Ссылки для упрощенного доступа

Преследование "Башкорта" переросло в "кармаскалинское" дело


Ильнар Галин, Фаиль Алсынов, Руслан Габбасов, экс-лидеры признанной в России экстремистской организации "Башкорт".

В январе нынешнего года кассационный суд в Самаре оставил без удовлетворения жалобу национальной организации "Башкорт" на признание ее экстремистcкой и запрете ее деятельность. В том же месяце башкирские силовики произвели задержания активистов, участвовавших в ноябрьском инциденте в Кармаскалах. Четверо из них арестованы, им предъявлены обвинения в хулиганстве и незаконном хранении оружия. Экс-активисты "Башкорта" считают, что уголовное преследование грозит и лидерам запрещенной организации, поскольку, по их мнению, власти и силовики решили окончательно расправиться с независимой национальной организацией. О том, что же произошло осенью в Кармаскалах, почему преследуют "Башкорт" и как сейчас разворачивается "кармаскалинское дело" "Idel.Реалии" поговорили с бывшими лидерами запрещенной организации Фаилем Алсыновым, Русланом Габбасовым и Ильнаром Галиным.

"НАШ РУХ, НАШИ УБЕЖДЕНИЯ ОСТАЮТСЯ НЕИЗМЕННЫМИ"

— Январская кассация оставила в силе решение о признании "Башкорта" экстремистской организацией и запрете его деятельности. Вы ожидали такого исхода или все же надеялись на лучшее?

Ильнар Галин: — Как говорится, надежда умирает последней. Но в целом, мы ожидали такого решения. Наш адвокат Станислав Селезнев ходатайствовал об отложении процесса, но суд эту просьбу отклонил. Теперь в российской судебной системе осталась последняя инстанция, куда мы можем еще обратиться — Верховный суд РФ. Но сейчас мы уже можем одновременно подать жалобу и в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ). Что мы и намерены сделать, поскольку надежды на российские суды нет.

После вступления в силу поправок к Конституции РФ о приоритете российского права над международным особой сейчас надежды нет и на ЕСПЧ

Руслан Габбасов: — Собственно, после вступления в силу поправок к Конституции РФ о приоритете российского права над международным особой сейчас надежды нет и на ЕСПЧ. Возможно, положительное решение ЕСПЧ обретет обязательную силу для России только тогда, когда здесь сменится политический режим, будет создано демократическое правительство, которое отменит все эти драконовские законы и поправки. Вот, возможно, тогда в отношении нас восстановят справедливость.

Добавлю, что независимые национальные организации в республиках сейчас признают экстремистскими и запрещают, по всей России. Последний пример: процесс по запрету старейшей национальной организации в Татарстане — Всетатарского общественного центра (ВТОЦ). Я так думаю, что из национальных организаций власти хотят оставить лишь лояльные к ним и носящие характер таких, лубочных, которые будут говорить, в лучшем случае, лишь о культуре. Вот, как у нас Всемирный курултай башкир. О реальных проблемах, о соблюдении прав народов, о суверенитете они говорить не будут.

— Чем теперь будут заниматься активисты "Башкорта"? У вас у всех была и есть провозглашенная ранее миссия — защита интересов башкирского народа, борьба за лучшую, достойную и безопасную жизнь в республике. Организацию закрыли, но ведь миссия остается?

Руслан Габбасов: — Конечно, решение о признании нашей организации экстремистской и ее запрете во многом связало нам руки. Сейчас что-то делать в рамках какой-то единой организации очень сложно. Если взамен "Башкорта" создавать новую организацию, то, как нас предупреждают юристы, это может повлечь новые репрессии в отношении нас и других активистов. Такой прецедент уже был: когда ликвидировали в судебном порядке "Национал-большевистскую партию" Эдуарда Лимонова, ее активисты продолжили свою деятельность в рамках новой организации "Другая Россия" и подверглись за это уголовному преследованию. Но мы можем в личном качестве, как рядовые активисты, как граждане, работать и осуществлять нашу миссию по защите интересов башкирского народа в рамках других организаций, не созданных нами. Можем помогать им советом, делиться своим опытом.

Фаиль Алсынов: — Конечно, и рух (дух) наш, и цели наши остаются неизменными. Разумеется, мы хотим сохраниться, чтобы работать, приносить пользу нашему народу, гражданскому обществу в республике.

