Ссылки для упрощенного доступа

Рафаэль Хакимов: "Москве лишь бы грабить и отнимать"


Конституция Татарстана подверглась изменениям, но нет сожалений о чем-то нереализованном, говорит Рафаэль Хакимов. Он рассказал Радио Азатлык, почему в 1990-х годах Татарстан не стал браться за массовое возвращение татар из других регионов.

6 ноября 1992 года Татарстан принял свою Конституцию. В течение 27 лет основной закон республики подвергался разного рода нападкам. В 2000-х годах, после прихода к власти Путина, Конституцию привели в соответствие с законами России, при этом основополагающие статьи из нее были исключены. Как принимали основной закон Татарстана, в какой степени он работает сегодня? Почему руководство РТ было против массового возвращения татар в республику из других регионов? И какая опасность грозит Конституции РТ в случае, если будет изменена Конституция РФ?

Отношения между центром и нашей республикой строятся на основе Договора о разграничении полномочий


Политолог, историк, в 1991-2008 годах — советник президента Татарстана по вопросам политики Рафаэль Хакимов в интервью Радио Азатлык рассказал, как в 90-е годы руководство Татарстана не стало браться за массовое возвращение татар из регионов.

— Подготовка к принятию Конституции в Татарстане велась два года. Что было самым сложным в этой работе, и какую статью вы назвали бы самой важной для вас?

— После объявления суверенитета Татарстана мы должны были это закрепить законодательно. Москве это не особо нравилось. На тот момент Конституция самой России была старой. Они потом тоже приняли свой Основной закон, правда, на год позже нас – в 1993 году. Это мы тоже учитывали. Что касается того, какую статью я считаю самой дорогой для себя — думаю, что это статья первая, где говорится о статусе Татарстана и о том, что отношения между центром и нашей республикой строятся на основе Договора о разграничении полномочий.

— Сейчас Договора нет. Но статья о нем в Конституции РТ осталась. Здесь не появляется правовое противоречие?

Бавария, например, независимое государство, однако по Конституции она входит в состав Германии


— Законы в России — по-своему, а жизнь идет по-своему. Поэтому удивляться не надо. В других странах подобное тоже встречается. Бавария, например,​ независимое государство, однако по Конституции она входит в состав Германии.

— Эксперты считают, что принятая в 1992 году Конституция Татарстана напоминает конституцию независимого государства. Как отнеслась Москва к такой инициативе региона?

— Главный вопрос был в том, как мы видим отношения с центром. Москва писала свою Конституцию, она хотела всё подвести к какому-то единому порядку. Им, конечно, не понравилось, что мы ведем такую работу. Потом нам пришлось ходить по судам.

— Звучали предложения убрать ту часть Конституции РТ, где говорится о Договоре.

— Я считаю, что эта часть о Договоре должна сохраниться. Сейчас Москва успокоилась. Сейчас им самим не особо хорошо. Неизвестно, как им удастся выйти из сложившейся ситуации, как они разберутся со всеми этими проблемами.

— В 2000-х годах Конституцию Татарстана привели в соответствие с законами РФ, многие статьи и положения в документе были изменены или исключены. Нет у вас ощущения потери чего-то важного, нет сожаления?

— Особых сожалений нет. Татарстан живет, обеспечивает себя, мы сами строим свою экономику. Было бы хорошо, если бы удалось сократить объем налоговых отчислений в центр.

— Но как раз наоборот — сейчас доли Татарстана в налоговых доходах стало еще меньше.

Было бы хорошо, если бы удалось сократить объем налоговых отчислений в центр


— Мы и к этому сегодня уже привыкли. Если объемы отчислений в центр не увеличатся — мы и этому рады. Москве лишь бы грабить и отнимать.

— Вам не кажется, что в те годы, когда Конституцию Татарстана по требованию Москвы "приводили в соответствие", республика должна была бороться за нее, как боролась за суверенитет в 90-е годы?

— Мы сопротивлялись, но это была уже другая борьба. Не митингами, а путем переговоров с центром. Эти отношения не были легкими. Я тоже прикладывал усилия, однако обстоятельства уже складывались по-другому. А потом Татарстан остался в одиночестве. В одиночку, только собственными силами с Москвой тягаться тяжело. Прежде были Башкортостан, Якутия и еще несколько субъектов РФ. Но они все отошли, Татарстан остался один.

— Время от времени появляются предположения о том, что Конституция России тоже может быть изменена. Например, в нее могут внести поправки, чтобы Путин смог подлить свой президентские полномочия. Чем может грозить Конституции Татарстана подобный поворот событий, она может как-то пострадать?

— Видно будет. Сейчас политика идет даже не от законов, а от экономики. Кто сейчас опора и поддержка для Москвы? Это сама Москва и всё-таки Татарстан. Какой еще субъект России демонстрирует экономический рост? Таких особо не видно. Если и Татарстан не будет поддержкой, то что Москва будет делать?

— Конституция России может быть изменена?

