Ссылки для упрощенного доступа

"Дома нет, прописки нет, только в паспорте несуществующий дом": завершилась ли история с аварийщиками в Татарстане?


Акция аварийщиков в Зеленодольске, 10 марта 2019 года

История с расселением аварийных домов в Татарстане началась еще в 2008 году, однако точка кипения пришлась на 2018 год. Тогда в Альметьевске расселили аварийный дом — людей оставили на улице, несколько месяцев они жили в палатках. В Зеленодольске и вовсе — каждый третий дом признали аварийным, люди протестовали и звали на помощь правозащитников и журналистов."Idel.Реалии" связались с пострадавшими, чтобы узнать, закончилась ли история с аварийным расселением в республике.

АЛЬМЕТЬЕВСК: "РЕАКЦИИ СО СТОРОНЫ АДМИНИСТРАЦИИ НЕТ ВООБЩЕ"

В Альметьевске признание домов аварийными происходило в два этапа. Первый начался в декабре 2008 года — тогда за несколько дней в нефтяной столице Татарстана признали аварийными 34 дома; в октябре 2011 года — ещё 10 домов. В середине мая 2018 года дом по улице Белоглазова, 111 остался единственным аварийным, который не успели расселить или перекупить. При этом, согласно официальным документам, в доме никто не жил с 2014 года, а все жильцы заключили договоры и получили компенсацию.

Первый акт, по которому дом признали аварийным, составили ещё в 2008 году. Тогда в помещении нашли несколько признаков, согласно которым дом считался непригодным: разрушенный штукатурный слой по цоколю, сквозные трещины, прогибы деревянных конструкций и другие. Второй акт составили уже в 2014 году с аналогичным выводом — дом непригоден. При этом, как уверяли жители, никакого обследования в то время не проводили.

Палаточный лагерь на месте снесенного дома, Альметьевск, август 2018 года
Палаточный лагерь на месте снесенного дома, Альметьевск, август 2018 года

Жильцы не хотели съезжать — они не согласились с компенсацией в размере 11 тысяч 22 рубля за квадратный метр. Аварийщики обращались с заявлениями на имя руководителя исполкома города, чтобы власти приостановили исполнительные производства в их отношении и позволили остаться в квартирах до тех пор, пока они не найдут новое жилье. Одна из пострадавших, Елена Голякова, в своем обращении ссылалась на часть 6 статьи 32 Жилищного кодекса РФ: "Принудительное изъятие жилого помещения на основании решения суда возможно только при условии предварительного и равноценного возмещения".

Однако в мае 2018 года власти вместе с судебными приставами и полицейскими насильно выселили жителей из аварийного дома, а вещи людей угрожали продать. Аварийщики несколько месяцев жили в палатках у своего снесенного дома. Забрать вывезенные из старого дома вещи им не позволяли — приставы отказывались их возвращать без подписания документов на оформление квартир в соципотеку, которая для многих жильцов оказалась неподъёмной.

На минимальный размер компенсации жителям аварийных домов обратил внимание Совет при президенте России по развитию гражданского общества и правам человека. В 2019 году член СПЧ Наталия Евдокимова заявила, что в Татарстане нарушается федеральное законодательство из-за низкой выкупной стоимости квадратного метра. При этом с 2016 года по приказу Министерства строительства и ЖКХ России стоимость составляет 34,3 тысячи рублей. Как писали "Idel.Реалии" ещё в 2017 году, аварийщикам из Альметьевска изначально пообещали компенсацию в 20 700 рублей, а новые квартиры от Государственного жилищного фонда тогда стоили из расчета 27 тысяч за квадрат.

Прошло четыре года с момента расселения. Валентина Волкова, которую также выселили из дома по Белоглазова, 111, говорит, что с того времени ничего не изменилось.

В 2013 году они нам сказали, что программа такая — у нас берут квартиру по 11 тысяч за квадратный метр

— В мае [2018 года] нас выгнали, а в декабре предложили манёвренное жилье (принадлежит государству, предназначено для проживания граждан в определенный период времени, в нем нельзя зарегистрироваться "Idel.Реалии"). Трое семей из всех жильцов этого года согласились, несколько семей остались, потому что мы старые, и таскать наши вещи туда-сюда неудобно. Началась осень, к тому времени мы уже сняли жилье, в манёвренное жилье не поехали. Я буду ждать, когда предоставят квартиру. Манёвренное жилье — это жилье без прописки. В любой момент его могут забрать, я потому и не захотела туда переезжать, — объясняет она.