— Не так давно было объявлено о создании нового общественно-политического движения "Патриот Башкортостана". В него вошли такие известные в башкирском национальном движении люди как Сагит Исмагилов, Валиахмет Бадретдинов, Гарифулла Япаров и другие. Вы как-то видите себя, например, в этой организации?

Ильнар Галин: — Нас пока туда не приглашали.

Чем больше организаций, защищающих интересы нашего народа, права людей всех национальностей в нашей республике, тем лучше

Руслан Габбасов: — Пусть будет это движение, успехов ему. Чем больше организаций, защищающих интересы нашего народа, права людей всех национальностей в нашей республике, тем лучше. Когда есть несколько организаций со сходными целями — есть конкуренция, а это, как известно, двигатель прогресса. Лишь бы они ставили правильные вопросы, чтобы их деятельность не была профанацией.

Фаиль Алсынов: — Конечно, новые башкирские национальные организации будут создаваться, раз запрещен "Башкорт". И даже будут возрождаться старые — так, например, мы слышали, что ребята хотят возродить правозащитную организацию "Кук Буре". Они — власти и силовики — думали, что уберут "Башкорт" и проблемы сами собой закроются? Нет, не закроются.

— Кстати, инициаторы создания движения "Патриот Башкортостана" говорили, что активисты "Башкорт" допустили какие-то ошибки в своей деятельности в последнее время. Назывались, в том числе, такие инциденты как баймакский, кармаскалинский… Что вы думаете об этом?

Фаиль Алсынов: — Смотрите, была организация "Башкорт". Мы искренне вкладывали в нее всю свою силу, всю энергию. Уже при Муртазе Рахимове мы занимались общественной деятельностью. Тогда нас обвиняли, что мы — "хабировские". После назначения Рустэма Хамитова мы стали "рахимовскими". Как пришел Радий Хабиров, мы стали "хамитовскими". И вот так нас постоянно обвиняют, что мы, якобы, пляшем под чью-то дудку.

Но это, к слову. А какие-то ошибки в нашей деятельности были, не без этого. Мы после каждого мероприятия — после митингов, других протестных акций, йыйынов, рейдов по выявлению точек торговли контрафактным алкоголем, культурных мероприятий и так далее — собирались и разбирали эти ошибки, если они были допущены. Замечу еще: аксакалы сейчас говорят о наших ошибках во время баймакского, белорецкого и других инцидентов. Но они ведь были тогда с нами на постоянной связи, мы с ними все время советовались.

— У вас были компромиссы с властью, за которые вам сейчас, возможно, неловко?

Нам сказали — если вы поднимете вопрос по Куштау, то никакого разговора не будет

Фаиль Алсынов: — После назначения Радия Хабирова я лично встречался с Азатом Бадрановым (в 2018-2020 гг. — замначальника, начальник управления главы РБ по общественно-политическому развитию, ныне — вице-премьер правительства РБ, курирующий, в том числе вопросы межнациональных отношений. — Idel.Реалии). Мы говорили, что хотим созидать, работать во благо республики, во благо нашего народа. Нам сказали — если вы поднимете вопрос по Куштау, то никакого разговора не будет. Мы от такой сделки отказались, поскольку Шиханы мы защищаем с 2014 года, если не раньше. Башкирская содовая компания также делала нам много интересных предложений, в том числе и финансовых, — только бы мы им не мешали. Вообще, какие только кланы на нас не выходили с самыми разными предложениями…

Руслан Габбасов: — Если честно, то таких вещей, которые мы делали бы против своей совести, у нас не было.

КАК ВЫРОСЛО "КАРМАСКАЛИНСКОЕ ДЕЛО"

— Весной прошлого года, когда процесс запрета "Башкорта" шел в первой инстанции, юристы и другие наблюдатели, изучая обвинительное заключение, предположили, что в нем уже содержатся будущие персональные уголовные обвинения против целого ряда активистов организации. В январе были задержаны и арестованы участники ноябрьского инцидента в Кармаскалах, в отношении них возбуждены уголовные дела. Как вы считаете, есть прямая связь между этими событиями?

Фаиль Алсынов: — Еще во время последних процессов по делу о запрете "Башкорта" нам стало известно, что прокуроры настроены на возбуждение уголовных дел против нас, поскольку мы, по их мнению, продолжаем свою деятельность. Ноябрьские события в Кармаскалах и январские задержания ребят это подтвердили. Я ознакомился с материалами возбужденного против них уголовного дела. Так вот, там есть целая группа каких-то свидетелей, дающих показания, что, мол, это мы, бывшие руководители "Башкорта" направили туда, в Кармаскалы ребят. Так что опасность возбуждения против нас и других активистов персональных уголовных дел, считаю, вполне реальна.