В одиночку, только собственными силами с Москвой тягаться тяжело. Прежде были Башкортостан, Якутия и еще несколько субъектов РФ. Но они все отошли, Татарстан остался один.


— Может. Но от этого Россия ведь не меняется. Изменится Конституция, или нет — Татарстан всё равно продолжает развиваться и идет вперед.

— Татарстан на основе своей Конституции оказывает помощь татарам в регионах. В последнее время нередко звучит критика — эта помощь начинает сводиться к проведению Сабантуев.

— Сабантуй — это тоже возможность для развития связей, реализации каких-то проектов. Например, в экономике — проводятся разные форумы. По мне, то работать можно было бы и более эффективно. Возможность ведь есть. Здесь многое зависит от активности руководителей местных татарских общественных организаций. Татарский конгресс увлекся Сабантуями. Я тоже по этому поводу их критиковал. Как это изменить? Сегодня нужно новое видение. Сказал бы я, что нужен новый человек — но такой уже был избран (председатель "Милли шура" Василь Шайхразиев — ред.), однако и Закиров вроде неплохо работал. Хотели принять Стратегию развития татарского народа, но эта работа тоже приостановилась. Похоже, решить без Рустама Минниханова не получится.

— Как вы считаете, какого рода помощь должна быть оказана республикой татарам в регионах?

У каждого министра заместитель должен заниматься только татарским вопросом. То есть он утром приходит на работу и думает только о татарах.


— Я бы сказал, что во многих областях помощь и не нужна. Можно для единения татар укреплять экономические отношения с татарами. В свое время я предлагал: у каждого министра заместитель должен заниматься только татарским вопросом. То есть он утром приходит на работу и думает только о татарах. Мне кажется, было бы неплохо, если так сделаем.

— Предложение не было реализовано, почему?

— Сейчас я уже не знаю, почему. Я ведь работаю в Институте истории.

— Национальное образование — это такая болезненная тема для Татарстана, ее теперь лишний раз стараются не затрагивать. Есть ощущение напряженности. Недавно в Башкортостане акция "Татарский диктант" обернулась огромным скандалом. Вам не кажется, что Татарстан теряет свои позиции?

— Я думаю, что Татарстан сегодня ищет новые направления в национальном образовании. Например, Минтимер Шаймиев такие пути находит. Он говорит, что нужны гимназии с тремя языками обучения. Одна из школ в Казани уже переходит в такой формат. Там новый подход, новое видение.

— Какие у руководства Татарстана в 90-е годы были планы по возвращению татар из других регионов?

— Некоторым оказывали финансовую помощь. Заселяли в пустующие деревни. И село подняли, и татарам помогли. Помогли с местом, где они могли обосноваться, работой. Брали на себя их расходы на дорогу. К примеру, отправляешь в какой-то регион автобус, татар приезжает больше. То есть, если будет создана дорожная, транспортная инфраструктура, то татары в Казань и Татарстан приезжали бы массово. И сейчас это можно видеть. Потом, большинство татар в регионах — это интеллигенция. Им не подходит работа в деревне. А в городе и так работу найти нелегко.

В то время мы были осторожны. Шаймиев тогда сказал так: если все татары захотят вернуться, что мы тут будем делать? Куда их девать? Где им работу найдешь? Им ведь как-то надо жить. Татар в других регионах – несколько миллионов.

— Двум братьям из китайской провинции Синьдзян КНР Шахризаду и Шахдияру, приехавшим в Казань учиться, грозит депортация. Они не хотят возвращаться, на родине их ожидают воспитательные лагеря. Чем можно помочь татарам, оказавшимся в такой ситуации?

Шаймиев тогда сказал так: если все татары захотят вернуться, что мы тут будем делать?


— Надо помочь, выдав им миграционную визу.

— Возвращаясь к теме Конституции Татарстана — само руководство республики не соблюдает основной закон — в той части, где говорится о государственном статусе татарского языка. Сами же государственные учреждения отвергают татарский язык.

— Если искать только недостатки, то я тоже могу их перечислять. Давайте видеть хорошее. Татарстан еще есть, республика живет, ее Конституция действует. Мы сегодня зажаты в политических обстоятельствах, есть ограничения, выше прыгнуть не можем. Татарстан существует на политическом поле России и вынужден играть в его игры. Недаром говорят, что политика — искусство возможностей.

Мы можем гордиться, что есть Республика Татарстан, у нее есть Конституция. Да, ее сократили, ее искромсали, но Конституция пока есть и в некоторых вопросах мы все еще можем на нее опираться.

Оригинал публикации: Радио Азатлык

Какой президент вам ближе: Минниханов или Путин?
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:04:47 0:00

Бойтесь равнодушия — оно убивает.​ Подписывайтесь на наш канал в Telegram.

Комментарии (206)

Комментирование закрыто. Если вы хотите оставить комментарий к этой статье, напишите нам на idelreal@rferl.org
XS
SM
MD
LG