уже буду не прописана. Мне никакого жилья не выделили. До этого, конечно, [руководитель департамента жилищной политики Зеленодольска] Нияз Мингазов приносил соглашение о предоставлении мне квартиры в Доме ветеранов в 16 квадратных метров на первом этаже.

По решению властей проводили строительную экспертизу судебную. Она показала, что мой дом аварийный только на 22%. Я не сама проводила, это было по решению суда. <…> Экспертиза проводилась в полном объеме: начинали с чердака, с железа, пробивали все стены, вскрывали полы, лазали в подпол, даже влажность грунта измеряли. Это был июль 2018 года. Экспертиза признала дом неаварийным — 22% износа.

На суде наши [власти] сразу отказались: "Как это так, не может быть, вы все равно аварийщики, земля продана". Они говорят, что дома признали аварийными еще в 2017 году. А в 2017 году не проводили никакую экспертизу, даже суда не было. Я даже сама не знала.

Мой адвокат пошел туда, поднял дело и говорит: "У вас уже суд был заочно". Меня заочно провели и как бы лишили [квартиры]. Мы писали, конечно, жалобу, суд шел по новой. А раз экспертизы нет, они сослались на эту межведомственную комиссию по фотографиям. <…> Еще была экспертиза по распоряжению Рустама Минниханова в 2016 году. <...> Татгражданпроект проводил экспертизу 26 домов. Постановили работоспособность здания.

Я начала судиться в 2016 году. На протяжении такого времени ничего не пробивается.

О ВИЗИТЕ МИННИХАНОВА И СУДАХ

— Это было 13 июня. У мусульман была ураза, пост. Очень много гостей приехало из Иркутска, из Москвы. Здесь были урбанисты, корреспондентов было очень много, гостей. Рустама Нургалиевича я тут чаем угощала, был глава наш [Александр] Тыгин. [Минниханов] посмотрел и говорит: "Это неаварийный дом, если только пристрой". А я говорю: "А пристрой в нашу собственность не входит, это считается подъездным помещением". Он ответил: "Если там требуется ремонт, я обязательно выделю [средства]". У них получился разговор. Тыгин говорил, что на реставрацию [нужно] от восьми до десяти миллионов, а он [Минниханов], что за такие деньги можно и новое жилье построить.

Я на эти деньги вообще ничего не могу купить: ни общежитие, ни барак

У меня ровно три мешка макулатуры (документов с судебных заседаний — "Idel.Реалии") при выходе. Я все сохранила. Это можно, я даже не знаю. Целую библиотеку книг можно написать. Это сколько ксерокопий, сколько трудов. У меня четвертый адвокат (речь идет о юристе, представителе в суде — "Idel.Реалии") сейчас. Сколько денег ушло, сколько я ездила, сколько говорила. С кем я только не обсуждала. Я на почве этих переездов-заездов вся слегла. Я сейчас превратилась в рухлядь. Я каждый день горстями пью [таблетки]. У меня столько много болячек. В 2017 году я даже оперировалась, у меня на ноге протез. С тех пор все такое творится. В 2018 году в ноябре месяце суд я здесь выиграла, дом неаварийный.

Мы 90 лет отработали с мужем, а сейчас я должна подарить Тыгину свое неаварийное жилье и уйти к кому-то?

Наши [власти] подали в Верховный суд. Они уже говорили [на апелляции, что дома признаны аварийными] от 2011 года. Как будто я уже семь лет знала о том, что у меня дом аварийный. Понимаете? Как же так, в декабре 2011 года 31 декабря 314 домов признали аварийными. Никому ничего не говорили. Мы же ничего не знали до тех пор, пока я не получила требования от 29 апреля 2015 года. А сейчас я подала в суд в 2018 году в январе, а они мне говорят: "Ты еще три года назад суд пропустила". Я говорю: "Смотрите, январь и апрель. У нас четыре месяца разница, я никак не пропустила срок". <...> [Официально] считается, что мы вошли в программу в 2012 году. По идее мы должны были получать метр в метр.

За весь дом, за 35,5 квадратных метров [мне предложили] 389 тысяч денег. Я на эти деньги вообще ничего не могу купить: ни общежитие, ни барак. Вообще ноль. У меня 14 тысяч пенсия. Я должна коммунальные платить и еще ипотеку? Они как начали жечь, выселять, выгонять, на ипотеку, угрозами кто и сам сбежал, кому плохо стало.

У меня соседка Наталья умерла, муж сейчас получил инсульт. В таком состоянии мы и живем. 81 год, но его тоже выгоняют, ничего не дают.