— Что все-таки произошло тогда, 7 ноября, в Кармаскалах? Госсми пытаются акцентировать внимание общественности на том, что это все организовал именно "Башкорт", в частности, бывшие руководители структуры…

Фаиль Алсынов: — Мы уже делали по этому поводу обращение, в котором объяснили, что силовики хотят преподнести этот инцидент как массовые беспорядки, организованные именно "Башкортом", нами. Но нас там не было; мы вообще узнали о произошедшем только после задержаний ребят.

Руслан Габбасов: — Ни Фаиль, ни Ильнар, ни я вообще не знали об этом событии — ни о том, что оно намечается, ни о том, что туда уже кто-то поехал. Я вообще был в этот день на работе, узнал об этом лишь из новостей в Интернете. Что касается активистов — да, там были ребята, которые раньше приходили на наши акции. Я поясню подробнее: в "Башкорт" входили различные местные лидеры из разных районов, как правило, активные, волевые ребята. Такие парни даже после закрытия организации не будут сидеть сложа руки. Если где-то возникнет какая-то проблема, какая-то несправедливость, они соберутся и поедут туда. Как, например, ездили на митинги в Ишимбай, на протесты против разработки хребта Крыктытау и так далее. Они поедут даже независимо от нас — от Фаиля, от Ильнара, от меня — поскольку организация перестала существовать, и бывшее руководство уже не имеет такого влияния на бывших активистов. Так что, утверждать, что это все спланировал "Башкорт", неверно.

— Вам удалось до конца реконструировать ход событий? Зачем ребята туда поехали?

Фаиль Алсынов: — Ребята поехали туда просто встретиться, пообщаться. Местные парни приготовили плов, но ребята туда даже не доехали, их остановили силовики на трассе.

Руслан Габбасов: Был конфликт между двумя людьми в Кармаскалах. Кстати, армянская диаспора тут ни при чем. Ребята ехали туда даже не на "стрелку", не на разборки, а просто поговорить.

— Почему туда поехало так много народу? Называли цифру аж под 300 человек…

Ильнар Галин: — Кинули клич, поехали не с одного района…

Их грубо вытаскивали из машин, разбивали в авто стекла, избивали, наносили травмы

Фаиль Алсынов: — Причем, ехали с мирными намерениями, потом что знали уже, что силовики в курсе их поездки. Нелепо думать, что парни, зная об этом, хотели устроить какую-то заварушку. И, тем не менее, их очень жестко задержали. Многие парни даже из машины не успели выйти, когда их остановили на трассе. Их грубо вытаскивали из машин, разбивали в авто стекла, избивали, наносили травмы.

Ильнар Галин: — Мы так думаем, такое могло случиться на любом нашем мероприятии. Нас ведь и перед йыйынами угрожающе предупреждали — мол, не нужно вам их проводить. Вполне мог быть такой инцидент, например, когда мы проводили свой йыйын у подножия Куштау в июне 2019 года.

— Некоторые наблюдатели считают все произошедшее провокацией либо властей, либо силовиков. Вы согласны с этим? При этом, кстати, говорят, что сценарий провокации был написан еще до кармаскалинских событий…

Полагаю, после того как нашу организацию запретили, им теперь нужно еще и демонизировать нас в глазах общественного мнения и заодно нейтрализовать победный эффект Куштау

Руслан Габбасов: — Да, это очень похоже на провокацию. Если это так, то сценарий, думаю, был написан после Куштау, когда увидели, что активисты запрещенного "Башкорта" по-прежнему обладают авторитетом в народе. Причем, этот авторитет еще больше возрос, и укрепился не только среди башкир, но и среди людей всех национальностей, которые защищали гору. Авторы провокации также учли, что мы приняли активное участие в защите хребта Крыктытау в Абзелиловском районе, где, кстати, "Русская медная компания" отнюдь не отказалась от своих притязаний. Схожие конфликты есть в Учалинском, в Баймакском районе, других местах Зауралья, где очередные горнопромышленники собрались рыть карьеры. Мы вновь могли бросить клич о мобилизации народа на защиту нашей природы. Поэтому, вполне возможно, что сценарий провокации с непременным дальнейшим уголовным преследованием был разработан, и его инициаторы ждали только удобного момента, чтобы пустить его в ход.

— Как вы считаете, зачем это делается?