Аварийщица рассказывает, что в 2010 году всех, кто столкнулся с этой ситуацией, в молодёжном центре собирал Марат Гирфанов (в 2007–2012 годы — заместитель руководителя исполкома Альметьевского муниципального района — "Idel.Реалии") и показывал дома, которые строятся.

— Говорил, что платить мы ничего не будем, жилье будет метр в метр, — вспоминает Волкова. — Мы собрали все документы, потому что поверили. Но тогда нас не переселили, эти дома, которые они построили, продали. Потом начались суды с нами. Из администрации принесли документы, договор, в котором написано, что я отдаю жилье муниципалитету, а что я получаю взамен — не написано. Даже цены не было, просто прочерк стоял. В 2013 году они нам сказали, что программа такая — у нас берут квартиру по 11 тысяч за квадратный метр, а мы уже будем выкупать по рыночной цене, предложили взять ипотеку. Никто не согласился. За мою трёхкомнатную квартиру мне предложили 543 тысячи (согласно оценке, цена квартиры 2 млн рублей, кадастровая — 1,5 млн рублей — "Idel.Реалии"). Я до этого делала оценочную стоимость рыночную, в суде её не признали. Я не взяла предложенные деньги, потому что не согласна с этим решением. А в 2017 году у нас с мужем с пенсии удержали 5 тысяч — штраф за то, что мы до сих пор не съехали из дома. Кому-то из многодетных семей даже угрожали, что детей заберут.

Я работала, 45 лет всё это наживала — и кухонную технику, и телевизор, мне обидно

Валентина рассказывает, что во время расселения она была в больнице, дома же остался муж, который не мог ходить. По словам аварийщицы, его вытащили из квартиры и угрожали, что заберут в отделение, если он окажет сопротивление. Тогда же забрали и все документы, на руках у Валентины остался только паспорт, медицинский полис и пенсионное удостоверение.

— Вещи они забрали, когда расселяли. Сейчас я перенесла коронавирус, тяжело очень разбираться со всем, и в июле ещё ходила в аппарат президента РТ, все документы предоставляла. Такое ощущение складывается, будто мы сами себя выселили и ничего не хотим, — рассказывает Валентина. — Вещи никто, конечно, не описывал, всё буквально разбомбили. В августе 2018 года я приезжала в ту квартиру, которую нам выдали, чтобы забрать вещи. Там ничего невозможно найти. Двери там поснимали, видимо, предыдущие жильцы, окно там открытое. Я работала, 45 лет всё это наживала — и кухонную технику, и телевизор, мне обидно. Такой город хороший, столько денег вкладывают, за эти годы город правда преобразился. Неужели ничего нельзя сделать для нас?

Негде было жить, пришлось согласиться

О процессе расселения рассказывает также Елена Голякова. По её словам, все вещи, которые вынесли, оказались сломанными, наличные деньги, которые оставались дома, куда-то пропали, практически всё, что осталось после расселения, пришлось выкинуть, потому что восстанавливать было бессмысленно. На предоставление жилья по коммерческому найму Елена согласилась ради своей мамы.

— Я, конечно, всем этим недовольна, мягко говоря. Просто у меня мама одна, не хотелось мне её раньше времени хоронить, а всё так бы и вышло. Человек в таком состоянии, пенсионер, а его выкинули на улицу. Это у меня-то состояние какое было, хотя я моложе, а на неё вообще смотреть не могла. Негде было жить, пришлось согласиться. Ипотеку я не рассматривала, потому что, если я захочу её взять, я без указания чиновников это сделаю. На месте аварийного дома так ничего и не построили. Просто кусты растут, так им нужна была эта земля. Плевать на людей просто.

Елена Голякова (слева) в палаточном лагере, Альметьевск, август 2018 года
Елена Голякова (слева) в палаточном лагере, Альметьевск, август 2018 года

Другая пострадавшая жительница этого же дома Екатерина (имя изменено по ее просьбе — "Idel.Реалии") согласилась переехать во временное жилье, однако и в этой ситуации возникли определенные проблемы. Как рассказывает аварийщица, в больнице их принять не могут, потому что в паспорте отсутствует регистрация.