О ПЕРЕСЕЛЕНИИ И АДМИНИСТРАТИВНОМ ДЕЛЕ

— Этот человек, Тыгин Александр Васильевич, не сдержал слово. Перед такой аудиторией, народом, гостями, перед телевидением. Смеются над нами, в глаза смеются. Если уж вы не можете, скажите: "Мы вам не дадим, сюда вы не ходите". Начиная с мая 2016 года и по сегодняшний день, у нас шел судебный процесс. В течение пяти дней я получу решение суда и в течение месяца меня выселят, снимут с регистрационного учета. Идти мне некуда. Жить мне негде.

Я к детям никак не могу. У меня зять сейчас старше меня на четыре года, ему 72. Почему я должна к нему прийти, сесть за стол и сказать: "Корми меня и обслуживай". Выходит так? У дочери своя другая семья, ну них девочке сейчас 15 лет. Почему я должна к ним сесть? А где мои труды? Мы 90 лет отработали с мужем, а сейчас я должна подарить Тыгину свое неаварийное жилье и уйти к кому-то? Зачем? За что? Это что 1937 год? В 37-ом году говорили враг народа и расстреливали. Ну расстреляйте вы меня.

10 июля в 21:42 на мой телефон позвонили и говорят: "Мы из полиции Вахитовского района на счет первомайских демонстрационных митинга, мероприятий". Я сказала, что ничего особенного я не сказала.

В предыдущие дни, 25 июня, меня вызывали сначала в прокуратуру. <...> Я начала рассказывать про свое аварийное жилье, а мне говорят: "Апа, мы не по этому поводу. Вы негативно отзывались о Путине". Я говорю: "Я негативно не отзывалась. Я просто сказала — "не руководитель". 20 июня все 4,5 часа я с открытым ртом слушала Путина. Думала, может быть, наш вопрос решат. Не решили и даже не думали во внимание брать.

Я открыла расчетный счет о помощи. Может быть, мне хоть кто-то рублем поможет. Может быть, я смогу купить старую хрущевку. Даже после бомжей, после пожара, даже после туберкулезника я куплю. Я буду драить, чистить, мыть. Я законопослушный человек, отмою.

О ВЛАСТИ И О БУДУЩЕМ

— Мы никогда не ругали власть и всегда надеялись, что построим коммунизм, все будет. Действительно в то самое тяжелое время, <...> мы никогда не ругали власть. Это были послевоенные, тяжелые годы. Сразу все не восстановишь. Мы все думали завтра-завтра-завтра. А сейчас в магазине есть все, но купить нельзя.

Сегодня я пришла к такому выводу, я вообще в Татарстане жить не хочу. Я, наверное, если что, перееду в Волжск

Сейчас я власть ругаю. Дали этим мародерам, они украли у государства все, вывезли за границу. Почему они везут туда, открывают какие-то предприятия, ездят на многомиллионных машинах, дом — не дом, коттедж — не коттедж, квартира. Да почему так много?

Сейчас простому рабочему, конечно, ничего не доступно. Но забрать последнее жилье, выбросить на улицу, это я не знаю. Я даже не знаю, к кому мне сейчас пойти. К кому? Почему я должна идти куда-то, когда есть оно у меня? Почему у меня кто-то должен это забрать? Я хочу задать вопрос: " За что и почему?" <...> Забрали у меня 35 метров, так дайте эти же 35 метров. Мне не надо где-то чего-то. А почему я должна отдать и уйти в никуда? Это же незаконно.

Сегодня я пришла к такому выводу, я вообще в Татарстане жить не хочу. Я, наверное, если что, перееду в Волжск. Там можно за 600-800, говорят, купить однокомнатную квартиру. Я вчера с одной аварийщицей разговаривала. Спросила, где они [сейчас]. Она сказала, что они купили однокомнатную квартиру в Волжске. У нас дорого. Всю жизнь я прождала, надеясь на светлое будущее.

Я буду продолжать судиться до конца. Я еще не прошла апелляцию и кассацию в Казани, потом я буду подавать в Верховный суд России, а потом буду подавать в ЕСПЧ. <...> Мне некуда больше идти. Сейчас через месяц пойдут дожди, наступит осень, лето сменится. Жить на улице, я не знаю. Буду бороться. Все равно, я думаю, правда, должна восторжествовать.

Бойтесь равнодушия — оно убивает. Подписывайтесь на наш канал в Telegram.

Комментарии (209)

XS
SM
MD
LG