Руслан Габбасов: — Полагаю, после того как нашу организацию запретили, им теперь нужно еще и демонизировать нас в глазах общественного мнения и заодно нейтрализовать победный эффект Куштау.

Фаиль Алсынов: — Думаю, в связи с общим обострением ситуации в стране, из Москвы в регионы были спущены директивы, чтобы на лидеров, ведущих активистов были организованы уголовные дела, причем, такие, чтобы их можно было нейтрализовать надолго.

"НИКТО ПОКА НЕ ЗНАЕТ, В ЧЕМ НАС ЕЩЕ ОБВИНЯТ…"

— Что сейчас известно о ходе следствия? В чем именно обвиняют задержанных парней?

Фаиль Алсынов: — После тех задержаний и избиений в Кармаскалах восемь парней написали заявления в прокуратуру и следственный комитет. На них оказывалось давление, чтобы они забрали эти заявления обратно. С этой целью выходили и на меня, чтобы я убедил ребят отозвать свои обращения. Угрожали, что, мол, если они не заберут, то им же будет хуже. Именно поэтому у них в январе прошли обыски, им подкинули оружие, задержали и арестовали. Из пятнадцати задержанных в январе четверо Рустам Аманов, Ильнур Кинисаров, Раиль Абкадиров и Марат Шарафутдинов — были взяты под стражу и стали затем обвиняемыми, а остальных сделали свидетелями обвинения.

Кстати, в постановлениях о привлечении ребят в качестве обвиняемых следствие делает акцент именно на межнациональный конфликт с местной армянской диаспорой.

Вот, я процитирую один такой документ:

"Шарафутдинов М.К., Абкадиров Р.К., Кинисаров И.Х., Аманов Р.С…., являясь активными членами Башкирской общественной организации Башкорт… действуя группой лиц по предварительному сговору…, совершили приготовление к умышленному преступлению … хулиганству… по мотивам национальной ненависти…

Выражая по мотивам национальной ненависти свое превосходство перед лицами армянской национальности, с целью осуществления акта устрашения, обозначения мнимого влияния БОО Башкорт на территории Кармаскалинского района…" и так далее. Так во всех материалах по делу. Но, как мы уже говорили, никакого межнационального конфликта с армянами не было — это отрицают и они сами, и местные власти.

— Некоторое время назад в Телеграм-каналах была распространена информация о том, что Марат Шарафутдинов подвергается пыткам и избиениям на допросах. Насколько эта информация подтвердилась?

Фаиль Алсынов: — Насколько мы знаем, брату Марата позвонили адвокаты Раиля Абкадирова, которого посадили в соседнюю с Маратом камеру. По словам Раиля, как передали адвокаты, он слышал как Марата целый день избивали, как он кричал, звал на помощь. После этого мы позвонили адвокатам, члену Совета по правам человека при главе РБ Альмире Жуковой, в местное отделение Комитета против пыток. Нам потом сообщили, что у Марата, действительно, есть синяки под глазами, два раза на допросах он терял сознание. Затем Марат сам передал, что его никто не трогает, не бьет. Возможно, на него надавили. Сейчас он находится в 17-й больнице ФСИН на улице Карла Маркса.

Руслан Габбасов: — Медики из этой больницы заявили, что у него "депрессивное расстройство". Адвокатов туда не пускают, поскольку, якобы, не позволяет его состояние здоровья.

Фаиль Алсынов: — Это режимная больница. Порядки там хуже, чем в тюрьме, если говорить о возможности связи с волей. Там нет телефонов, нет, вообще, никакой связи. Все зависит от фсиновских врачей, которые решают, можно ли допустить свидание с родными и даже с адвокатом. Сейчас они поместили Марата туда, видимо, потому, что не хотят, чтобы от него пошла какая-то информация.

— С таким формальным диагнозом — "депрессивное расстройство" — могут ли к нему применить старые, еще советские методы карательной психиатрии?

Фаиль Алсынов: — В принципе, запросто. Из человека легко сделать "овощ". Но нам пока об этом ничего неизвестно.

Кстати, чем Марат отличается от других арестованных парней тем, что он вообще не участвовал в кармаскалинских событиях. Мы не понимаем, зачем его вообще взяли.

— Что происходит с остальными парнями? Вообще, насколько интенсивно сейчас идут допросы?