Мы даже не знали, когда покупали, что дом аварийный

— Ситуация ничем не закончилась. Никто ничего с этим делать не хочет, никто из семей помощи не получил, — делится Екатерина. — Мы брали ссуду в банке, кредит выплачивали на ту квартиру в снесенном доме. Только вот выплатили, четыре месяца отдохнули, и тут нас выселили. Как так? Просто непонятно, столько эмоций, это невозможно. Мы живем, как на пороховой бочке. Спрашивали у администрации, можем ли мы сделать в этой квартире ремонт капитальный. Вроде разрешили, а что потом будет? Мы не знаем, что нас ждет. Когда нас выселяли, все вещи разбили, мы ничего не смогли вывезти из места временного хранения. Всё было разрушено. Целый год мы, семьи из четырех квартир, отстаивали наше жилье.

Женщина рассказывает: почти каждый день на протяжении года (когда они узнали, что их квартиру собираются изымать) они ходили в администрацию в попытках объяснить, что на покупку квартиры брали кредит и только-только его выплатили.

— Мы тоже не вечные люди, у нас есть дети. Нам всем предлагали по 400 с чем-то тысяч рублей за наши квартиры, хотя кредит мы брали на 500 тысяч, — отмечает она. — Мы даже не знали, когда покупали, что дом аварийный. Нам нужна крыша над головой и больше ничего не нужно. Я уже и не верю, что история эта положительно закончится.

Елена Голякова в своей квартире на Белоглазова, 111 (до сноса), 2017 год
Елена Голякова в своей квартире на Белоглазова, 111 (до сноса), 2017 год

С проблемами из-за отсутствия регистрации столкнулась и Альфия Алиакберова. Её семья также согласилась на временное жилье, оформить в нем регистрацию невозможно.

— В 2010 году нам обещали квартиры, ходили смотреть дом, в итоге его продали. Все это длилось до 2018 года, пока нас не выгнали на улицу. До декабря, 8 месяцев, мы сидели на улице, — вспоминает Альфия. — Я приходила с ночной смены домой, переодевалась и сидела на улице. Реакции со стороны администрации нет вообще. Нам предлагали ипотеку, да, но если бы я сейчас её взяла, я бы точно на улице уже оказалась. У меня пенсия 8 500 рублей, а это и за ипотеку платить, и за квартиру. Есть временное жилье, хоть что-то, но неспокойно все равно, всё думаешь, когда о нас вспомнят. Нас поставили в очередь, но когда это будет? Детям уже ничего не останется. У меня дочь постоянно плакала, я ради нее только согласилась на эти условия со временным жильем. Половину вещей я там оставила, столько вещей своровали, посуда у меня вся испортилась. Дома нет, прописки нет, только в паспорте несуществующий дом.

ЗЕЛЕНОДОЛЬСК: "ПОМОЩИ ЖДАТЬ НЕОТКУДА"

Я одна осталась, муж умер в том году, и сейчас эту ипотеку тяжело платить

Похожая ситуация практически в то же время происходила и в Зеленодольске. Дома в городе признали аварийными в 2009-2011 годах, причем около трёхсот из них стали таковыми в один день — 31 декабря 2011 года. У этого есть объяснение — в конце декабря истекал срок для подачи заявления о признании домов аварийными и включения их в программу переселения. После этого жители приобретали квартиры в этих домах, даже не зная, что они проходят по программе сноса.

С 2012 года жильцы пытались убедить власть и суды, что их дома пригодны для жилья. Тогда 86 из 360 домам удалось "выйти" из программы. В 2017 году собственники аварийного жилья не только из Зеленодольска, но и из других городов Татарстана объединились на митинге против сноса домов. Годом позже — во время визита президента Татарстана Рустама Минниханова в Зеленодольск — переселенцы вышли на серию одиночных пикетов.

Жители аварийных домов в Зеленодольске настаивали на возбуждении уголовного дела, а позднее жаловались на бездействие правоохранительных органов (они несколько раз отказывали в возбуждении дела в отношении должностных лиц исполкома, по решению которых каждый третий дом города признан аварийным), но безрезультатно.

Митинг аварийщиков Зеленодольска, 2017 год
Митинг аварийщиков Зеленодольска, 2017 год

Власти предлагали аварийщикам компенсацию в размере 11 тысяч 22 рубля за квадратный метр — как и в Альметьевске. В начале введения программы жильцам предлагалась выплачивать по 20 тысяч рублей за квадратный метр, однако вскоре сумма компенсации уменьшилась в два раза. Также был и другой вариант для пострадавших — взять новые квартиры в ипотеку. Большинство жителей аварийных домов — пенсионеры, многодетные, инвалиды и малоимущие, для которых ипотека была неподъемной суммой. Однако некоторым жильцам пришлось согласиться на эти условия. Так поступила и Роза (фамилия не указана по её просьбе).