Мы сегодня видим, что Азату Мифтахову, человеку ранее не судимому, дали по такой статье шесть лет реального лишения свободы

Руслан Габбасов: — На данный момент вообще ничего не происходит, кроме того, что предъявили им обвинение. Уголовное дело пока возбуждено по статье "хулиганство" и, насколько мы знаем, "по факту хранения оружия и боеприпасов". Есть также некоторые данные о том, что могут возбудить дело и по одной из "экстремистских" статей. Но ведь даже хулиганство сегодня для этой системы не просто какое-то рядовое преступление, за какое дают чаще условное наказание. Мы сегодня видим, что Азату Мифтахову, человеку ранее не судимому, дали по такой статье шесть лет реального лишения свободы — якобы, он разбил стекло в помещении "Единой России"…

Замечу еще, что, к сожалению, многие адвокаты боятся взяться за это дело, поскольку оно явно политическое.

Фаиль Алсынов: — Никто пока не знает, что следствие оставит в окончательной версии обвинения. Мы считаем, оружие и боеприпасы парням подкинули для того, чтобы закрыть их на время следствия, поскольку такие "вещдоки" отягчают меру пресечения. Но, думаю, доказать на суде, что это оружие принадлежало именно им, для следствия будет сложно. Нужно будет ответить на вопросы: откуда это оружие и боеприпасы взялись первоначально, где, при каких обстоятельствах парни их, якобы, приобрели и так далее. Масса нюансов, — и здесь следствие, мы полагаем, просто не обойдется без фальсификации доказательств. Хотя … могут и оставить это в деле, чтобы подкрепить обвинение по экстремизму, если дело по такой статье будет возбуждено.

— Вы и другие активисты участвовали в январских протестных шествиях. Республиканские власти по-своему интерпретировали участие в этой акции различных общественных сил и движений, отграничивая одних от других. Что вы об этом думаете?

Власти, как обычно, делают все, чтобы разъединить протест. Различными посылами рассорить сторонников Навального с активистами "Республики", наших активистов — с "зелеными" и так далее

Фаиль Алсынов: — Власти, как обычно, делают все, чтобы разъединить протест. Различными посылами рассорить сторонников Навального с активистами "Республики", наших активистов — с "зелеными" и так далее. Но мы, наоборот, увидели в этих протестах такое единство граждан, как это было на Куштау. Гору защищали самые разные люди всех национальностей и конфессий, верующие и атеисты, интересующиеся политикой и аполитичные. Лозунг "Куштау, йэше!" из чисто башкирского стал общим для всех. В нынешних протестах дело обстоит также. Да, проблемы, возмущающие людей, зачастую разные, но их объединяет понимание, что все проблемы, в конечном счете, — порождение вот этой нынешней власти.

Руслан Габбасов: — Народ не дурак, он все видит и все прекрасно понимает. Да, демонизировать "Башкорт" можно еще больше, но лишь в глазах тех, кто изначально относился к нему отрицательно. А те, кто критически относился к государственной пропаганде — на них все эти ухищрения, думаю, не подействуют. В нашей деятельности не было никакого "экстремизма", и незашоренные люди это прекрасно знают.

Когда материал готовился к публикации, стало известно, что Фаиль Алсынов вызван на допрос в УФСБ по Башкортостану. Как сообщил активист, допросы связаны с возбужденным уголовным делом в связи с его выступлением на курултае башкир Зилаирского района в апреле 2019 года, где Алсынов, якобы, призывал к отделению Башкортостана от России. На процессе по запрещению "Башкорта: этот эпизод стал одним из главных аргументов региональной прокуратуры, требовавшей признать организацию экстремистской. Пока что активист вызывается на допросы в качестве свидетеля.

"Idel.Реалии" ранее делали официальный запрос в правительство Башкортостана с просьбой прокомментировать обвинения в давлении на активистов запрещенной организации "Башкорт", однако там отказались отвечать по сути заданных нами вопросов.

Если ваш провайдер заблокировал наш сайт, скачайте приложение RFE/RL на свой телефон или планшет (Android здесь, iOS здесь) и, выбрав в нём русский язык, выберите Idel.Реалии. Тогда мы всегда будем доступны!

❗️А еще подписывайтесь на наш канал в Telegram.

  • 16x9 Image

    артур асафьев

    Корреспондент "Idel.Реалии" в Башкортостане. Сотрудничает с Радио Свободная Европа/Радио Свобода с 1999 года. Специализируется на обзорах политических событий, проблемах соблюдения прав человека, межнациональных отношениях.

Комментарии (11)

Комментирование закрыто. Если вы хотите оставить комментарий к этой статье, напишите нам на idelreal@rferl.org
XS
SM
MD
LG