— Мы из аварийных домов, выделили нам квартиру под ипотеку. Я одна осталась, муж умер в том году, и сейчас эту ипотеку тяжело платить. Работать в моём возрасте тоже сложно, но я подрабатываю, по мере возможности плачу, — рассказывает аварийщица. — Что будет дальше, я не знаю, помощи ждать неоткуда, детей нет, помогать некому. Мы жили в Зеленодольске, на выбор нам дали в Казани квартиру. Квартиру нашу оценили в 300 тысяч, займ дали миллион рублей. Я уже выплатила 700 тысяч, осталось ещё 900 тысяч с процентами. Платить до 2031 года, а пенсия у меня минимальная — 10 тысяч рублей. Мы ходили на митинги, обращались в разные органы, но так ничего и не добились. На старости лет в долговую яму засунули, обидно просто.

Один из признанных аварийным дом в Зеленодольске, 2017 год
Один из признанных аварийным дом в Зеленодольске, 2017 год

В 2019 году в Зеленодольске снесли жилой дом на улице Декабристов, 3 — ещё до вступления в законную силу решения суда о принудительном выселении жителей. Семей, которые пострадали от сноса жилья и отказались оформлять соципотеку, насчитывалось около 400. В домах при этом остались вещи жителей.

В 2020 году власти предложили снести дома в Зеленодольске по улице Гоголя, 16, Декабристов, 9 и 13, Загородной, 28, Ленина, 10, Серафимовича, 8 и Союзной, 7. До этого татарстанское управление ФАС признало нарушение закона "О защите конкуренции" при проведении закупки на снос 162 аварийных домов в Зеленодольском районе. Антимонопольщики указали, что контракт получил Рустам Хайрутдинов, который не имел опыта в сносе домов, а ИП зарегистрировал всего за пять дней до заключения контракта.

"Idel.Реалии" отправили запрос в исполкомы Зеленодольского и Альметьевского районов, а также в Министерство строительства, архитектуры и ЖКХ РТ. Согласно ответу из Зеленодольска, программа переселения граждан 2013-2017 годов полностью завершена. По её итогам было расселено 190 многоквартирных жилых домов и 2 165 помещений, из которых 1 516 находятся в частной собственности. На сегодня размер компенсации за квадратный метр за снос аварийного жилья составляет 19 тысяч рублей.

В исполкоме альметьевского района заявили, что только одна семья из тех, кто жил в доме по Белоглазова, 111, отказалась от предоставленного властями манёвренного жилья. "Вещи семей при выселении из аварийного жилья были вывезены в жилые помещения (они не уточняют, в какие — "Idel.Реалии"), жалоб о повреждении имущества в исполком района не поступало", — отметили чиновники.

Также в исполкоме сообщили, что размер компенсации за квадратный метр определяется в зависимости от условий республиканской программы. В новую программу на 2019-2025 годы Альметьевск не вошел. При этом в самом районе сейчас есть два дома, которые имеют такой статус.

Акция аварийщиков в Зеленодольске, 10 марта 2019 года
Акция аварийщиков в Зеленодольске, 10 марта 2019 года

В марте 2021 года после всех скандалов, митингов и обращений аварийщиков власти подготовили поправки к существующему закону. Они предложили расширить предмет правового регулирования закона "Об обеспечении защиты жилищных прав граждан" и ввели новую статью, которая закрепляет гарантии прав собственников. К базовым гарантиям отнесли в том числе права равноценного возмещения и предоставления равнозначного жилого помещения взамен освобождаемого жилья. Точно сказать о том, сколько в разных районах Татарстана платили жителям аварийных домов в качестве компенсации раньше и сейчас, не представляется возможным. "Idel.Реалии" задали этот вопрос в Минстрой, но ответа пока не получили.

Несмотря на все существующие проблемы с расселением аварийного жилья в Татарстане, в январе этого года Гендиректор ГК Фонд содействия реформированию ЖКХ Константин Цицин заявил, что механизмы в республике "работают, как часы". В августе 2021 года Министерство экономики РТ пообещало, что переселение граждан из жилищного фонда, признанного аварийным и непригодным для проживания, в Татарстане будет завершено ускоренными темпами до конца 2023 года. Это на два года раньше запланированного срока. Всего планируется переселить больше 1 000 человек из 654 жилищных помещений.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram.

Комментарии (12)

Комментирование закрыто. Если вы хотите оставить комментарий к этой статье, напишите нам на idelreal@rferl.org
XS
SM
MD
LG